Чтение онлайн

Или за этим кроется ещё что-то.

Неужели слова о том, что Итар причастен к смерти Рагнара правда? Воевода чувствует вину за смерть учителя?

Как мне реагировать на невысказанное?

Мне нужно узнать всю правду! Я не могу винить или догадываться о том, что думает человек. Нужно поговорить с женихом, пока сомнения и неуверенность не разрушили наши отношения.

— Итар, — я осторожно приблизилась к мужчине, словно к маленькому ребёнку. — Расскажи мне, как умер отец.

Его взгляд наполнился болью и отчаянием, словно я облила кипятком начавшую заживать рану. Отведя взгляд, Итар хотел закончить разговор, но я успела поймать его за руку.

— Я понимаю, что для воинов ты хочешь быть нерушимой скалой, для врагов хочешь быть непобедимым гигантом. У тебя всё прекрасно получается. Ты сильный воин с великой славой победителя. — сжав его руку крепче, я произнесла то, что хотела: — Но я понимаю, что ты просто человек. У тебя есть скрытые чувства, есть свои мотивы, свои мысли. Никто не проживёт твою жизнь, кроме тебя самого, и боль тебе придётся пережить самому. Но я хочу стать той, кто видит тебя настоящим мужчиной. Хочу говорить с тобой и не бояться признаваться в чувствах. Хочу создать между нами доверие, но для этого я должна узнать, что случилось с отцом.

Неосознанно я вцепилась в грубую руку великана, словно пыталась удержать рвущийся вперёд поезд.

Его взгляд потяжелел, глаза стали глубже и серьёзнее, будто затянулись облаками перед грозой. Губы плотно сжались, обозначив линию решимости и внутреннего сопротивления. Во взгляде мелькнул едва заметный отблеск уязвлённости, мгновенно сменившийся привычной твёрдостью и непроницаемостью. Сквозь густые брови пробивалась лёгкая тревога, словно невидимая рука осторожно касалась души, заставляя сердце замереть на мгновение.

Под тяжестью моего вопроса он медленно выдохнул, пытаясь сохранить спокойствие, которое казалось натянутым канатом над пропастью воспоминаний. Глаза слегка сузились, отражая внутренний конфликт — желание поделиться и страх обнажить себя. Лицо приобрело оттенок напряжённости, мышцы лица напряглись, подчёркивая силу воли, удерживающей бурлящие внутри переживания.

Во всей его фигуре читалось стремление защитить своё прошлое, одновременно желая довериться кому-то близкому. Взгляд задержался на моих глазах дольше обычного, будто искал там подтверждение моей искренности и готовности принять правду, какой бы горькой она ни была.

И наконец он произнёс всего одну фразу, которая повергла меня в шок и заставила отпустить мужчину.

— Я убил Рагнара.

Твои следы горят пожаром, а кто-то ядом брызжет вслед

Иди вперёд, ведь ты недаром, горишь так ярко, словно тысяча планет

Я не верила в услышанное. В книге про отца Ветаны было сказано лишь то, что, тот был воином, на которого равнялись и поклонялись, возводя молитвы в его честь. Рагнар был глубокоуважаемым воеводой, но ни слова о причине его смерти не говорилось. Сухие факты: Ветана круглая сиротка, а её муж — отважный Итар.

Неужели чем больше я погружаюсь в этот мир, тем глубже и не ординарнее история?

Словно ощутив моё разочарование, Итар поднялся. С каждым движением он обрастал льдом, словно бронёй. С мужского лица исчезали эмоции. Он готовился к ненависти и агрессии от Ветаны. Поворачивался ко мне лицом, чтобы принять обвинения и нелестную лексику с гордостью, не сгибаясь под упрёками. Итар давал мне время на осмысление сказанного и принятие решения.

— Я убил твоего отца, но тебя спасу, — чётко, громко с пониманием каждого слова произнёс воин.

А я пыталась оформить разбежавшиеся эмоции воедино. Девочка Ветана хотела кинуться на мужчину и убить его. Хотелось сделать больно, расцарапать, унизить, растоптать. А старая бабушка словно крышка, накрывала чувства взбесившейся девушки.

— Это ведь не всё, — тихо прошептала, не веря в услышанное.

С надеждой посмотрела в холодное безэмоциональное лицо и ощутила, как тело немеет. Эмоции Ветаны едва заметные, но сильные прорывались сквозь броню осмысления. Ей не нужны были разговоры, а лицо чужеземца стало ужасным и противным.

— Вот они! — громыхнул голос, и к ручью вышел огромный мужчина в тёмных шароварах и расшитой рубахе. — Они нашли друг друга, значит, боги довольны! — громко, зычно крикнул неизвестный.

— Олег, кто готовил снадобье? — не стал ходить вокруг да около Итар и подошёл к своему другу.

Я тут же вспомнила верного друга воеводы, который должен быть ложно обвинён, и умрёт, говоря правду от рук своего воеводы. Итар будет предан самым близким человеком — вторым другом, Святогором. И все беды пойдут после того, как Святогор станет любовником жены княжича. Но этого ещё не произошло. У Богдана нет жены, да и Ветана даже не приблизилась к Итару. А сейчас…

Я смотрела в спину идущему впереди воеводе. Он не проронил больше ни слова о том, что произошло с Рагнаром. Ветана продолжала его ненавидеть и проклинала. Я всё слышала, всё понимала, но не принимала. Не мог Итар убить своего учителя. Чужеземец любил воеводу как отца. Не зря Итар прыгал перед Ветаной на задних ножках, даже когда та спала с княжичем и носила дитя Богдана.

А потом была вновь баня, и я сидела на лавке и смотрела на свои руки. Странные знания про реинкарнацию и регенерацию мешались с пробелами из мира Яви, Нави и Прави. Не могла сказать, чего я точно не знаю или наоборот. Чувствовала в себе две разные личности, и при этом мои эмоции были отражением совместных идей двух я.

До того момента, как Итар признался в смерти отца, у меня был чёткий план, как выйти из дворца живой и уменьшить муки Итара. Но сейчас в душе раздрай. Ветана не хочет даже знать о воеводе. А я не верю в услышанное.

Вечер.

Я должна прощаться с девичеством, о чём мне сообщает одна из приживалок — Марго. Вторая уже принесла в комнату нитки и ткань. Меня оставляют одну, потому что Марго спешит посмотреть на мужские игры во дворе, а вторая вовсе смотрит на меня как на вынужденное место работы, а сама ищет работу получше.