Чтение онлайн

Ход 35

Прошло 556 лет.

Когда я вышел из стасиса — через 6 лет, но по своему графику — война была в разгаре. Бои пока не выявили ни победителя, ни побежденного, и Совет Союза подготовил новую армию для отправки вниз по Аре.

Я первым делом решил узнать вс. Возможную информацию о театре военных действий. Оказалось, что наша морская экспедиция из южных морей вернулась с богатым картографическим материалом. Они исследовали побережье страны Шан, достигли самой южной её точки, откуда, пользуясь превосходством наших судов в размерах и парусном вооружении, проплыли еще южнее, открыв новый (южный) материк.

Экспедиция из Шан прибыла после длительного разведывательного похода, привезя обширный картографический материал. Страна Шан расположена на полуострове в тропической зоне. Большая часть страны занята влажными тропическими лесами, пересеченными средневысокими горными хребтами.

Жители страны, зовущие себя «ляо», в основном восточноазиатского типа — узкоглазые, темноволосые и невысокого роста. Есть, однако, племена, разительно отличающиеся от основной массы ляо — это темнокожие жители лесов и горцы смешанного европейско-азиатского типа.

Основным культурным растением, возделываемым ляо, оказалось «хлебное дерево» — крупное лиственное с кожистыми листьями, и крупными округлыми плодами с мучнистой мякотью. Эти высокопродуктивные деревья каждый год приносят огромное количество этих плодов, которые можно запекать целиком или готовить более сложные блюда — лепешки, каши, хлеб.

К сожалению, дерево это растёт только в тропиках, поэтому в нашей стране оно не прижилось, слишком сухо и холодно было для него. Однако в низовьях Ары и на южном побережье оно уже было успешно интродуцировано.

Ляо оказались искусными мореходами и торговцами, их ремесленные товары во многом превосходили наши. Торговые связи ляо благодаря мореходству были очень широки, они доплывали даже до других континентов! Поэтому, кроме продажи собственных товаров, ляо промышляли и транзитной торговлей. Причем торговля эта не прерывалась даже во время войны!

Короче, на юге жизнь била ключом, а нам предстояло вступить в военные действия с очень серьезным противником. По донесениям разведчиков, враги ляо, «южные варвары», или «канаки» как их еще называли, вооружены железным оружием и очень боеспособны! Хорошенько подумав, я решил отправиться вместе с армией, дабы своим взглядом осмотреть и южные земли, и побережье, и самому проконтролировать ход боевых действий в этой отдаленной и непривычной миттанцам территории.

Итак, решив самостоятельно участвовать в походе, я заблокировал капсулу на полгода, и вместе с отрядом ахайров прибыл в лагерь наших сил, противостоящих канакам у устья Ары. Путешествие было долгим — больше месяца мы плыли по бурной Аре, волоком преодолевая многочисленные пороги. Пампасы сменялись джунглями, джунгли — болотом, болото — горами и скалами. Было очень душно, и даже близость воды не приносила прохлады. Берега Ары уже не были совершенно пустынны — появились деревни рыбаков, кое-где виднелись и возделанные поля, но ближе к югу мы три дня плыли, не встретив ни души.

Плывя по реке 2 месяца, я сильно загорел. Видимо солнечные лучи отражались от воды и доставали мою кожу даже под широкополой шляпой или балдахином. Какое счастье, что мне удалось немного разобраться в управлении капсулой и настроить нужные параметры, иначе я бы дико обгорел!

Лагерь канаков располагался на равнине возле Суфенга, который они осаждали. Наш лагерь был разбит у берега Ары неподалеку. Каждое утро канаки выходили из лагеря, строились в стройный боевой порядок и вызывали на бой и нас и ляо. Но мы на провокации не поддавались.

Войска канаков оказались очень мощными. Я смог хорошо рассмотреть их построение, когда они вызывали нас на бой. Основу их армии составляли фалангисты — тяжеловооруженные копейщики с большими щитами, строившиеся в 7 рядов. В нескольких ранее состоявшихся столкновениях стало ясно, что пробить эту стену щитов и копий было почти невозможно. Обстрел дротиками и из луков не давал почти никаких результатов. Нападения мечников тоже были безуспешны — они не могли дотянуться своими мечами до противника — копья удерживали их на расстоянии.

Я предложил рубить копья мечами, а потом рубить и самих копейщиков. Оказалось, что это непросто! Перерубить копья фалангистов, которые стоят на месте — еще более-менее возможно, а вот сделать тоже с наступающей фалангой уже нереально. Этот финт с рубкой возможен, если мечник всегда может отскочить назад и выйти из-под удара копьем — а когда копейщики напирают спереди, а сзади стоят другие мечники, места для отступления просто не будет…

Кроме того, перерубить копье не так уж просто — мечи у нас не очень-то острые из за того, что сделаны из железа, а не из стали. Даже если их более-менее хорошо наточить — а хорошо наточить их невозможно — они быстро тупятся, буквально 2–3 удара и все.

— Как же вы делаете бритвы? — спросил я. — Ведь бритвы должны быть острыми, чтобы резать волос?

Оказалось, бритвы они делают из очень мягкого железа «вытягиванием» — то есть лупят по лезвию бритвы молоточком, расплющивая ее край в самую тонкую полоску, какую только возможно сделать, и ее уже затачивают. Получается очень тонкое лезвие — на мече так не сделать, он будет гнуться. Заточки бритвы хватает побриться один раз — потом снова надо точить. Вот такие супертехнологии.

Глава 29

Всё ещё 35 ход

Первая битва, случившаяся еще до моего приезда, окончилась нашим поражением — мои войска отступили с потерями под натиском фаланги и обстрелом вражеских лучников. Пробить строй фаланги крайне сложно, а она прет вперед, как паровой каток, сметая все. К счастью, мы сохранили боевые порядки, и почти все войска вернулись в лагерь, а не разбежались, как бывает при жестоком поражении. Тут помогло то, что фаланга еще и медлительна — копейщики врага просто не смогли нас преследовать, боясь нарушить строй, а легковооруженных противников, в преследовании отрывающихся от фаланги, перебили ахайры.