Чтение онлайн

После короткой речи директора, вручения аттестатов, стулья были убраны, появились столы для фуршета. Заиграл оркестр в конце зала. Выпускники подходили к родителям, некоторые парочки начинали танцевать, так, как Белла и Рудольфус. Им можно, с родителями они переговорили еще до церемонии. Вскоре к ним присоединились остальные, даже преподаватели не остались стоять в стороне.

Гарри должна была пообщаться с каждым родителем своего студента, поздороваться, высказать уважение, похвалить, понадеяться на удачное будущее и так далее, и тому подобное. Утомительная обязанность, от которой не избавиться.

— Белла с Рудольфусом уезжают через три дня, — поделилась с ней Вальбурга Блэк, попивая белое вино из хрустального бокала. Черные глаза оставались серьезными, даже слишком. — И мне хотелось бы увидеть вас этим летом, Мастер, — мягко произнесла она.

Заказ, причем очень серьезный, иначе бы она не стала упоминать ее звание. Наверное, поэтому и прибыла сюда. Хотя она и не являлась матерью Беллы, как супруга главы рода, к которому относилась студентка, имела право присутствовать на мероприятии. Гарри кивнула.

— Пришлите мне письмо с удобным для вас временем, леди Блэк. Я с радостью составлю вам компанию в чаепитии.

Вальбурга тонко улыбнулась.

— Если бы не ваша фамилия, я бы подумала, что вас воспитывали Блэки, — неожиданно поделилась она. Перевела взгляд на пару Беллы и Рудольфуса. — Я горжусь своими детьми и тем, что они умеют сами выбирать свой путь. И своих друзей.

Теперь уже улыбалась Гарри. Тонкий намек на инициативу Регулуса. Значит, он советовался с матерью, передавал ей слова декана. И Вальбурга одобрила выбор товарищей. Пока еще Регулус слишком зависим от мнения матери, особенно на примере старшего брата, который постоянно устраивал скандалы. Но теперь, кажется, все нормализовалось. По крайней мере, сидящий в уголке рядом с зельем для фейерверков Сириус поздоровался с матерью теплее, чем могли позволить аристократы.

— Профессор Певерелл, окажете ли вы мне честь стать партнером на этот танец? — перед дамами возник Люциус Малфой, он протянул руку своему бывшему декану.

— С удовольствием, мистер Малфой. Леди Блэк, прошу меня простить.

— Я дождусь нашей летней встречи, леди Певерелл, — кивнула Вальбурга и присоединилась к своему мужу.

Люциус вывел женщину в центр зала, мягко закружил. Гарри с радостью отдалась умелым движениям, Люциус являлся идеальным партнером, он чувствовал тело под своими руками и двигался в гармонии с ним, подстраивался и в то же время не терялся. Женщина ощутила тонкий аромат парфюма, теплоту ладони на талии через тонкую ткань платья.

— Я хочу поблагодарить вас, декан, — без артикуляции, чтобы никто не догадался о содержании разговора, произнес Малфой-младший. — За вашу рекомендацию и помощь. Не только мне. Хочу верить, что к Нарциссе вы отнесетесь с таким же пониманием, я очень забочусь о своей будущей жене.

— Она моя студентка, мистер Малфой. Каким были и вы, — понимай, разгадывай. Люциус кивнул. — Мне же хочется верить, что ваше будущее будет безоблачным.

— Меня уже приняли в Брюссель, эта церемония — не более, чем дань традициям, оценки мы получили уже через две недели после экзаменов.

В отличие от СОВ, ЖАБА оценивали быстро, чтобы студенты успели поступить на дальнейшее обучение, ведь во многих университетах срок подачи документов завершался в последних числах июня.

— Тогда могу лишь пожелать вам удачи. Я горжусь тем, что вы были моим учеником, мистер Малфой.

Люциус проводил Гарри на место, поцеловал ей руку и удалился. Вместо него к профессору подошел его отец.

— Могу я пригласить леди на тур вальса?

— С удовольствием, лорд Малфой.

В отличие от Люциуса, вокруг Абраксаса ощущалась аура властности, холодного расчета. Взрослый, состоявшийся мужчина, после смерти жены, предел мечтания многих девушек на выданье. Гарри оставалось только качать головой — многие создали в своей фантазии образ, которого не существовало на самом деле.

— Вы очень интересная личность, профессор Певерелл, — заметил глубокий баритон, обволакивающий и мягкий. Серые глаза гипнотизировали, подчиняли. Если бы у Гарри не было иммунитета к Малфоевским чарам, уже давно бы поддалась. — Убрали моего сына и невестку со сцены, равно как и наследника Лестрейнджей. Сумели нанести удар тогда, когда никто этого не ждал. Вы… интригуете, леди, — он поцеловал на прощание руку и ушел.

И как это понимать? Гарри предпочла отвлечься и заняться вплотную фейерверками.

Со временем все разрешится, делать выводы при недостатке информации — сущая глупость.

А пока что у нее есть подопечные, которые жаждут испробовать детское зелье.

Поезд снова донес студентов до вокзала. Северус попрощался с друзьями, пообещал им писать. И сжал руку профессора Певерелл, чтобы та перенесла их к себе домой.

Лето началось.

22

Как и все маленькие деревушки, Ласс представляла собой замкнутый мирок, где каждый знал друг друга или приходился родственником. Новые люди появлялись редко, так как семьи практически не уезжали отсюда, а дети частенько возвращались после обучения. Прекрасная природа, близость озера, красота холмов, неспешное течение жизни. Чисто английское течение жизни. Домохозяйки ухаживали за садом, ходили по маленьким деревенским лавкам, всегда в одно и то же время, чтобы иметь возможность "случайно" столкнуться на площади возле фонтана и посплетничать от души. Любовь к сплетням, историям о соседях настолько проникла в кровь и дух британцев, что Гарри иногда шутила, что ее, наверное, привезли из-за границы. Газетная шумиха в молодости, тетя Петунья в детстве напрочь отбили какой бы то ни было интерес к жизни соседей.

Молодая одинокая женщина, купившая дом с не самой хорошей репутацией, не живущая в нем большую часть года, практически не появляющаяся в деревне, не покупающая продукты, невольно привлекала внимание. Когда Гарри впервые вышла в магазин за хлебом и овощами, ее провожали любопытные взгляды, а ее персона обросла феноменальными слухами. Правда, ни один не заикнулся, что женщина может быть ведьмой, хотя глаза как раз называли колдовскими. Гарри удалось развеять большинство сплетней, мило побеседовав с продавщицей, пока та упаковывала товар. Новость о том, что женщина — профессор в одной из частных школ, мигом разлетелась по селению. Стали понятны ее отлучки, отсутствие круглый год. И соседи стали любезнее, все же какая-то информация лучше полной неизвестности.

Вот и сейчас Гарри с улыбкой распрощалась с почтальоном, которая разносила газеты и журналы, и вошла во двор. Стоило пересечь линию ворот, как за ее спиной сомкнулись Защитные чары. Теперь простецы увидят разве что обычный домик, не услышат возможных взрывов или криков ястреба с чердака.

Северуса она дома не обнаружила, что не удивительно — сегодня у Гиппократа выходной. Мальчик быстро привык к тому, что с его деканом живет мужчина, причем живет в одной с ней спальне. Природная тактичность не позволяла затрагивать тему в разговоре, он лишь бросал украдкой взгляды первое время. Однако выходной Сметвика разрешил все их вопросы и проблемы. Гиппократ обожал детей, особенно, если они не его пациенты. А сообразительный, любознательный Северус импонировал ему тем более. Гарри подозревала, что так мужчина реализовывает проснувшийся отцовский инстинкт. Они варили медицинские зелья или проводили целые дни на заднем дворе, где отрабатывали заклинания и чары, боевую магию. Гиппократ взялся сделать из Северуса превосходного дуэлянта, на что мальчик согласился с радостью. Ему нравилась идея уметь постоять за себя и за маму. Частенько Гарри видела две склоненные над книгой или медицинским журналом длинноволосые головы. Мужчины обсуждали статью, или Северус с интересом выслушивал смешные истории. А еще краснел при виде знаков внимания, которые Гиппократ оказывал декану Слизерина. На тихое замечание Гарри, Сметвик ответил, что рано или поздно мальчишке такие уроки понадобятся, так что пусть сейчас учится и запоминает.