Чтение онлайн

Снова воцарилась тишина, на этот раз немного… неуютная. Гарри не любила говорить о прошлом, вспоминать его. Она оставила его… в будущем. И жила только сегодняшним днем.

— Сдать бы тебе на Мастерство в Гильдии, — вздохнул уже в который раз Стоун. — Слышал, там даже после домашнего обучения можно.

— Можно. Сдача экзамена стоит две тысячи галеонов, — Гарри уже наводила справки. — И для этого… нужно иметь палочку.

И официальное имя.

Коллеги снова понурились, Стоун нахмурился. Гарри отложила одну основу, выключила паяльник и стянула очки, повернувшись к старому артефактору.

— Стоун, не обижайся, — она ласково улыбнулась. — Я со всем справлюсь. Время у меня есть.

Старик хмыкнул в ответ, покачал головой.

— Ты единственная из молодых людей, кто никуда не торопится, не спешит.

— Тише едешь — дальше будешь, — ответила иностранной поговоркой Гарри и вернулась к работе.

Когда она уже заканчивала вторую серьгу, громко хлопнула дверь, колокольчик задребезжал так, что сначала показалось, будто ураган сорвал его к чертовой матери. Артефакторы отвлеклись от работы, Гарри приподняла бровь, на что Стоун пожал плечами. Из торгового зала раздались возбужденные голоса повышенной тональности, затем еще один хлопок дверью, и в мастерскую ворвался раздраконенный Ричард.

— И как вам это нравится? — заявил он, бросая на стол коробку, обтянутую темным бархатом.

Гарри заглянула под крышку. Внутри, на мягкой ткани лежала тонкая палочка черного дерева. По всей длине ее тянулась узкая трещина, из которой торчали лохмотья чего-то белого.

— Тринадцать дюймов, эбеновое дерево, волос из хвоста единорога, — прокомментировала она, взяла поврежденную палочку в руки.

Нет, ну какие изверги, портить такое произведение искусства! Волшебная суть почти покинула сердцевину палочки и уже угасала в древесине.

— Кажется, ее купил Абрахас Малфой для своего сына, — Эрик уже шуршал журналом, куда они тщательно заносили все проданные вещи. — Ну, так и есть.

— Малфой-младший в этом году должен пойти в Хогвартс, вот папашка и озаботился тем, чтобы у наследничка были козыри в рукаве, — буркнул Нокс, нервно закуривая. — А когда магическим всплеском расколол артефакт, примчался и заявил мне, что это я во всем виноват. Мол, негодные вещи я делаю. Ну и пусть тогда катится к дракклам вместе со своим змеенышем.

Гарри тем временем ощупывала палочку. Поврежденная, да, но не убитая. Эбеновое дерево имеет плотную, тяжелую структуру, прочную и однородную. Расколоть такую — сколько же усилий надо приложить? Впрочем, если постарался маленький маг…. Из эбенового дерева издревле делали амулеты против злых духов, считалось, что с помощью этого дерева можно убить демона, а в посуде из древесины черного дерева яды теряют свои свойства. Не все, но ослабляются значительно. Гарри проверяла это на практике.

Однако это тяжелая палочка, предназначалась для мощных, могущественных аур, и она совсем не подходила Малфою-младшему, не тому Люциусу, каким он был в школе, находясь под пятой своего отца. Эбеновое дерево подошло бы тому Люциусу, что выдержал Азкабан и рабство у Темного лорда. Выдержал и не сломался.

— Ричард, ты собираешься еще использовать эту палочку? — подняла глаза на начальника женщина.

— Хочешь изменить ее под себя? — прищурился Нокс.

Гарри повела плечами, шевельнула уголками губ. Не пропадать же добру.

— Бери, — махнул рукой уже немного успокоившийся Нокс. — Либо ты что-нибудь с этим сделаешь, либо все равно выбрасывать. После мелкого павлина-то, — пробурчал он.

Эрик смешливо фыркнул, Стоун отозвался одобрительным смешком.

— Не обижайся, но Люциусу в данный период больше подошла бы палочка из клена, — заметила Гарри.

— С пером павлина внутри! — рыкнул Нокс. — Я даже лично готов их ощипать.

Артефакторы переглянулись и дружно рассмеялись, представив себе эту картину. Нокс залезает в Малфой-менор и ощипывает драгоценных павлинов блондинистого семейства.

— Если не возражаешь, я задержусь сегодня в мастерской?

— Как тебе угодно. Кстати! — мужчина хлопнул себя по лбу. — Зарплата! Вы так долго ее ждали, — пропел он.

В руки каждого перекочевал мешочек с галеонами. Эрик засветился весь от счастья.

— На "Ночном рыцаре" съезжу в "Сладкое королевство" в Хогсмиде, — решил он, поглаживая позвякивающее сокровище.

— У Гарри, разумеется, целый список, — вопросительно потянул Нокс.

— Если все получится, палочку из него можно будет вычеркнуть, — отстранено улыбнулась Гарри и вернулась к своей работе.

Вечером Нокс оставил ей ключи от магазина, сказал пароль от щитовых чар, чтобы женщина активировала их, когда будет уходить. Если будет.

Гарри приглушила немного свет, ей не нужен был такой яркий, от него в подвальчике становилось жарко. Очистила свой стол от посторонних предметов и вынула спрятанную до времени палочку.

— Красавица, — ласково прошептала она, проводя кончиками пальцев по поврежденной древесине.

И как Люциус умудрился не оценить подобного. Мелкий еще, павлинчик-то!

Тонким ножом Мастер разрезала палочку до конца, благо черное дерево отлично поддавалось, положила его в специально сваренный раствор, позволяя дереву развернуться, как листу бумаги или плотному бутону цветка. И пинцетом, аккуратно, стала вытаскивать наружу шерсть единорога.

Олливандер в свое время говорил сущую правду: не волшебник выбирает палочку, а палочка — волшебника. Изредка, когда артефакт полюбил хозяина, даже после его смерти или проигрыша в бою, отказывался подчиниться победителю или родственнику. Как, например, Старшая палочка. После признания Гарри хозяйкой и Повелительницей Смерти, палочка перестала откликаться на зов других, искать других, более сильных волшебников.

Кровь создательницы успокоила ее.

Сейчас, в данное время, она принадлежит Альбусу Дамблдору, однако Гарри не сомневалась: артефакт будет искать ее, носительницу крови Смерти, прямого потомка богини. Ничего, с этим тоже можно будет разобраться позже.

Пока — важно создать артефакт. Палочка не признала Люциуса, осталась свободной. Отсутствие уз значительно облегчало работу.

Когда вся шерсть была вынута и выброшена — использованная, она потеряла свою силу — Гарри стала читать катрены, выводить руны прямо в воздухе, вливая в каждую собственную силу. Щиты над лавочкой обязаны выдержать. Она сглаживала, убирала следы взаимодействия шерсти единорога и черного дерева, их связь.