Чтение онлайн

Дерево разворачивалось, приобретало глянцевый блеск. Гарри достала его щипцами, прокручивая в воздухе, медленно высушила теплыми струями. Не до конца, ровно настолько, чтобы перестал стекать ручьями раствор.

Сердцевиной послужит прядь волос некроманта и цветок асфоделя. Из надреза на ладони на стол упала алая капля, из которой вытянулся белоснежный цветок, похожий на розу и лилию одновременно, как писал один поэт.

Дерево спланировало в следующий раствор, уже обычный, пропитывающий, стандартный. Пока волшебница занялась асфоделем. Следовало преобразовать его магическую суть, придать форму ядра для палочки и связать с прядью волос некроманта. Для палочек всегда использовали удобные по физическим параметрам сердцевины — будь то шерсть, перо или сердечная жила, их не нужно было лишний раз преобразовывать, изменять. Не то, что цветок.

Гарри не искала простых путей. Эта палочка будет только ее, и подчиняться станет только ей. До конца жизни.

Кровный ритуал, и темное дерево обволакивает белоснежную сердцевину, переплетенную тонкими черными нитями, поглощает и заключает в себе. В этом отличие палочек на заказ от оптового изготовления — все они служат только одному владельцу, ведь заклинают на кровь. За время "правления" Дамблдора, после падения Темного лорда и аристократов, даже такие простые кровные ритуалы были признаны темными.

К утру, когда над Лютным занимался серый рассвет, отполированная палочка легла на стол. Гарри устало откинулась на спинку стула. От растраты энергии напал жуткий голод, перед глазами все плыло и кружилось. И вместе с тем пришла эйфория. Подрагивающими пальцами коснулась она черной рукояти палочки, обхватила ее. Дерево под ладонью нагрелось, и острый кончик выпустил сноп фиолетовых искр. Артефакт послушно отозвался новой — теперь уже единственной — владелице. Хотелось петь и танцевать. Колдовать и превращать все подряд. Гарри даже не замечала, какой беззащитной, практически голой, чувствовала себя без палочки.

Взмах, и запотевшие стекла распахнулись, пропуская внутрь морозный, предрассветный ветерок. Он смешался с запахами трав и огня, что пропитали весь подвал за бессонную ночь, мимолетно коснулся разгоряченной кожи щек волшебницы. Гарри упоенно вдохнула его, подставляя влажные шею и плечи, облепленные мокрыми от пота волосами. Очищающие легли более ровно, чем обычно, легко и привычно. Да, с палочкой определенно колдовать намного проще. По крайней мере, в повседневной жизни.

Гарри от души зевнула, чуть ли не вывихивая челюсть. Хорошо, у нее завтра… нет, уже сегодня, выходной. Работать в таком состоянии она попросту не способна.

Помещение проветрилось, на всякий случай женщина наложила стирающие чары из аврорского арсенала, что в свое время любезно подсказал Кингсли, который не желал, чтобы Героиню поймали на горячем. Теперь даже самая лучшая ищейка не обнаружит в этом подвале следов проведения кровных ритуалов. Окно захлопнулось, повинуясь движению кончика палочки, вещи легли на свои места, освобождая рабочее место. Гарри выключила свет, закрыла помещение, врубив защитные чары. И, напевая себе под нос, неспешно направилась домой.

В свете сумерек Лютный казался серым, почти бесцветным. И странно притихшим, как будто все вокруг вымерли.

— Мяу!

А, нет, жизнь имелась!

— Привет, Мерлин, — улыбнулась Гарри.

Женщина присела на корточки, чтобы погладить котяру. Здоровенный черный книзл являлся грозой всех животных в их дворе-"колодце". С разбойничьей мордой обходил он свои владения и неугодным немедленно задавал трепку. Принадлежал никому и всем одновременно — то есть кормили его тоже всем двором. Зато можно было быть уверенным, что ни крыс, ни мышей в помещениях не было. Наглая морда, прозванная за какие-то заслуги Мерлином, этого попросту не допустила бы.

— Мяу! — прозвучало жалобно и требовательно одновременно.

— У меня только яблоки.

— Мяу?

— Да, зеленые.

— Мяу!

— Знаешь, приличные коты не едят яблоки.

— Пф.

Гарри весело улыбнулась. Как и любой книзл, Мерлин был умнее других животных. А вот вкусы в пище имел странные. И с первого же дня повадился охотиться на яблоки в квартире Гарри. Частенько их можно было увидеть идущими через двор и ведущими переговоры по поводу кислых или сладких плодов. Отчасти именно это примирило соседей с женщиной: Мерлин плохих людей чувствовал и обходил их стороной, а к новенькой привязался.

— Заходи, — женщина распахнула дверь квартиры, предварительно снимая охранку.

Без палочки наложить удалось только топорные, грубые защитные чары, рассчитанные на прямой взлом какого-нибудь не слишком профессионального волшебника. Теперь Гарри собиралась это исправить.

Интуиция взвыла раненной мантикорой, рядом Мерлин вздыбил шерсть. Гарри отскочила в сторону, перекатилась в угол, над головой полетели следы неизвестных заклятий. Темная фигура скользнула к ней. Из-за высокой скорости ее движения казались расплывчатыми, почти незаметными.

Убийца, член Гильдии убийц. Только они так профессионально и быстро двигаются. И используют холодное оружие. Гарри еле успела выставить Щитовые чары, о которые ударилось несколько кинжалов. Со звоном клинки отлетели куда-то в темноту, а фигура отпрыгнула, чтобы не попасть под Режущее. Спасибо Снейпу за однажды полученный учебник Принца-полукровки. Из него женщина узнала больше о боевке, чем за все семь лет Хогвартса. Правда, вряд ли "любимому" зельевару эта мысль пришлась бы по душе.

В полутемном помещении одежды противника сливались с тенями, он держался в стороне от окна, чтобы не попасть под удар. Кровать и холодильный шкаф с плиткой обходил так, что становилось понятно: он успел изучить обстановку комнаты досконально. Отсюда следовало, что разработка заказа на нее велась как минимум неделю — именно столько требовалось в прошлом профессионалам.

Кожное окаменение отскочило от убийцы, Гарри засекла вспышку магической энергии на груди. Амулет, скорей всего, древний артефакт, потому что в нынешнее время мало малефиков, и те стараются не высовываться.

Убийца плавно переместился за спину женщины, сталь клинка почти холодила кожу шеи, когда Гарри резко развернулась и ударила параличкой. Нет, он в самом деле думал, что окаменение — единственное, на что она способна?

Скорее, это было отвлекающий маневр.

Ассассин свалился мешком на пол, и Гарри получила возможность его рассмотреть. Темные одежды, ткани, закрывающие лицо, невыразительный взгляд, полностью лишенный каких-либо эмоций.