Чтение онлайн

— Я не позволю, - ответил он.

— Ты был бы плохим королем, - девушка поспешила уйти, чувствуя, как слезы затуманивают взгляд.

Она вошла в королевский шатер, стараясь вдыхать глубже, чтоб остановить слезы. Сняла плащ и подошла к кровати. Король спал там, где она его и оставила, не сняв одежды и не накрывшись. Девушка села рядом на постель и посмотрела ему в лицо. Во сне оно оставалось таким же напряженным, как и днем. Даже во сне он не мог найти успокоения от мучивших его мыслей. Николь погладила его по щеке.

— Мне все равно, поступай, как считаешь необходимым, - сказала она.

Виктор открыл глаза, еще не совсем проснувшись.

— Что?
– спросил он.
– Как провела время?

Он попытался сесть, но Николь склонилась и поцеловала его.

— Я люблю тебя, - сказала она, чувствуя, что слезы все же потекли по щекам.

Рагиб.

15е. Третий весенний месяц.

Дворец халифа поражал своей роскошью и величием. Построенный из белого камня, украшенный богатыми барельефами и мозаикой, изображавшими цветочный орнамент. Восемь высоких круглых башен, уходивших в небо, несколько внутренних дворов, каждый из которых мог вместить главную площадь перед вандерширским дворцом. Сады и фонтаны, как и в доме Садида, сменялись внутренними покоями, задрапированными шторами из невесомых тканей.

Гостей провели в отдельные покои и разместили в соответствии с распоряжением хозяина. Женщины вновь были помещены отдельно от мужчин, на женской половине дворца.

Вход туда охраняли вооруженные саблями темнокожие мужчины в белоснежных широких штанах и тюрбанах, но с обнаженным торсом. Дальше прислуга была уже исключительно женская. Хотя роскошью нарядов они превосходили даже первую жену градоправителя портового города. Не было такого предмета интерьера или одежды, в котором не присутствовало бы золото или серебро. Мебель была из редкого в Вандершире черного дерева, отполированного до блеска, и обита шитой золотом парчой. На холодных каменных полах настелены были мягкие цветастые ковры. Всюду были цветы и клетки с птицами.

Оказавшись, наконец, в своих покоях, северянки сели на диванчики, предоставленные служанками, и долго молчали, пытаясь прийти в себя после увиденного.

— Это мы еще не были в тронном зале, - произнесла Бьянка, первая вернувшаяся к реальности.

— Сколько же у них тут золота? Где они его берут?
– Ева попыталась отковырять огромный изумруд от золотого блюда, на котором лежали свежие фрукты.

— Я слышала об этом месте, но никогда не видела его, - Мадлену волновало не столько внешнее убранство, сколько настроение обитателей дворца. Темной энергии она не ощущала, и это немного успокоило ее.

— Почему в Вандершире так не украшают дома?
– Николь сняла обувь и прошлась по ковру, проваливаясь в его длинный ворс.
– Тут так красиво, везде цветы.

— И золото, - Ева проверяла, из чего сделаны ножки стола. Черное дерево было украшено резьбой и рисунком, казалось, тоже золотым.

— Наверное, у них где-то есть золотые жилы, - решила Бьянка, отлично изучившая науки в Итилиане.
– Выкопали шахты, загнали в них рабов, которых тут в избытке, и вот вам - золото, бери - не хочу.

— Причем тут золото?
– Николь понюхала маленький темно-сиреневый цветок, украшавший светло-зеленый куст в горшочке у окна.
– Оно, конечно, очень красиво сочетается с черным деревом, но цветы гораздо лучше украшают комнату.

— А цветы и золото еще лучше, - Ева оставила свои исследования, убедившись, что все золото было настоящее, даже подсвечник.

— Может, плюнуть на все и выйти за какого-нибудь советника халифа?
– Бьянка легла на свой диванчик.
– Буду жить во дворце, спать на подушках, есть с золота.

— Отличная идея, - кивнула Ева.
– Ты очень облегчишь мне жизнь.

— А какой халиф?
– спросила Николь, ее хорошее настроение сменилось меланхолией.
– Вы видели его?

— Нет, - Бьянка овевала себя листком пальмы, растущей в горшочке возле ее ложа.

— Он очень похож на принца, - ответила Мадлена, догадываясь о настроении Николь и его причине.

— Внешне?
– переспросила княжна, тоже заинтересовавшись.

— Нет, он тщеславен, горд и помешан на кораблях, - ответила волшебница.
– Это его страсть. У Иджу большой и сильный флот.

— Я не понимаю, - возразила Бьянка.
– Отчего же Вандершир охраняет морские пути от пиратов, если у Иджу свой флот?

— Их корабли большие, но медленные, - ответила Николь.

— Заметно, что ты много времени проводишь с Виктором, - усмехнулась княжна.

— Да, только Вандершир владеет техникой строительства быстрых и маневренных кораблей, - подтвердила Мадлена.
– В этом наше преимущество перед флотом Иджу.

— Наше?
– Ева недоверчиво взглянула на волшебницу.
– Вы решили принять вандерширское подданство?

— Я говорю "наше", поскольку именно литиаты помогли Вандерширу стать таким, какой он есть, - ответила Мадлена, не глядя не девушку.
– Иджу развился в последние сто лет только благодаря тому, что все изгнанные с севера маги перебрались сюда. А с ними пришли и знания.

— Что тут скажешь, Кальтбэрги постарались, чтоб Вандершир и Холоу вернулись в прошлое, а их слабые соседи набрали мощи, - констатировала Бьянка, тоже ярая противница политики династии наместников.

— Дядя часто упоминал Валиуса, - произнесла задумчиво Ева.

Николь молчала. Ее не очень радовали разговоры о мрачном прошлом двух государств.

— Он говорил, что наместник был крайне жестоким, и даже маги боялись его, - продолжала Ева. Ее этот факт очень забавлял.

— Никто его не боялся, - фыркнула Мадлена.
– Разве что только такие как твой опекун.

— Я читала, что он сжигал магов на костре, - возразила Бьянка.
– Разве это неправда?

— Правда, - ответила волшебница.
– Мы уязвимы, как и люди. Будь тогда рядом с ним темные, он смог бы наделать много бед, но он разогнал всех. Даже эльфов.