DEFLOR
Шрифт:
– У охранника.
– Как зовут?
– Ли.
– Так это же тот самый китаец, который мечтает твою жопу на свой кукан натянуть. В чем проблема? Снимай трусы и договаривайся.
– А где гарантия, что он обменяет медальон на мою жопу?
На том конце помолчали.
– Это ты права. Медальон намного дороже. Я даже не знаю, сколько таких жоп надо поиметь, чтобы они его перевесили. Значит, предложи что-нибудь другое. Или выкради. Или убей. Мне все равно. Даю тебе еще сутки. Последние. Давай, Алиночка, душа моя, действуй, курица ты моя прекрасная.
Связь отрубилась.
Алина вытерла пот со лба. Ее трясло.
Она на негнущихся ногах поднялась обратно и только выходя на веранду поняла, что забыла всю выпивку.
– Блин, девки, – пробормотала она, – извините. Из головы вылетело.
Но девкам было не до выпивки.
Они смотрели на нее округлившимися глазами.
У лестницы стоял инспектор Хантер Холл в своей облегающей синей форме.
Сегодня он не улыбался.
Костистое лицо с выпирающей нижней челюстью казалось вырубленным из камня.
Внимательные холодные глаза прожигали ее насквозь.
– Леди Алина, – сказал он. – Я вынужден требовать, чтобы вы прошли со мной.
2
– Я арестована? – спросила она, едва за ним поспевая.
– Пока нет. Но к вам есть несколько серьезных вопросов.
Она сглотнула от волнения.
– Каких?
– Задам их на следственном эксперименте.
– Но следственный эксперимент обычно проводят с преступниками. Вы считаете меня преступницей?
– Это будет зависеть от ваших ответов на мои вопросы.
Достигнув большого дома, он свернул на неприметную тропинку, вышел к заднему фасаду и остановился у разросшегося розового куста. Достал диктофон, включил, назвал дату и вводные данные и повернулся к ней.
– Сударыня, вы узнаете это место?
Отрицать было бессмысленно. Это был тот самый розовый куст, сквозь который она продиралась сутки назад.
– Ну да. Я тут была вчера утром.
– Прекрасно. Теперь вы должны в точности повторить ваши вчерашние действия.
– Не буду, – насупилась она.
Он опешил.
– То есть как?
– Я вчера продиралась сквозь этот куст. На мне был защитный костюм. Но я даже в нем исцарапалась. А теперь видите на мне что? – она показала на белое платьице. – Я что, дура туда лезть?
Он вздохнул и поднес диктофон к губам.
– Для протокола. Подозреваемая призналась, что была в момент преступления в защитном костюме.
– Эй! Это вы о чем?
– Не отвлекайтесь. Допустим вы продрались сквозь куст. Что было дальше?
– Пошла вдоль фасада, дальше в окне увидела подругу и залезла к ней в комнату.
– Имя подруги. Где она? Во флигеле? Мне нужно будет ее допросить, чтобы она подтвердила ваши показания.
– Вы что, издеваетесь? Это Мия. Она погибла вчера. Бросилась с обрыва.
Хантер сделал пометку в блокноте.
– То есть ваши показания никто подтвердить не может.
– Да что происходит-то?
Вместо ответа он подошел к стене дома и что-то нажал.
Раздался щелчок, и весь розовый куст не спеша отъехал в сторону.
Под ним обнаружилась ребристая металлическая плита, которая отъехала вслед за кустом.
За плитой скрывалась широкая бетонная лестница, ведущая куда-то глубоко вниз.
Алина смотрела на все это, распахнув глаза и открыв рот.
– Подозреваемая, вы знакомы с этим механизмом?
– О боже, нет! Первый раз вижу. Как вы это сделали?
Хантер вздохнул и выключил диктофон.
– Ладно. Разберемся. Следуйте за мной.
Он пригнул голову, ступил на лестницу и подал ей руку.
– Осторожно, здесь скользко.
Место, которое она увидела, когда оказалась внизу, напоминало средневековые казематы. Голые каменные стены, голый сводчатый потолок. Кое-где на стенах виднелись ржавые держатели для факелов.
Коридор уходил далеко и вправо, и влево и там терялся в мраке.
– Где это мы? – прошептала она.
– Хотите сказать, вы этого не видели? – хмыкнул он.
– Нет, конечно!
– Это подземный этаж большого дома. Шеф местной охраны утверждает, что он в два или три раза больше того, что наверху. Большинство помещений, правда, закрыты. А некоторые даже замурованы. Если верить архивам, это все, что осталось от старого губернаторского дворца 17 века. Дворец снесли и построили на его месте виллу. А подвал остался.
Они двинулись по коридору, мимо закрытых ржавых дверей с зарешеченными окошками.
– Как я понимаю, – пояснил Хантер, – в основном подвал использовался как тюрьма. Там дальше пыточные камеры есть.
– Нисколько не сомневаюсь, – пробормотала она.
Было холодно. Ее голые ноги и руки уже успели покрыться мурашками.
– А еще здесь хранили припасы, – добавил он. – Сейчас увидите.
Он толкнул очередную зарешеченную дверь.
За ней оказалось большое низкое помещение. У дальней стены были свалены бесформенные куски какого-то белесого материала.
Рядом стоял Баргас
Он повернулся и без всякого выражения посмотрел на нее.
– Это так называемый ледник, – сказал Хантер. – Вон там глыбы льда. Раньше здесь хранили продукты. В основном мясо.
– Полагаю, мадемуазель Алина уже здесь была и не нуждается в пояснениях, – сказал Баргас.
– Да откуда вы это взяли?!
Они подошли ближе.
У ног Баргаса лежала большая глыба льда с длинным подтаявшим углублением сверху.
– Я спрятал здесь тело хозяина, – Баргас развел руками. – Об этом месте даже из персонала практически никто не знает.