Дело давнее
Шрифт:
– Было много разговоров, что выходит она из гроба и плачет ночами над могилой Авдея Сергеевича. Дескать, люди видели. Ну её родня и установила такое надгробье, чтобы языками перестали молоть.
– А почему за могилкой никто не следит?
– Кто умер, кто уехал. Да и кому она нужна? Доброй памяти-то о себе не оставила.
Ксюша подошла к могиле и, несмотря на предостерегающее ворчание бабушки, раздвинула траву. На неотесанном гранитном валуне не было таблички с надписью. Ксюша смела с плиты прошлогодние листья и прочий сор. На позеленевшем от сырости и времени бетоне виднелись черные от набившейся грязи высеченные слова: 'Никому тебя не отдам, сокол мой ясный, и даже смерть не разлучит нас'.
– Ой, как же мне её жалко, - расстроилась Ксюша и выдернула траву, пробивающуюся сквозь трещины в плите.
– Ведь Груня пострадала от несчастной любви. Как ни крути, но дед Авдей с ней плохо обошелся. Бросил, да ещё и на другой женился. Это же так больно, так обидно!
Ирина Петровна тоже подошла к могиле.
– В жизни всякое бывает, - строго посмотрела она на внучку.
– Может, и тебя какой-нибудь ухарь по молодости да по глупости обманет. Значит, не твой это человек. Плюнь ему вслед, если тебе от этого легче станет, а лучше прости его и живи дальше. И не пытайся цепляться за парня - толку всё равно не будет. Отпусти его с миром, и вскоре увидишь: наступит новый день и придет новая любовь.
Бабушка и внучка ушли с кладбища уже во второй половине дня, тщательно оборвав траву и вокруг захоронения Аграфены Стрельцовой. Каких бы ошибок не совершил в своей жизни человек, он достоин прощения, даже если сам прощать так и не научился.