Демон на Миллион
Шрифт:
– Так что да, я долгое время был объектом извращенной привязанности моих братьев, - признался он.
– А ты боишься светящейся женщины с молниями, вылетающими из волос.
– Что?
– спросила я, потом вспомнила.
– Ой. Конечно.
– Я сдула прядь волос с глаз и нахмурилась, глядя на полку.
– Это была Богиня. Если ты ее не боишься, ты глуп.
– И быть в клетке, - добавил он, понизив голос.
– В клетке?
– эхом повторила я, опуская плечи, когда вспомнила, как испугалась в Алькатрасе.
– Нет. Дверца клетки всегда открывается. Но быть беспомощным? Конечно. Боюсь того, что у меня отнимут мои навыки, мою способность защищать себя и тех, кого я люблю? Того, что делает меня мной? Чертовски верно.
Я заколебалась, опустив взгляд на Пайка. Он был выше меня, и если бы он опустил шкатулку с драгоценностями, мне не пришлось бы многозначительно вытягиваться перед ним.
– Не мог бы ты оказать мне услугу?
– спросила я, и он выгнул брови.
– Не мог бы ты достать мне шкатулку с драгоценностями? Она на той полке.
– С твоей горгульей?
– Пайк медленно встал, выглядя высоким, когда забрался на ящик.
– Конечно.
Я протянула руку, когда он достал шкатулку с полки.
– Спасибо.
– Я ждала, протянув руку, пока он не вложил ее в мою ладонь.
– Я собираюсь использовать свое старое кольцо с мизинца в качестве фокусирующего объекта, - сказала я, открывая шкатулку. Заиграла звенящая музыка, и, клянусь, хвост Биса дернулся. Мое кольцо было там, где я его оставила, но я покраснела, когда я увидела колпачки, которые Кистен подарил мне на день рождения, чтобы я надевала их на зубы и удлиняла клыки, чтобы они были такими же, как у него, - безобидный, творческий способ оживить нашу игру в спальне. Я не смогла их выбросить, и горе поднялось при виде их в маленьком флаконе, моя печаль была нежеланной и бесполезной.
– Рейчел Морган, - протянул Пайк, все еще возвышаясь надо мной.
– Это колпачки в твоей шкатулке с сокровищами?
Я захлопнула шкатулку с драгоценностями, и звенящая музыка оборвалась.
– Абсолютно нет, - солгала я.
– У меня есть все, что мне нужно. Спасибо.
Но его движения были медленными и задумчивыми, когда он слезал с коробки, его глаза следили за мной, пока я ставила шкатулку с драгоценностями на комод.
– Раньше у тебя было все, что тебе было нужно, - сказал он, и я вздрогнула от его низкого голоса, так похожего на голос Кистена. Он говорил не о проклятии.
– Но больше нет. Уже долгое время.
Я обернулась, застигнутая врасплох его взглядом с расширенными зрачками и тщательно неподвижной позой. Мою кожу снова покалывало от вампирских феромонов. Повсюду были окна, но этого было недостаточно, чтобы разбавить потребность и желание, которыми он наполнил воздух.
– Ты скучаешь по нему?
– сказал Пайк с другого конца комнаты, и это было так, будто он шептал мне на ухо.
– Это был он, не так ли? Ходят слухи, что Айви только однажды порвала тебе кожу.
Я покраснела, а Пайк улыбнулся, показав осколок клыка, и я задрожала.
– Где?
– сказал Пайк, делая беззвучный, грациозный шаг ближе, и я попятилась, пока не нашла комод.
– Твоя кожа идеальна.
У меня перехватило дыхание, когда он двинулся вперед, и мои глаза закрылись в долгом моргании. Ощущение расцвело, когда легкий палец сдвинул мой подбородок, затем коснулся шеи.
Я ахнула, глаза распахнулись, когда я отбросила его прикосновение.
– Никаких прикосновений, - сказала я, и он улыбнулся, подняв руку в извинении.
– Прости, - сказал он, но это было не то, что говорили его глаза.
– Я переступил черту.
Он наклонился ближе, и я затаила дыхание, наслаждаясь покалывающим огнем, пробегающим по моему боку. О, Боже. Это было так давно.
– Не трону, - повторил Пайк, и я не пошевелилась. Он сказал, что не тронет, и хотя я не доверяла ему, я доверяла кодексу вампирской игры в кровь - Бог знает почему. Я была глупа. «Нет, я все контролирую», - размышляла я, легким движением мысли касаясь ближайшей лей-линии. Я была быстрее, чем зубы вампира.
И когда он снова наклонился вперед, мои глаза закрылись, а руки вцепились в крышку комода, очарованные ощущением обещанного восторга, пронизывающего меня.
Его дыхание коснулось моей шеи, и я опустила голову, почти приглашая его. Я знала, каково это будет, я знала прилив ощущений, который наполнит меня, абсолютную принадлежность, обещание.
– Дай мне это, - прошептал он, и я облизнула губы, зная, что передо мной стоит мастер кровавых искусств.
– Нет, - прошептала я и почувствовала, как он улыбнулся моему мягкому отказу, думая, что я не выдержу.
– Ты прикоснешься ко мне и умрешь, - пообещала я, закрыв глаза.
– Прямо здесь.
– Я не прикасаюсь к тебе.
– Его слова были едва слышны, и мои колени почти подогнулись.
– Но я мог бы. Я мог бы заманить тебя на вершину.
– Его вдох был подобен обещанию.
– Привести тебя на полшага от смерти… к жизни.
Я затаила дыхание, когда он подул на меня, согревая, чтобы разбудить мой шрам.
Моя хватка на комоде позади усилилась от покалывания, и я открыла глаза. Было почти шоком увидеть его там, в его черных, как зрачки, глазах было обещанное путешествие туда, куда Кистен никогда не осмеливался меня взять. Он потянул бы за каждую нить желания во мне, исполнив их все.
– Ты нас знаешь.
– Глаза Пайка закрылись, но это сделало его более опасным, а не менее.
– Я знаю тебя, - согласилась я. Мой пульс участился, а пальцы, вцепившиеся в комод, побелели.
– Ты могла бы быть всем со мной, - прошептал он, и мурашки побежали к моему паху, его тяжелое дыхание коснулось моего скрытого шрама.
– Я мог бы отдать тебе все. Все...
Я разжала руку, пальцы дрожали, когда я попыталась оттолкнуть его, но когда моя ладонь встретилась с его грудью... Я обнаружила, что не сделала этого.