Чтение онлайн

Их сегодня вам открою я:

Чтобы папа добрым был, чтобы маму он любил,

Чтобы мой дружок Серёжка мне конфетку подарил!

Чтобы папа добрым был, чтобы маму он любил,

Чтобы мой дружок Серёжка мне конфетку подарил!

– Тупые желания, - заметила Полина, когда прозвенел звонок, и они с Денисом пошли на математику.

– Тупейшие, - согласился брат. – У нас папа и так добрый.

– И маму он и так любит.

– А профукать целое желание на конфетку – это вообще тупняк космический.

– Наверное, у тех, кто эту песню сочинил, папа злой был, - предположила Полина.

– И маму не любил, - кивнул Денис.

– А конфеты они вообще только во сне видели.

От этих разговоров им захотелось конфет. Раньше на первом этаже стояли два автомата с твиксами, сникерсами и другими шоколадками, но их в прошлом году почему-то убрали. Вместо них поставили новый автомат – с молоком, йогуртом и творожками. Его все ненавидели, а потом он вообще сломался.

Сам собой. Случайно.

Так что они сбегали в магазинчик через дорогу. На математику немного опоздали, но не по своей вине. Они встретили по дороге классного рыжего кота и просто не могли его не погладить. Кот так громко мурчал и терся о их ноги, что близнецы вернулись в магазин и купили ему баночку тунца. Почему-то им показалось, что именно тунец ему особенно понравится.

А себе они купили четыре пакетика «Эм-энд-Эмс» и устроили на уроке королевскую битву. Просто брали по конфете и давили что есть силы, пока одна из них не трескалась. Этого лузера тут же съедали, а победителя заставляли сражаться с другой эмэндэмсиной.

Этим они занимались всю математику и путем экспериментов выяснили, что самые крепкие – коричневые и красные, а самые хрупкие – синие. И еще им попалась одна деформированная зеленая – почти конусообразная и за счет этого невероятно мощная. Ее так и не удалось раздавить.

– Это царь эмэндэмсин, - восхищенно произнес Денис. – Он могуч, велик и прекрасен. Вон какие у него мышцы.

– Мы должны короновать его, - провозгласила Полина. – Нам нужна крошечная корона.

– Это ваше желание? – донеслось из-под парты.

Денис и Полина похолодели. Они разом бросили быстрый взгляд на учителя, но тот писал что-то на доске и в их сторону не смотрел. Никто другой их тоже не видел – Денис и Полина сидели на последней парте, у окна.

А сунувшись под стол, они увидели там... ну правильно, Фурундарока. Демон-младенец мерзко ухмылялся, грызя карандаш Полины.

– Ты чего тут делаешь?! – прошипел Денис.

– Уйди! Уйди отсюда! – зашептала Полина.

– Это вот так вы здороваетесь со своим покровителем и благодетелем? – оскорбился Фурундарок. – Маленькие неблагодарные ублюдки. Я тут проявляю заботу, телепортируюсь вслед за вами, а вы меня гоните? Ах вы твари.

– Но тебя же засекут! Сиди тогда хотя бы тихо!

И то, учитель уже обернулся, и Денис с Полиной еле успели выпрямиться и натянуть улыбки. Владимир Данилович недоуменно поглядел в их сторону, и сидящие впереди Яковлева с Морошкиной тоже обернулись. Явно услышали гулкий бас Фурундарока – он ведь даже не старался говорить тише.

– У кого там что включено?! – нахмурился учитель. – Померанцевы, выключили быстро свои мультики! Отберу сейчас все!

По счастью, тут как раз прозвенел звонок. Близнецы запихали тетрадки в ранец и вылетели из класса двумя пулями. Самыми первыми, хоть и сидели позади всех.

За Фурундарока они не волновались. Знали уже – тот без труда переместится куда угодно.

И верно. Едва Денис и Полина уселись за другую парту в классе русского языка, как под ней что-то заворочалось. Крошечный демон возлежал там прямо на воздухе и грыз очередной карандаш Полины.

Последний, как выяснилось. У Полины был замечательный набор из десяти карандашей разного цвета, которыми она очень любила рисовать на переменах.

Еще утром был. Еще час назад.

– Мои карандашики... – грустно вздохнула она, вытаскивая пустой пенал. – Они вкусные хоть были?

– Нет, отвратительные, - ответил Фурундарок. – Не покупай такие больше.

У Полины аж бомбануло. Она резко вскочила, сжала кулаки и завопила так, что весь класс обернулся. Хорошо хоть, учительница еще не пришла.

– Померанцева, ты чего так орешь? – спросила Яковлева. – Я чуть не оглохла.

Полина не удостоила ее ответом. Ей было безумно жалко своих карандашиков. Вот кучу добра они с Денисом накупили за последние полтора месяца – и ничего жалко не было. А карандашиков – ужасно.

Потому что их она купила себе до появления бездонного кошелька. Когда на каждую классную вещь еще приходилось копить. Когда каждая покупка делалась осмотрительно и вдумчиво.

Конечно, теперь она может купить новые. Хоть тысячу штук. Но те-то самые карандашики уже не вернутся никогда. Фурундарок их сожрал.

И ему ведь даже не стыдно! Вот ничуточки! Сидит такой под партой, ухмыляется!

– Блин, Полинка, ты чего так расстроилась-то? – пихнул сестру Денис. – Ну давай загадаем желание, чтоб он эти карандаши отрыгнул.

– Ты что, совсем дурак?! – уставилась на него Полина. – Тратить желание на коробку с карандашами?!

– Ладно, тогда не будем, - быстро согласился Денис.

Полина мрачно уставилась в спину сидящей перед ней Яковлевой. Там было написано «Nirvana». Полина сверлила это слово взглядом и пыталась успокоиться.

Пока что не получалось.

Тем временем прозвенел звонок. В класс влетела запыхавшаяся Лариса Павловна, и все встали из-за парт. Учительница уставилась на класс поверх очков, а класс молча уставился на нее. Все ждали разрешения сесть.