Чтение онлайн

От облегчения я едва не рассмеялся.

— Популярная песенка.

Взяв Хонникер за руку, я повернулся, дабы продолжить путь. И замер.

Их было семеро — включая того мальца, что заговаривал нам зубы. Все одинаковые, как под копирку — вплоть до синих комбинезонов, рыжих волос и причесок в стиле «палуба авианосца». Самые здоровенные носили на груди и спине курток ярко-малиновые нашивки: «номер один». Оставалось лишь надеяться, что им не требуется, как Дьяволам, срочно устраивать уличное барбекю для вступления в шайку нового члена.

Самый высокий из шайки запел:

— Да-да, он мертв, мертв, мертв. Ему не жить, жить, жить!

Загораживая собой Хонникер, я попятился к кирпичному фасаду закрытого ресторана.

— Дай-ка попробую сам управиться.

— Похоже, ты уже управился, — ухмыльнулся рослый парень.

— Управился и с одеждой, — в тон подхватил другой. Если бы я не пытался делать вид, что все в порядке, то не

удержался бы от гримасы. В недобрый же день пришла мне в голову эта строчка! Ну да, не важно. Необходимо придумать способ выкрутиться из этой ситуации — причем любой ценой избежав необходимости пообещать еще одной уличной банде раскрутку в рекламе.

— Итак, ребятки, — я снова прибегнул к старому бодряческому трюку, — чем могу помочь?

Самый рослый ответил мне ударом в лицо. Я без труда увернулся, но знал, что он нарочно позволил уйти от его кулака.

— Мы тебе не ребятки. Мы — Большие Красные Торчки. И учитывая, что вы вторглись на нашу территорию, мы порешили: вы теперь обязаны отдать нам должное.

— Должное? — Я обвел их взглядом. — Как именно? «Торжественно признаю, что у вас самые большие и красные торчки, какие я только видел»?

Младшие члены шайки захихикали, однако главарю моя шутка не понравилась.

— Нет! — рявкнул он. — Я говорю о деньгах. Настоящих деньгах.

И почему это я вечно умудряюсь разбудить в уличных подонках самое худшее?

— Но поскольку ты осмелился насмехаться над нашим священным названием, твои деньги нам не нужны. Усек? Так что, пожалуй, лучше твоя телка поближе познакомится с нашими красными торчками.

Я покачал головой.

— Прости. Сам понимаешь, этого я вам никак не могу позволить.

— Тогда попробуй вот этого.

Он снова замахнулся — лишь немногим проворней прошлого раза. Интересно, да из кого, собственно, вся эта шайка? Может, если мне удастся уложить их главаря один на один…

Я ушел от удара, и кулак со свистом пронесся мимо. Верзила по инерции качнулся вперед, я резко выпрямился и с силой врезал локтем ему по затылку. Бандит со всего размаху грянулся на тротуар.

— Он свалил Торка.

— Бей его!

Они бросились на меня всей сворой. Первым подоспел тот мальчишка, что отвлекал нас. Я перехватил его за руки и развернул, используя как живой щит. Но он так лягался и брыкался, что я скоро отшвырнул его в сторону — в ту самую секунду, когда удар по голове заставил меня пошатнуться. Двое

Торчков ринулись добивать жертву, а остальные уже тянули лапы к Хонникер.

— Боддеккер! — закричала она. Потрясающе. Они все замерли.

— Боддеккер? — прошептал кто-то.

— Тот самый Боддеккер? — поинтересовался робко кто-то еще.

Хонникер из Расчетного отдела раньше меня сообразила, что к чему.

— Мы из Пембрук-Холла.

Главарь приподнялся на локтях, отирая кровь с разбитого подбородка.

— Боддеккер! Охренеть можно! — Он оглянулся на Хонникер. — Простите за выражение.

Ряды Торчков облетел шепот, тихая мантра:

— Боддеккер.

— Боддеккер.

— Боддеккер.

— Боддеккер.

— Боддеккер.

— Я типа, правда, дико извиняюсь, мистер Боддеккер. — Торк поднялся на колени, размазывая кровь изо рта рукавом. — Да знай мы только, что это вы, конечно, пропустили бы сразу, без дураков. Черт, да любая шайка в Сохо к вам и цепляться не подумала бы. Что угодно для вас и вашей дамочки, дружище… Только попросите.

Я протянул Торку руку и помог ему встать.

— Почему?

— Да потому, что вы парень что надо, — пояснил он. — Обещали Дьяволам — и выполнили. Сделали их теми, кто они есть сегодня. Да вас теперь чтят девяносто пять процентов шаек на этом острове. А если считать по всему городу, то, верно, процентов семьдесят.

– «Плохие парни от рекламы подписывают контракт с плохими парнями из реальной жизни», — вставил один из Торчков среднего роста, цитируя заголовок моего интервью.

— Простите, что говорю это, — заметил я, — но вы не похожи на тех, кто читает «Рекламный век».

— Нет, — согласился щуплый. — Не «Рекламный век». «Ган-гленд-уикли». Они перепечатали это пару недель назад. — Он показал на остальных Торчков. — И я прочел им всем.

Мы с Хонникер из Расчетного отдела беспокойно кивнули.

— Да, пожалуй, теперь все понятно.

— А не могли бы вы и нам подписать? — спросил двенадцатилетний.

— Простите. У меня ни слейта, ни стилуса…

— Да он не автограф имел в виду, — перебил чтец. — Он интересовался, не могли бы вы и нас взять в рекламу, как Дьяволов.

Я так и побледнел. Не знаю, заметила ли это Хонникер — оставалось только надеяться, что Торчки не заметили. Ни за какие блага мира я не собирался больше давать никаких обещаний уличным шайкам. Но эти горе-бандиты казались такими неумелыми — и глядели на меня так жалобно.

Нет. Второй раз я в ловушку не попадусь!

— Простите, — произнес я. — Дьяволы были одноразовым проектом. Вряд ли когда-либо еще мне потребуются для рекламы уличные шайки.

— А может, в рекламе мы могли бы подраться с Дьяволами? — робко предположил кто-то из Торчков.