Демоны души
Шрифт:
— Тогда почему они решили начать действовать пять лет назад? Не больше, не сейчас? Откуда они могли знать, что к власти придет Ее Величество? — нахмурился Пат.
— Думаю, они начали готовить смуту и возрождать культ заблаговременно. Они не могли знать, что погибнут все члены королевской семьи, кроме Ее Величества и принца Лоуренса, — пожал плечами генерал. — Что после смерти Джонатана II Розми ждет смута, стало понятно еще после смерти принца Эдуарда.
— Т. е. они специально выходили на семьи заговорщиков, кем бы не были жрецы Сета? — уточнил агент.
— Да, — кивнул Бодлер-Тюрри. — Твоя задача точно установить их личности, круг их наиболее доверенных лиц. По возможности убедись в неведение Каннингема. По-хорошему, его надо снимать с командования, отстранять от полетов, вышибать из эскорта, но это создаст нам еще одного врага, а он слишком много знает. Прикажу в Замке за ним приглядеть.
— Он дорожит своей службой, если Питер не сетопоклонник, его можно будет в дальнейшем как-то использовать; такой подставы от собственной жены он не ожидает, — смекнул агент.
— Посмотрим, — нахмурился его шеф. — Что там с жертвоприношениями? Почему наш офис в Ариэль молчит?
— Я знаю о двух жертвах. Оба раза ими стали беспризорники, обитающие в трущобах Ариэль на восточном берегу реки. Таких там предостаточно, потери никто не заметит. Трупы с камнями на ногах сбросили на дно реки, — махнул рукой Патрик. — Полиция не в курсе.
— Не стоит пока просвещать полицию на сей счет, — вновь откинулся в кресле Бодлер-Тюрри. — Змеепоклонники могут насторожиться.
— Конечно, — согласился агент. — Пусть трупы на илистом дне пока останутся нашей маленькой тайной.
— Раз ты у змеепоклонников за своего принят, то вот твои задачи на ближайшее время: установить личность жрецов Сета и их связи; следить за сетопоклонниками и заговорщиками. Доклады в прежнем режиме, — генерал немного помолчал, а потом добавил. — Если поймешь, что все зашло слишком далеко, что тебе, Ее Величеству или Розми угрожает опасность — выходишь из игры немедленно.
— Но мы должны знать… — начал было возражать О’Брайен.
— Мы уже знаем достаточно, — оборвал его Бодлер-Тюрри.
— Недостаточно, — упрямо возразил Патрик. — Мы не знаем наверняка, связаны ли жрецы с…
— Это можно будет выяснить позже, не рискуя твоей головой, — вновь оборвал его глава РСР. — Это приказ. Вам он ясен, майор О’Брайен? — ледяным голосом осведомился он у подчиненного.
— Так точно, господин генерал, ясен, — недовольно ответил Патрик.
— Вот и отлично, — подвел черту Винсент. — Пойми, Патрик, я знаю слишком мало любителей хорошей поэзии, чтоб раскидываться ими, тем самым лишая себя собеседников для души.
Несомненно, это была шутка. Да, иногда грозный глава РСР шутил, только знала об этом лишь пара человек во всем мире. Патрик улыбнулся и принялся декламировать стихи на память:
— Друг обидел, разозлил – Я в словах свой гнев излил. Враг нанес обиду мне — Гнев зарыл я в глубине.Генерал усмехнулся, его обычно сонные глаза стали ясными, потеплели. Он продолжил стих:
— Сон утратил и покой, Окроплял его слезой, Над ростками колдовал, Ковы тайные ковал. [21]21
«Древо яда», У. Блейк, пер. Степановой.
В кабинете вновь ненадолго повисла тишина, наконец, Патрик спросил:
— Ты давно был у нее?
— Нет, когда последний раз был с Ее Величеством во Фритауне, — покачал головой Винсент. — Могил прибавилось. А ты когда был?
— Давно, — опустил глаза Патрик. — Я никогда не любил кладбища, а к сестре так тяжело ходить… Она ж мне заменила родителей…
— Я не вечен, тебе надо приучить себя ходить на кладбище. Нельзя забывать тех, кто умер, ведь они живы, пока мы помним, — неожиданно наставительно сказал Винсент.
— Я знаю, — пожал плечами О’Брайен. — Но пока есть ты…
— Я тоже не вечен, — повторил генерал. — Постарайся не лезть на рожон, мне бы не хотелось приходить на две могилы — это отнимает слишком много времени.
— Да, ладно, ты будешь навещать мою могилку?! Я весьма тронут! Сейчас заплачу! — провозгласил довольный Патрик.
— Пошел вон отсюда, шутник хренов! — прорычал Бодлер-Тюрри, и довольный несостоявшийся родственничек направился прочь из его кабинета, декламируя во весь голос очередной злобный памфлет на своего начальника, прочитанный им накануне в листовке, что с недавних пор стали часто встречаться в Старой Розми:
— Он чёрен словно пес с помойки, В душе его змея свила гнездо, Играет он в Розми осколки, Не знает он, что воплощает зло, Что разрывает на куски Наш дом, нашу Долину! Везде ему мерещатся враги, Не видит он в обломках тех свою кончину!— И найди мне этого поэта недоделанного! — зло крикнул ему вслед Бодлер-Тюрри.
Через минуту адъютант доложил о том, что в приемной дожидается назначенной встречи капитан Ломбарго.
— Проходите, докладывайте, — приказал генерал появившемуся на пороге Михаэлю. На сей раз джинсы на парне были не драные, но сильно застиранные, с обтрепанными понизу штанинами.
— Господин генерал, в Поясе Желтых Туманов начинается какая-то хрень, — трагически сообщил Михаэль.
— Поясните.
— Нашествие тварей там началось не вовремя, господин генерал, — развел ручищами агент. — Его совершенно не ждали, а оно началось. В Миранде почти в одно время сожрали командира взвода вертолетов и нашего агента, постоянно присутствовавшего там, — капитан аккуратно положил на стол начальства свой доклад, пожевал зубочистку, что почти постоянно держал во рту.