Чтение онлайн

Для этого калориметр (этакую полую «бомбу») покрывали слоем льда, изолировали от внешней среды, чтобы ничего не мешало, и измеряли, как быстро растает лед от выделения тепла «изнутри». А уж что там у нас горит, дрова или мышка – неважно. В калориях измеряется тепло, а не этичность его источника.

И, видимо, однажды подышав на замерзшее окно, Лавуазье пришел к чудесной мысли, что дыхание подобно горению. Откуда такая поэтическая ассоциация возникла, неясно.

Но, будучи маститым, известным и уважаемым ученым, он лихо так поставил знак равенства между физиологией и физикой. Дыхание – это то же самое окисление, потому как организм человека, по мнению нашего любителя паленых мышек, – это тоже такая печка, внутри которой «сгорают» как дрова белки, жиры и углеводы. Ну мы же дышим, вдыхаем кислород, он соединяется с элементами человеческих тканей, а на выходе мы получаем воду и углекислоту.

Браво.

Затем в девятнадцатом столетии еще один химик Юстус фон Либих подтвердил идею, что организм – печка, пища – дрова, и составил те самые таблицы калорийности, которыми до сих пор все пользуются.

На основании чего составил – догадаться несложно. Скорости, с которой горит мышка.

Следующим знатоком калорийности стал химик Уилбур Олин Этуотер, который решил измерить калорийность отдельных элементов. Вычисляя содержание белков по замерам азота, жиров – с помощью нагревания, углеводов – по остаточному принципу. А клетчатку считали по массе пепла.

Вот так мы и получили калорийность белка и углеводов в 4 ккал на грамм, жиров – 9 ккал на грамм и никакого представления о питательной ценности для организма. И, конечно же, ни малейшего представления о поведении различных нутриентов в этом самом организме.

Потому что на переваривание и усвоение различных веществ организм, в отличие от печки, тоже затрачивает энергию.

Из определенных веществ организм способен взять «строительные вещества» для регенерации, а из каких-то – только энергию.

При определенном биохимическом сбое (например, при резистентности к инсулину) «печка» начнет сбоить. И вместо того чтобы получаемую энергию использовать по назначению, начнет ее же старательно запасать.

У калориметра нет регулирующих гормонов, а у человека – есть.

Да и клетчатка, читай дрова, в калориметре горит отлично! Только в организме не усваивается и питательной ценности собой не представляет.

А уж как хорошо горит спирт! Только почему-то его не считают особо ценным питательным нутриентом. Интересно, почему?

Поэтому попытки присобачить к организму законы термодинамики примитивным сравнением с печкой – это вообще нонсенс. Человеческое тело – это, скорее, электростанция. И не замкнутая система как минимум, чтобы в ней что-то измерять, помахивая хвостом сферического коня в вакууме.

Тут понадобится совсем немного заумной биохимии. Автор комментария – Галина Лебедева, автор одного из самых популярных в рунете блогов по низкоуглеводному питанию и очень вдумчивый исследователь. По моей настоятельной просьбе она взяла лекции докторов Майкла и Мэри Идес, а также материалы Питера Добромильского и постаралась максимально упростить их, адаптировав теорию для чтения новичками. Поэтому к абсолютной точности формулировок придираться не стоит. Главное – уловить смысл.

«В нашем теле происходит нечто совершенно невероятное: в каждой клетке находится около 2000 митохондрий, таких крохотных комплексов по производству энергии. В них с громадной скоростью (150 оборотов в секунду) крутятся еще более крошечные молекулярные турбины, которые производят АТФ – аденозинтрифосфат, универсальный источник энергии для всех биохимических процессов. В общем, энергию, благодаря которой живет наше тело. И производят ее столько, сколько это самое тело весит. Обычные турбины вращаются под действием воды, пара и ветра, а молекулярные турбины вращает поток протонов.

Откуда он берется?

Пища, которую мы съели, не используется напрямую для производства АТФ, сначала она переваривается, затем попадает в кровь и только потом – в клетки организма.

Если не вдаваться очень глубоко в подробности, то в митохондриях проходит цикл Кребса, когда из продуктов преобразования глюкозы и жира организм получает высокоэнергетические электроны и атомы водорода. А они, в свою очередь, переносятся в ЭТЦ (электрон-транспортную цепь) специальными молекулами-переносчиками.

Для того чтобы крутились аналоги турбин в наших митохондриях, производя энергию жизни, эти электроны должны отдать часть своей энергии, пройдя через станции (ферменты) цепи переноса.

Передаваясь от комплекса к комплексу электроны двигаются по цепи, теряя при этом часть своей энергии от одного этапа к следующему. Энергия, которую они отдают, используется, чтобы прокачивать протоны – положительно заряженные атомы водорода H+ с одной стороны мембраны на другую сторону Получается разница в концентрации – градиент.

И когда есть различия в концентрации, всегда есть стремление к выравниванию. Протоны стремятся вернуться на ту сторону где их концентрация ниже, при этом оказывают огромное давление на внутреннюю митохондриальную мембрану (Она непроницаема для протонов, только мембранные комплексы – регулируемые проходы между мембранами.)

И под действием этого давления протоны начинают проходить в обратную сторону через комплекс 5, АТФ-синтазу, заставляя этот комплекс вращаться как турбину, так как процесс образования электрохимического градиента протонов происходит постоянно. АТФ-синтаза работает как постоянно вращающаяся машина, крутящаяся при прохождении через нее электрического тока, создаваемого потоком протонов, и в процессе этого вращения образуется АТФ.

Кажется, ну что тут такого, что стоит обсуждать в связи с диетой? Секрет в том, что выбор еды влияет на то, как именно работает цепь переноса электронов.

Конец ознакомительного фрагмента.