Чтение онлайн

Волшебник старел. Не так быстро, как сам Геррод, но тем не менее старел. Геррод поежился. Это еще раз подтверждало его опасения относительно воздействия этой страны. «И все же, — чародей не мог не подумать с завистью, — Дру Зери, по крайней мере, досталась роскошь обладания нормальной продолжительностью жизни в несколько тысяч лет или около того. Почему же именно я так обманут?»

— Я нуждаюсь в твоей помощи, Геррод Тезерени. Ты знаешь его лучше, чем я, и я думаю, что ты обладаешь сообразительностью, которая позволит тебе найти его там, куда он скрылся с ней — где бы это место ни находилось.

Чародей пошевелился, зная, что он выглядит скорее как сверток ткани, чем как человек. Ему было все равно. Плащ и капюшон позволяли ему на какое-то время отгораживаться от окружающего мира. А те немногие, кто посещал его, были склонны думать, что такой внешний вид его рассчитан на то, чтобы выбить их из колеи.

— Вы могли бы немного объяснить, в чем заключается смысл ваших слов?

Дру вздохнул, пробуя сохранить спокойствие.

— Шарисса у Баракаса. Я уверен в этом. Вопреки старанию сдержаться, Геррод резко выпрямился.

— Что вы хотите сказать? Он думает, что сможет удерживать ее в своем подобии Королевства? Мой родитель всегда был безумцем, но не глупцом! Что произошло? Наконец началась гражданская война?

Посетитель жестом призвал его к молчанию.

— Позволь мне… позволь мне объяснить получше. — Дру явно собирался с мыслями. — В какой-то момент, вероятно, три дня назад, Шарисса и Темный Конь исчезли… — Он покачал головой. — Ты не знаешь о Темном Коне, да? Мне, наверное, придется объяснить, кто это…

— Я знаю его. Продолжайте.

На лице Дру промелькнуло озадаченное выражение — и исчезло, когда он продолжил свой рассказ.

— Они пропали. Заметили это только на следующий день. Мне бы следовало догадаться об этом раньше, но Шарисса часто целыми ночами засиживалась за своими планами. Что касается Темного Коня, то моя крошечная вселенная, в которой находится Сирвэк Дрэгот, похоже, притупила мое восприятие. И только когда я оставил крепость и возвратился в этот мир, то обратил внимание на отсутствие Темного Коня. Вскоре после того люди начали спрашивать о Шариссе. Я обнаружил, что она выехала из города в этом направлении…

— Она посетила меня. Именно так я и познакомился с вашим Темным Конем. — Геррод выбирал слова с осторожностью, не желая, чтобы отец Шариссы знал, насколько произошедшее огорчает его самого. Волшебник мог бы спросить себя, с чего бы этому Тезерени так тревожиться из-за исчезновения его дочери. Разумеется, они, как известно, были друзьями, но все же…

— Из этой поездки она возвратилась. Об этом я узнал позже. Опросив нескольких из тех, кто все же заслуживает доверия, я выяснил, что последнее, что о ней знают, — это то, что она работала в своих комнатах. Кто-то сказал, что мне следует искать человека по имени Беткен, который — и это несомненно — стремился зачем-то повидать Шариссу. Но я не смог его найти. Его жилище было пусто. Все, что он мог унести с собой, исчезло.

— Вы думаете, что он находится где-то под защитой моего отца.

Дру глубоко вздохнул. Геррод знал, что самое худшее еще впереди, и ему пришлось восхититься способностью Дру Зери связно говорить о том, что несомненно было для него величайшим мучением.

— Я направился к восточному кварталу города, не желая думать, что глава клана предпринял что-либо настолько глупое; но слухи — и не беспочвенные — продолжали настойчиво утверждать противоположное. — Волшебник покачал головой. — Я не буду подробно говорить о том, что я обнаружил относительно Темного Коня, кроме того, что он, я думаю, тоже сделался жертвой вашего клана. Он исчез… совсем исчез…

Великий волшебник коснулся виска, подтверждая, что не может уловить Темного Коня даже своими высшими чувствами. У Геррода уже тоже появилось похожее подозрение. И он, проснувшись этим утром, ощутил отсутствие Темного Коня. Геррод мог лишь предположить, что тот отправился куда-то с Шариссой. Это было бы совсем неудивительно. Она ненавидела телепортацию, а призрачный скакун позволял ей быстро преодолевать большие расстояния.

Геррод поднял глаза и увидел Дру, с тревогой ждущего, пока он осознает сказанное.

— И что сказал обо всем этом мой отец? Я полагаю, что он произнес перед вами некую выспреннюю речь.

— Квартал был пуст. Все они исчезли.

— Что? — В волнении чародей задел рукой стопку листов со своими заметками, и они рассыпались по каменному полу. Он не обратил на них внимания. — Что Вы хотите сказать? Исчезли? Нелепость! — Однако, вопреки сказанному, Геррод по собственному опыту знал, как быстро клан мог в случае желания переменить свое местоположение. Это был один из многих приемов, которыми пользовался его отец в постоянных играх в войну, — сделать ход, когда внимание врага отвлечено.

Переместить более чем тысячу людей посреди ночи? Предводитель клана едва ли покинул бы своих последователей, если бы не планировал создание новой Империи.

— Куда они направились? Похоже, на восток.

— Я не могу сказать с уверенностью. Присутствие Темного Коня, я полагаю, вполне могли бы как-то скрыть от меня.

Дру Зери устал, очень устал. Геррод мог посочувствовать ему, поскольку сам был в таком же напряженном состоянии. Если бы хоть кто-то знал о его изысканиях — и о надеждах, и страхах, которые пробуждают в нем кое-какие из них, — у него мог бы возникнуть соблазн покончить с чародеем… или превозносить его как героя для собственного народа. Геррод не желал ни той, ни другой судьбы. Ему даже было не по себе от собственных великих открытий. Они в равной степени обещали и смерть, и жизнь.

— Они должны были оставить какой-то след!

— Чего-то тут не хватало. Чего-то, о чем великий маг еще не сказал ему.

Ответ он получил почти сразу же.

— Имеется след, неотчетливый и, возможно, ложный, но мне недостает умения, чтобы пройти по нему до конца. Я ведь говорил тебе о том времени, которое я провел в Пустоте, и как я в конце концов вырвался оттуда?

— Вы, конечно же, не предполагаете, что…

— Темный Конь мог открывать… пути… в другие царства. Однажды он сделал это для меня. — Черты Дру на мгновение смягчились под действием воспоминаний; затем, вспомнив про положение, в котором оказалась его дочь, волшебник продолжил: