Чтение онлайн

Могла бы просто принять и не выпендриваться. Не знаю почему, но ее поведение раздражает неимоверно.

«А то ты не знаешь почему!» — резонно замечает голос, сидящий в печонках.

Выхожу на улицу. Мотоцикл оставлен у широкого дуба, и я уже раздумываю на тему того, чтобы сесть на него и свалить, но в голову приходит бредовая идея.

Надо увидеть девчонку. Убедиться, что Айболит не врет и бросить ей для тонуса пару колких фраз. А то совсем там скуксилась по ходу.

Поворачиваюсь и смотрю на окна.

— Лисицына! — ору гневно.

Отказалась от пакета, так пусть хоть соизволит высунуть наружу свой курносый нос.

Занавески на окнах в соседних палатах колышутся и приоткрываются. Кто-то выглядывает. Незаметно как им кажется.

— Лисицына! — горланю истошно.

Наконец, в нужном окне замечаю девичий силуэт. Створка приоткрывается.

— Привет, — здороваюсь холодно. — Мне нужна Лисицына.

— Привет, — расплывается в приторно-сладкой улыбке девчонка.

— Позовешь ее? — вскидываю бровь.

— Ой, подожди, — она исчезает, но уже секунд через двадцать снова появляется в окне.

— Ну, — спрашиваю нетерпеливо.

— Эй, Паровозов, она отказывается говорить с тобой!

— Чего?

Что еще за Паровозов? Бредятина.

— Не хочет тебя ни видеть, ни слышать, — заявляет девчонка. — А меня Марина кстати зовууут.

Ну Лисицына… Замечательно.

— Марина, — обращаюсь я к ней, и в голосе на удивление абсолютное спокойствие. — Передай Лисе, что если она сейчас не появится в окне, я залезу вон по этой трубе и придушу ее к чертовой матери!

Так и сделаю.

Девчонка кивает, исчезая в комнате. Я нетерпеливо жду. Через пару минут у окна действительно останавливается Лиса.

— Что тебе надо?

Голос ее звучит плохо. Слабо и хрипло. Да и выглядит она чересчур бледной.

— И тебе привет, Лиса, — здороваюсь мрачно. — Что с твоим гребаным телефоном?

А я ведь звонил ей. И не раз…

— Я тебя заблокировала, — выдает честно и самодовольно.

Я хохочу и поднимаю вверх голову.

— Если ты приехал за своими вещами, то их тут нет. Отдам после выписки, — холодно обещает она.

— Мне они ни к чему. Оставь себе!

— Нет уж, спасибо, обойдусь. Мне твои подачки не нужны.

— Это я уже понял.

Повисает нелепое молчание. В течение которого мы тупо разглядываем друг друга.

— Ты плохо выглядишь, — сообщаю я.

— Продолжай ходить раздетым, тоже сляжешь с пневмонией. Посмотрим на кого будешь похож ты! — злится она.

— Ужас, ну и голос, — троллю ее я. — Не лиса, а волк из «Ну погоди».

Слышу, как у нее за спиной кто-то тихо смеется. Лисицына лишь клацает от злости зубами.

— А теперь ноздри раздуваются как у разъяренного змея горыныча)))

— Пошел ты! — психует. Закрывает с глухим стуком окно.

На всю округу слышится мой свист. Она застывает.

— Я тебе книжки привез, зубрила. Циркуль велела сподобиться. Пневмония пневмонией, а Единый Государственный никто не отменял…

Губы сами собой расползаются в улыбке. Потому что Лисицыну как всегда удалось довести до ручки за считанные секунды. Показывает мне средний палец. Коза…

Хохочу, направляясь к байку. Перекидываю ногу, включаю зажигание и уезжаю…

Роман так увлечен своими мыслями, что не замечает припаркованную неподалеку черную ладу приору, рядом с которой стоит молодой человек.

Окурок приземляется на землю. Носок ботинка тушит тлеющий кончик. Илья наблюдал за ними со стороны и происходящим не доволен совершенно.

Глава 19

ИЛЬЯ ПАРОВОЗОВ

Стучу по двери кабинета с табличкой Калинин Е. П.

— Занят, — раздается сухо в ответ.

Клацаю зубами и рывком распахиваю дверь.

— Я же сказал, что занят, — раздраженно вопит и хмурит лоб дрыщло в белом халате.

— Не в сортире. Да и не особо-то занят, я смотрю, — киваю на поляну, которую он себе накрыл. — Обед еще не начался, одиннадцать только.

— Я вообще-то вторые сутки на работе! — возмущается тот в ответ. — Вот благо хоть жена подкармливает!

Игнорируя его вопли, поворачиваю ключ, торчащий в замке, беру стул, разворачиваю его на сто восемьдесят градусов и сажусь.

— Та-а-к, — он обреченно вздыхает, бросает еще один тоскливый взгляд в сторону дивно пахнущих котлет и с недовольством на лице закрывает контейнер.

Понимаю. Сам бы не отказался. Уж больно хорош аромат.

— Ну-с. Кто вы такой и зачем пожаловали? — вытирает рот салфеткой и одаривает меня любопытным взглядом.

— Илья Андреевич меня зовут, — барабаню пальцами по спинке стула.

— Ааа, помню-помню. Скандал мне тут устроили…

— Да потому что отношение к людям как к скоту! — мои брови непроизвольно сходятся на переносице. — Четыре часа прождали, а у девчонки температура под сорок была!

— Понимаю, но, увы, за всю систему здравоохранения в нашей стране я отвечать не в силах.

— Да смысл этих качелей[9]! — отмахиваюсь раздраженно. — Как тебя по батьке?

— Калинин Евгений Павлович, — дюже официально представляется он.

Как будто на конференции выступать собирается. Дурик.

— Палыч, я по делу.

— Кто бы сомневался! — хмырь поправляет очки с толстенной оправой. — И по какому же?

— Пришел справиться о здоровье своей невесты. Да попросить, чтоб до выписки приглядели за ней, — подмигиваю ему. — Догоняешь?