Чтение онлайн

Есения, как будто нарочно выбрав момент, когда в зале стало тише, заметила дочь. В её глазах мелькнуло знакомое презрение, и голос зазвучал громко, почти нарочито, чтобы все вокруг слышали каждое слово:

— Ромочка, — обратилась она к сыну, — вот если ты не станешь олимпийским чемпионом, то опустишься до уровня своей сестры — никчемного тренера.

Ромка остановился, развернулся и посмотрел на Ульяну свысока, с холодной ухмылкой. Его взгляд был полон превосходства, словно подтверждение того, что мать права.

Есения же не думала останавливаться. Голос её звучал всё громче, резче, словно она наслаждалась возможностью выставить дочь в дурном свете перед чужими людьми:

— Ты только посмотри, Рома. Сколько денег в тебя вложено, сколько сил! А твоя сестра? Всё впустую. Сдалась из-за какой-то «коленочки». Операция, реабилитация… и что в итоге? Сдалась, понимаешь? Вместо того чтобы бороться!

Несколько посетителей клуба обернулись. В воздухе повисло неловкое напряжение, будто все ждали, как отреагирует девушка.

Ульяна глубоко вздохнула, закатила глаза и крепче скрестила руки на груди. Лицо её оставалось спокойным, почти равнодушным, но в глубине глаз плясали искры раздражения. Она давно привыкла к таким выпадам матери — и именно поэтому позволяла себе лишь лёгкую тень улыбки, будто все эти слова были для неё просто шумом.

Внутри же всё сжалось, но сдаваться — даже в этой ситуации — она не собиралась. Администратор, уловив растущую напряжённость, мягко шагнул вперёд, вежливым голосом разряжая атмосферу:

— Скажите, пожалуйста, какого тренера вы хотите сегодня взять?

Есения скрестила руки на груди и с презрительной ухмылкой уставилась прямо на Ульяну. Было видно, что она готова назвать её имя — специально, чтобы подчеркнуть своё превосходство и унизить дочь перед посторонними. Но в этот момент раздался уверенный, достаточно громкий голос:

— У меня сейчас персональная тренировка у Королёвой.

Демид, появившийся у стойки регистрации так незаметно, словно вырос из воздуха, смотрел на всех спокойным, но твёрдым взглядом. Его слова прозвучали как приговор. Есения дёрнулась, резко обернулась к нему. На её лице мелькнуло возмущение, а в голосе зазвенела холодная сталь:

— Молодой человек, вы, видимо, не поняли. Я — VIP-клиент этого клуба. Я требую, чтобы тренер Королёва занималась со мной и моим сыном. Немедленно.

В зале воцарилась напряжённая тишина. Несколько посетителей украдкой оборачивались, притворяясь, что продолжают свои тренировки, но каждый ловил каждое слово. Амир, всё это время наблюдавший за происходящим, сочувственно посмотрел на Ульяну — ей, казалось, хотелось провалиться сквозь землю. Девушка стояла сдержанно, но красные пятна на шее выдавали её смущение и стыд. Старший тренер шагнул вперёд, улыбнулся профессионально, мягко и спокойно представился:

— Амир Рахманов, главный тренер клуба. Для вас, как для VIP-клиентов, я могу лично провести тренировку. Подберём программу для Романа, уделим внимание деталям, обсудим питание. Уверяю вас, результат превзойдёт ожидания.

Но Есения даже не взглянула на него. Она махнула рукой, будто отгоняя назойливую муху:

— Нет! Мне нужна именно Королёва. Я сказала.

Демид даже не дрогнул. Он стоял, чуть наклонив голову, и в его взгляде было спокойное упрямство.

— Боюсь, сегодня это невозможно, — сказал он ровно. — У Королёвой уже занятие. Со мной.

Его тон был лишён агрессии, но звучал так уверенно, что спорить с ним было всё равно что пытаться спорить с каменной стеной.

Ульяна чувствовала, как внутри всё переворачивается. Сердце стучало так громко, что казалось, его слышат все. С одной стороны, хотелось исчезнуть, раствориться в воздухе, чтобы не видеть ни матери, ни брата, ни чужих взглядов. С другой — впервые за долгое время рядом с ней стоял кто-то, кто не уступал, кто защищал её так, как она сама уже давно разучилась защищать себя.

Есения, побагровев от злости, распахнула рот, собираясь возразить, но её голос перекрыл ровный, твёрдый голос Демида:

— И вам, и вашему сыну подойдёт любой другой тренер. Но Королёва сейчас занята.

Ульяна стояла, не двигаясь, чувствуя, что в этот момент её мир будто рушится и заново выстраивается — потому что Демид впервые встал между ней и её матерью.

Амир, выдержав паузу, сделал шаг к Ульяне и тихо, но твёрдо сказал:

— Королёва, займитесь нашим постоянным клиентом. — Он кивнул в сторону Демида, и в его голосе чувствовалось подчеркнутое уважение.

Ульяна глубоко вдохнула, собираясь с силами. Она знала, что отказывать в такой ситуации нельзя, и коротко, отрывисто ответила:

— Слушаюсь.

Развернувшись к Демиду, она сделала официальный жест рукой, словно приглашая:

— Пройдёмте в зал свободных весов.

Демид чуть заметно усмехнулся уголком губ, глядя на неё с тем самым спокойным вызовом, от которого у неё всегда сжималось сердце. Он не сказал ни слова, просто двинулся за ней, позволяя вести себя, но в его походке сквозило упрямое чувство власти, будто он позволял ситуации течь именно так, как хотел сам.

Коридор был длинным, со светлыми стенами и зеркалами, в которых отражались их фигуры. Ульяна шла уверенной, быстрой походкой, стараясь держать подбородок выше, будто тем самым показывая, что всё происходящее её не трогает. Но внутри сердце колотилось — слишком громко, слишком нервно.

Демид следовал за ней шаг в шаг, и напряжение между ними росло. Они поравнялись с дверями персональных раздевалок. На одной из табличек аккуратным шрифтом значилось: «Королёва У. С.» — её имя, её пространство, её маленький уголок в этом клубе.