Шрифт:
1.
Моя новенькая, наглухо тонированная черная Volvo Кроссовер неслась по городской трассе, подрезая всех на своем пути. Адреналин гонял по венам, как на гоночном болиде. Не машина, а зверь!
Я резко, с буксом припарковался у цветочного магазина, и две пожилые женщины, находившиеся неподалеку, испуганно отпрыгнули.
– Ты смотри, что творится! Скоро по тротуарам ездить начнут! – начала верещать одна из них.
– Понакупают машин, а мозгов нет! – подхватила другая.
– Дамы! Приношу свои извинения. Просто очень спешу, – одарил я их одной из своих обворожительных улыбок и отвесил небольшой поклон.
Реакция последовала незамедлительно. Они сначала остолбенели, медленно открывая рты, а потом расползлись в ответной улыбке.
– Какой нахал! – очнулась одна из них, кидая мне в спину свои слова, но в них уже слышалось возбужденное восхищение.
– Какой наглец! – слова второй вообще прозвучали как комплемент.
Я усмехнулся про себя, настроение было на максимуме. Вот так всегда у меня с женщинами, независимо от их возраста.
Да, я был красив.
Да, хорошо одевался. Предпочитал черный цвет в одежде, и наличие бренда было обязательным условием.
Да, нужды в деньгах у меня не было, но я ими и не хвалился, так как добился всего сам и знал им цену.
И да, я был совершенно избалован женским вниманием. Любая, из особ женского пола, мечтала бы оказаться со мной рядом, хотя бы ненадолго.
Зайдя в цветочный магазин, я увидел, как девочка-продавщица трещит по телефону из-за отсутствия клиентов, не замечая ничего вокруг. Ее можно было бы назвать довольно миленькой, но ярко-красная помада на губах, черные неровные стрелки на глазах, голубые тени и не совсем симметрично нанесенные румяна прибавляли ей лет десять, ни меньше. В целом она смотрелась довольно органично среди многочисленных собранных букетов. Этакий огромный, разноцветный букет, «а-ля» все остатки в одной куче.
– Двадцать пять голландских роз, – мой негромкий бархатный голос заставил девочку-продавщицу нехотя обернуться, и она так и застыла с открытым ртом.
Я медленно вытащил из ее пальчиков телефон.
– Она перезвонит, – сказал я небрежно в трубку трещащей на том проводе девочке, и сбросил звонок.
Продавщица сразу же стала суетиться, доставая и пересчитывая из холодильной камеры розы.
– У нас только двадцать три, – неуверенно произнесла она и в ужасе застыла, увидев, как со злостью полыхнули мои глаза.
Я просто терпеть не мог, когда мне возражали. Всегда требовательно относился к себе и к окружавшим меня людям, но, осознав, что девочка все-таки не виновата, решил сменить гнев на милость. Я улыбнулся ей своей обворожительной улыбкой, которая в одно мгновенье преобразила меня из демона в ангела.
– Упакуй, – сказал я ей, продолжая улыбаться.
Польщённая моим вниманием, она сразу же включила режим флирта, показав свою легкодоступную натуру. Меня просто передернуло от мысли, что таких как она большинство.
Бросив на стол смятую купюру, превышающую стоимость букета, и не говоря больше ни слова, я быстрым шагом вышел из магазина.
Как раз одной из таких легко доступных и предназначался этот шикарный букет. Лилечка была высший класс! Личико у нее было на любителя, зато фигурка что надо. Ее она тщательно скрывала за классическими костюмами, так как работала в школе завучем по воспитательной работе. Но в постели она была далеко не скромницей. Повидавшая виды бюджетница вытворяла такое, о чем самые отъявленные старшеклассники только перешептывались, рассказывая о тайком просмотренном порно.
У Лилии Анатольевны сегодня был день рождения, а у меня на вечер намечалась серьезная встреча, которая могла перерасти в совместный отдых в сауне. Я был не любитель таких посиделок, а эти встречи именно так и заканчивались. У этого контингента людей были определенные понятия, типа серьезный договор нужно скрепить совместным отдыхом в сауне с девочками легкого поведения.
Поэтому я решил заехать в обед и прямо в школе поздравить Лилечку, ну а она в свою очередь отблагодарила бы меня своим фирменным, глубоким, оральным … прямо на рабочем месте. Я уже как мартовский кот облизывался от своих грязных мыслей. Но в своем кабинете Лилечки не оказалось. Как рассказала захваченная мной в плен мимо пробегавшая второклашка с набитым ртом, у них сегодня новогодний спектакль показывают, и все сейчас там.
Спектакль проходил в актовом зале, и так как до его окончания оставалось недолго, я решил подождать около дверей. Двухстворчатые двери актового зала были распахнуты, и из них лилась музыка. Это была не какая-то запись, а живой звук, исходящий от фортепиано, за которым сидела учительница музыки Тамара Ивановна. Это была моя учительница. Да, не так давно я и сам закончил эту школу, но тогда все было по-другому. Я был другим.
Я обвел глазами ряды, мне попадалось много знакомых лиц. Наконец я нашел Лилию Анатольевну, она улыбнулась мне, потом посмотрела на цветы, и когда подняла свой взгляд, я понял, что благодарности дождусь сполна.
На сцене разворачивались нешуточные для школьного спектакля страсти. В чем там была его суть я, конечно же, не мог знать, так как смотрел на финальную сцену. Смысл был в том, что разоблачили отрицательную героиню – метелицу, и теперь все остальные герои, во главе с Дедом Морозом, хотели ее быстрой и неминуемой смерти!
Главная героиня сидела на полу в центе сцены, ее голова была опущена. Рассыпавшиеся по плечам длинные русые волосы практически закрывали ее всю, и на нее со всех сторон наступали сказочные жители. Когда она подняла голову, у меня мурашки по спине побежали, и я перестал дышать. Кто? Кто мог поставить этого маленького ангела отрицательной героиней? Огромные карие глаза, светились как драгоценные камни. Она была как фарфоровая статуэтка, а ее лицо было прекрасным! Какой же красавицей она станет, когда подрастет. Какой-то парень в костюме дерева замахнулся и ударил ее, не по-настоящему конечно, но меня как подкинуло. Я готов был руку этому дубу сломать.
Уже занавес опустили, а во мне злость так и кипела. Когда все герои вышли на поклон, я, не раздумывая ни секунды, под нарастающий шепот из зала подошел к ней. Она смотрела на меня непонимающими глазами. Я молча вложил в ее руки букет роз, а она так же молча приняла его. В зале повисла тишина. И вдруг с задних рядов, где сидели мальчишки старшеклассники, раздались редкие аплодисменты, они все нарастали, пока не превратились в бурные овации.
Тут началось столпотворение, школьники повскакивали со своих мест и толпами хлынули к выходу. Под растерянным и непонимающим взглядом Лилии Анатольевны я двинулся к дверям. Лилечка меня больше не интересовала. В голове складывался пазл из моей будущей жизни. Я и мой маленький ангел! Я не мог ее упустить!