Чтение онлайн

Лот продан.

Джоанна визжит от восторга и тянется ко мне с объятием. Но у меня на глаза наворачиваются слезы. Во весь экран компьютера горит огромная надпись: «Принять деньги». Трясущейся рукой я тянусь к мышке… И закрываю вкладку с сайтом.

К черту!

Я не хочу продавать себя. Даже за такую огромную сумму.

Подруга выплеснула на меня поток отборных ругательств:

– Ты что делаешь? Разве мы не договорились? Я тебя приютила, нашла способ выбраться из той ямы, в которой ты оказалась. А ты ведешь себя как неблагодарная тварь!

– Но послушай, это ведь вовсе не обязательно… Я что-нибудь придумаю!

– Что ты придумаешь?! Идиотка! Чистоплюйка! – Она была в ярости. Такой я ее ни разу не видела и просто опешила. – Придумывай что хочешь! Только не в моем доме!

Схватив за руку, Джоанна протащила меня по коридору и вытолкнула на крыльцо, в ночь и дождь. Через пару минут дверь открылась и оттуда вылетела моя сумка. Прислонившись к косяку, я пыталась справиться с очередным шоком.

Так она специально пригласила меня к себе, чтобы просто продать кому-то?

Теперь мне стало понятно, кем были те мужчины, с которыми мы обедали. Наверняка такие же покупатели. Но либо я их не заинтересовала, либо они не сошлись с нею в цене.

А я-то считала ее подругой!

Развернувшись, я побрела в ночь. Без денег и вещей. Я уже успела вымокнуть до нитки, замерзнуть и совершенно отчаяться, когда передо мной затормозила машина похитителей…

Теперь я стояла перед тем, кто организовал похищение. Он подошел ко мне ближе. Я в испуге отшатнулась, но он просто сел в стоящее рядом глубокое кожаное кресло:

– Ты выставила себя на торги. Я их выиграл. Это сделка. Я привык доводить сделки до конца.

Я задрожала и спрятала лицо в ладонях. Ну Джоанна, удружила… Но ведь деньги не были получены! Значит, и сделка не состоялась! Я опустила руки и с вызовом посмотрела на похитителя:

– Я не получала никаких денег! Просто закрыла сайт!

Он лениво пожал плечами:

– Значит, их получил кто-то другой. Я заплатил, и хочу взять то, что мне теперь принадлежит.

При этих словах мои ноги подкосились. Мне пришлось опуститься в другое кресло, чтобы не упасть. Значит, Джоанна так спешила выставить меня за дверь вовсе не потому, что смертельно обиделась? Она просто торопилась забрать все деньги себе, бросив меня на произвол судьбы.

Как наверняка и планировала с самого начала. Но что теперь делать мне?

– Послушайте, я действительно не получала этих денег! Это не я! Это…

Он продолжал изучать мою фигуру, развалившись в кресле. Наконец, он посмотрел мне в лицо.

– Алисия, не думаю, что нам стоит спорить. Ты мне нравишься. И я намерен получить то, за что заплатил.

Я пыталась найти выход из этой кошмарной ситуации, но не видела его ни в чем. Он же, с ленивой усмешкой, следил за моими мучениями. Наконец я выдавила:

– У меня есть другой выход?

Он встал с кресла и протянул мне руку:

– Не думаю.

Поколебавшись еще мгновение, я вложила в его руку свою ладонь. Она была горячей. Или мне только так казалось, потому что мои пальцы были просто ледяными.

Мы шли по темной лестнице, потом – по короткому коридору. Я была в панике. Конечно, можно во всем найти хорошую сторону: по крайней мере, сегодня, возможно, я переночую под крышей. Но после того, как мой новый «хозяин» получит свое, держать меня у себя у него не будет смысла. Я снова окажусь на улице. Что мне делать тогда? Броситься с моста? Идти на панель?

Мои глаза наполнялись слезами, еще чуть-чуть – и они водопадом хлынут на и так мокрую блузку. Не впадет ли незнакомец в гнев при виде женских слез? Тогда он может выгнать меня прямо сейчас. Лучше сдержаться: у меня будет время наплакаться завтра.

Но вот мы остановились возле двери. Он толкнул ее, повернул выключатель, и я увидела небольшую спальню. Я удивилась: мне казалось, что такой, явно обеспеченный, мужчина, должен жить более роскошно. Но комната была почти пуста: только кровать, стол со стулом и гардероб. Кроме того, особенный, хорошо знакомый, пусть и едва уловимый запах указывал: здесь давно никто не живет. Может, эту комнату он использует только для любовных утех?

Мы вошли внутрь. Он огляделся и дернул за шнурок звонка. Через несколько минут в дверь постучали. Вошла девушка в темном платье и переднике. Мой спутник повернулся к ней:

– Нужна сухая одежда, белье. Растопите камин. Ужин накройте здесь.

Горничная кивнула и тут же исчезла. Он подошел ко мне вплотную, еще раз внимательно оглядел с ног до головы. Я почувствовала себя товаром в витрине и поежилась. Отчасти – от холода, который проникал сквозь мокрое платье. Отчасти – от страха и дискомфорта.

Мужчина прошелся пальцем по скулам, коснулся губ – и я задрожала сильней. Но он отдернул руку и вышел, прикрыв за собой дверь и оставив меня в одиночестве.

Я выдохнула с облегчением. Значит, это случится не сейчас? Я уже, кажется, была готова ко всему – но он просто ушел. Впрочем, мое облегчение было преждевременным. Я просто получила отсрочку. Теперь мне придется мучиться неизвестностью и ожиданием.

Но меня хотя бы накормят, дадут обогреться. Сейчас я бы отдала что угодно, чтобы прогнать из тела впитавшийся в каждую его клеточку ледяной холод.

Дверь сбоку, скрытая портьерой, вела в небольшую ванную. В ней уже было все, что может понадобиться девушке: теплый пушистый банный халат, стопка белоснежных полотенец, богатый ассортимент всевозможных шампуней, гелей. Я набрала ванну и со стоном погрузилась в горячую воду, скрытую под пышным облаком ароматной пены.

Не знаю, сколько я провела там времени. Должно быть много. Я лежала, наслаждаясь теплом, и старалась ни о чем не думать.

Когда наконец я вышла – комната снова была пуста. Но в ней уже успели побывать слуги. В камине жарко полыхал огонь. На кресле лежал теплый клетчатый плед. Рядом, на небольшом столике, дымилась кружка с какой-то жидкостью. Попробовав ее, я поняла, что это глинтвейн. Он же был и в небольшом керамическом кувшинчике, стоявшем рядом.