Чтение онлайн

Чтобы хоть как-то отвлечься от ожидания, она включила телевизор. На экране, как всегда, появились новости любимого Бобби спортивного канала. Лейси взяла пульт дистанционного управления, чтобы переключить канал, но ее внимание привлекли слова диктора.

– Лесли! – обратился комментатор к женщине, которая вела репортаж с футбольного поля. – Что вы можете сказать о последней новости относительно возвращения Бобби Макинтайра?

– Крис, как вы помните, в сентябре во время игры с «Кливлендбраунс» [7] Кувалда жестоко травмировал Бобби Макинтайра, выбив его из игр, как многие считали, по крайней мере до конца сезона. Но главный тренер «Лоун старз» Дэн Стример подтвердил сегодня утром, что Бобби Мак выйдет на поле завтра в игре против Майами. И это несмотря на то что врачи советовали трехкратному обладателю Суперкубка уйти на покой.

Лейси отставила чашку с кофе и прибавила звук.

– Лесли, сообщил ли тренер какие-нибудь подробности по этому поводу?

– Нет, Крис, больше он ничего не сказал, разве что сердито отрицал, как он выразился, «всякие ложные слухи», а потом добавил, что Бобби Мак готов на сто процентов. Но из своих источников я узнала, что в той сентябрьской игре против Кливленда Бобби Мак получил не только травму колена, но и сотрясение мозга – третье для тридцатипятилетнего ведущего игрока.

– Это похоже на то, что случилось с двумя другими ведущими игроками – Троем Эйкманом и Стивом Янгом.

– Именно так, Крис. И если эти сообщения верны, то, как и в случае с Эйкманом и Янгом, Бобби Мак столкнулся с реальной опасностью нанести серьезный, с безрадостной перспективой вред своему здоровью в случае еще одного сотрясения.

Лейси вздрогнула, качнув кофейную чашку, которая звякнула, на блюдце. Она не могла поверить тому, что услышала.

Комментаторы перешли к обсуждению другой команды, но Лейси уже не слушала. Она подняла голову и увидела стоявшего в дверях Бобби. Он смотрел на экран. Лейси сразу же определила, что он в ярости и сдерживает гнев только благодаря вернувшейся к нему способности контролировать свои чувства.

– В репортаже сказали правду? – все еще не веря, спросила Лейси.

Бобби подошел, выхватил у нее пульт и выключил телевизор.

– Твою мать!

– Значит, это правда! Тебе нельзя даже думать о том, чтобы ехать в Даллас играть.

– Поверь мне, я знаю, что делаю. В полдень за мной приедет заказанная машина.

– И ты пойдешь на риск погубить свое здоровье?

– Это не обязательно должно случиться.

– Также, как не обязательно разобьешься при езде пьяным в дождь по скользкой дороге со скоростью в сто пятьдесят километров в час. Но ты же не будешь отрицать, что было бы преступно садиться за руль при таких условиях?

Бобби стиснул челюсти.

– Ты не понимаешь.

– Хм-м, чего это я не понимаю? Что у тебя серьезно травмирована нога? Нет, я понимаю это. Что у тебя может случиться необратимое повреждение мозга, если тебя снова ударят по голове? Нет уж, и это я понимаю. Так что же тут непонятного?

Бобби стоял, зажав в руке пульт.

– Футбол – это моя жизнь.

– Ошибаешься! У тебя есть и многое другое! У тебя есть любящая сестра и целый город, который обожает тебя. У тебя денег больше, чем ты мог бы потратить, не говоря о наградах за победы в Суперкубках.

– Мне этого недостаточно.

Бобби произнес эти слова с такой спокойной уверенностью, что Лейси поняла: сказано это было совершенно искренне. Но искренность не делала сказанное более приемлемым.

– Тогда повзрослей и скажи себе: «Хватит».

Бобби зашагал взад-вперед, потом остановился и повернулся к Лейси:

– И что мне тогда делать всю оставшуюся жизнь? Сидеть здесь, играть в гольф?

– Найди работу, – жестко обронила Лейси.

– Какую работу?

– Стань диктором спортивного канала. Телевизионщики перегрызлись бы, чтобы заполучить тебя. Ты был бы нисколько не хуже того парня, Криса, которого я только что видела на экране.

– Но я не хочу говорить об играх, я хочу играть. Футбол – мое занятие. Я футболист, и все. Кто я такой без воскресных игр и тренировочного лагеря?

Бобби выглядел таким морально сломленным, каким Лейси не могла себе даже представить взрослого мужчину, и она вновь подумала о маленьком мальчике, который, играя в футбол, нашел свое место в мире. Такое место, где тренеры были отцами, а матери не уходили.

Лейси подошла к нему и без тени смущения обхватила руками его массивные плечи.

– Ты хороший и добрый человек, Бобби Макинтайр.

Она ощутила, как он напрягся, и почувствовала, что он лишь усилием воли сдерживает свои эмоции. Но она не отступила и прильнула щекой к его груди.

– Не уезжай, Бобби. Останься здесь, со мной. Я помогу тебе создать новую жизнь.

Его тело задрожало, и он придержал ее за спину, хотя еще секунду назад ему хотелось схватить Лейси за плечи и отставить в сторону.

– Я не могу измениться, и ты тоже не можешь меня изменить.

У Лейси защемило в груди.

– Я хочу тебя, Лейси, это правда. И прошлая ночь доказала это. Но время не пришло. Мне нужно вернуться в Даллас. Я нужен команде. – Он помедлил. – И команда нужна мне. Сезон закончится, и я вернусь. Тогда и подумаем, что делать.

– А как же тот репортаж?

– Я должен использовать свой шанс.

Бобби отпустил ее и прошел к своему столу, ясно давая понять, что он не переменит решения.

Лейси хлопнула ладонью по бумагам.

– Если ты уезжаешь даже сейчас, – сказала она, – когда знаешь о реальной опасности своему здоровью, ты уже никогда не сможешь остаться. Ни со мной, ни вообще в Эль-Пасо. – Она выпрямилась. – И я всегда буду знать, что меня тебе было недостаточно.

Он остановил на ней тяжелый взгляд. Но уже через несколько секунд сложил остатки бумаг в портфель и направился к двери.

– Проклятие, Бобби, не смей убегать! Не ты ли говорил мне, чтобы я прекратила бегать? Ты говорил, чтобы я набралась мужества остаться.

Он вздохнул:

– Я объясню тебе, Лейси, чего ты не понимаешь. Дело в том, что у тебя всегда было больше мужества, чем у меня. Ты воспитала Робин. Ты выбивалась из сил, чтобы обеспечить ей приличную жизнь. Мне было гораздо легче. Мне все дал спорт.