Девушка с прошлым
Шрифт:
– Да не волнуйся ты так, не переживай. Только я одна и слышала. Могу, кстати, выделить вещдок, пленочку – на память.
– Погоди, Ковалева, а зачем тебе это было надо?
– Что это? – Леночке явно не понравилась его интонация.
– Ночь-то эту ты зачем слушала?
– Из эстетического удовольствия, Нертов. Люблю красивые вещи, – ответила она уже безо всякой игривости. – Ладно, давай переходить к делу. Папаша твой, ты уж прости, по уши в дерьме оказался.
Алексея передернуло от слов Ковалевой.
– Ну и что же рекомендует твой аналитический ум?
– Ты уже и сам до всего дошел. Вычисляй, из-за чего отца твоего решили убить. А девушку эту я попозже возьму на себя. Согласен?
– Лен, мне кажется, что надо плясать от Шварца – с него и начинать поиски…
– Марину, – продолжала Ковалева, как будто и не расслышав его реплики, – я думаю, мы все равно не найдем. Пока. Особая штучка эта твоя Марина. Тебя еще ждут большие открытия с нею. Помяни мое слово. Ночка эта первая – только цветочки…
Алексей окончательно растерялся: Ковалева говорила какими-то загадками.
– Ладно, не буду смущать, – по-деловому отрезала Леночка, в очередной раз перевоплощаясь в капитана Ковалеву.
Алексей уже подустал от этой схватки с милой хамелеоншей – неизвестно было, как заговорит она с ним в следующую минуту.
Ковалева наклонилась над столом, обдав Алексея душным запахом терпкой смеси ванили и розы. Он припомнил, что его бывшая жена Светка, острая на язык, когда речь заходила о других особах, всегда называла такие духи ароматом старой женщины.
– Доставай свои листочки. Будем разбираться, – показала она на ящик, в котором были заперты схемы Алексея.
Колебаться не приходилось – и Алексей рассказал Леночке почти все, что знал.
Только ближе к полуночи Нертов смог добраться, наконец, до дома, где его заждалась с ужином Светлана. Это было еще одно осложнившее его жизнь обстоятельство, о котором пока никто, слава богу, не ведал – в том числе и сверхпроницательная Леночка. Даже Светкина мать не знала о том, что дочурка не далее как пару дней тому назад перебралась жить к Алексею, удрав от своего высокопоставленного Лишкова.
Светка появилась позавчера в это же время, будь она неладна. В последние полгода у нее начались какие-то проблемы с ее супругом, и она повадилась изливать душу своему бывшему мужу. Владимир Иванович Лишков, довольно высокопоставленный чиновник городского фонда госсобственности, представал в этих Светкиных рассказах безумным деспотом и тираном, вымещавшим на юной жене все свои жизненные неудачи и карьерные промахи. Как-то Алексей посоветовал Светке сделать решительный выбор да сдать это старье в утиль, но она поняла его по-своему и принялась намекать на возобновление былых отношений, что, конечно, вовсе не входило в планы Алексея. Что он и дал ей понять – к огромному неудовольствию Светланы, на пару недель даже исчезнувшей со своими традиционными ночными страданиями.
Радости от того, что бывшая супруга объявилась вновь, он не испытал. Не до нее сейчас было, не до этих горестных девичьих страданий, порядком утомлявших Алексея. Он сегодня, как и вчера, опять мотался в городок – его не оставляли подозрения, что Марина может объявиться там с его же оружием, он уже не знал, чему ему верить, а чему нет…
– Свет, ты прости, но я уже сплю. День был тяжелый, – начал Нертов без обиняков, когда она позвонила позавчера.
– Леша-а! – завыла Светлана на том конце провода.
– Господи, ну что там у тебя? Джакузи засорилась, солярий перегорел, Владимир Иванович тебе изменил?
– Леша-а! – Светка и в самом деле рыдала. – Ты можешь за мною приехать?
– Зачем?
– Можно, я у тебя поживу? Недолго. Потом сама что-нибудь найду, устроюсь…
– Что случилось-то?
– Приезжай, ты ведь любил меня когда-то?
– Ты можешь сперва объяснить, что за блажь такая?
– Нертов, мне, правда, очень, очень плохо, – проговорили она как-то заторможенно.
"Напилась, что ли?” – подумал Алексей, зная этот Светкин грех: в безделье абсолютного жизненного комфорта Светлана, давно уже бросившая всякую работу, повадилась попивать. Только после того, как с нею случилась эта оказия, Алексей стал приглядываться к женам других заметных деятелей и сделал изумившее его открытие. Оказывается, едва ли не через одну они испытывали все те же проблемы. Советчица-Леночка, к которой он обратился со своим наблюдением, подсказала: “Это называется болезнью дипкорпуса. Приемы, банкеты люди втягиваются, привыкают пить каждый день. Мужикам удается держать себя в форме, им работать надо, а бабы при таком образе жизни быстро сдаются. Дело известное”.
– Светка, ты сколько сегодня выпила?
– Чуть-чуть. Только для расслабухи. Леха, я ведь не шучу. Забери меня отсюда. Он меня убьет, – абсолютно трезвым голосом выпалила Светлана. – Приезжай, сам все увидишь.
Она повесила трубку.
Как бы там ни было, а Алексей догадывался, что заурядная бытовуха бывает не только среди обитателей коммуналок, и потому он вполне серьезно отнесся к пьяным Светкиным словам. Он набрал ее номер:
– Ну что, не передумала?
– Леша! – в квартире Светланы и в самом деле раздавались какие-то крики.
За четверть часа он домчался до Невского. Растрепанная Светка стояла у подъезда – в тяжелой шубе не по погоде и с чемоданом. “О, боже, – подумал Алексей, – только этого сокровища мне сейчас и не хватало!” Светка нырнула в машину, закинув чемодан на заднее сиденье. Алексей не смог не заметить припухшую левую скулу.
– Что ты там натворила? – устало спросил он, выруливая на площадь Восстания, с которой когда-то и позвонил Светлане, едва прибыв в Питер после армейской службы. И двух лет с тех пор не прошло, а кажется, что так давно это было…
– Не я – он! Ну, услышала один разговор. Что-то спросила… А он на меня – с кулаками. Он чокнутый. Кричал, что это мои шубки да брюлики его погубили. Как бы не так! Он и до меня этим занимался!
– Свет, я ничего в ваших делах не понимаю.
Кто, чем, когда, почему… Ты-то сама чего хочешь?
– Развода!
– А что тебе мешает? Детей нет, имущественных претензий нет – будто не помнишь, как у нас с тобой это было? Раз-два, и свободные люди. – – Наивный ты у меня человек! – Светлана засмеялась. – Он меня теперь не отпустит.