Чтение онлайн

– Именно так. Это гопники из Солфорда.

Она вскрикнула от ужаса и повернулась ко мне.

– Нет, Дейв Кьюнан! Ты собираешься выкинуть их из этой машины прямо здесь и сейчас? Даже не думай. У тебя слишком много собственных проблем, чтобы ловить угонщиков чужих автомобилей. Пусть этим занимаются те, кому положено.

Она сняла трубку телефона и набрала полицейский номер.

– …да, я уверена, что это машина Теда Блейка, – добавила она, сообщив все детали. – Вы наверняка знаете Блейка. Он ведет передачу «Удар по правам» на канале «Альгамбра». Да-да… В машине двое подростков. Нет, у него нет детей… Я прекрасно знаю, я лично с ним знакома. Что значит «может быть, не его машина»?! На дверце написано его имя!

Не успела Делиз положить трубку, как впереди и позади нас завыла сирена. Теперь нас отделяли от «мицубиси» уже только две машины, и я видел, как Деклан и его приятель вжались в сиденья. Они весьма неосмотрительно поехали по участку, гуще всего напичканному стражами порядка. Полицейский «рейндж-ровер» подъехал к ним сзади, мимо нас, а «панда» подрезала спереди. Угонщики выскочили из джипа и кинулись бежать через шесть полос ревущего шоссе к Чорлтону, и все же Деклан успел заметить Делиз, еще с телефоном в руке, – и меня рядом с ней.

Я посмотрел им вслед, через широкую дорогу. На другой стороне, напротив кладбища, находилось заросшее травой футбольное поле. Я проезжал мимо него по нескольку раз на дню и ни разу не разглядел как следует. Я знал, что несколько лет назад это поле продали под застройку, но общественность запротестовала, и строительство не состоялось.

Теперь, однако, поле не пустовало. Сквозь дождь и сгущающиеся сумерки я отчетливо видел очертания прицепов: пустырь захватили тревеллеры. Полицейские блокировали движение у светофора и завладели машиной Теда, но догнать воров не успели.

Настроение у меня испортилось. Деклан, несомненно, хорошо разглядел мое лицо.

Мы вернулись в центр города и заехали в подземный гараж возле нового здания Британского совета.

Когда мы вышли из машины, Делиз принялась чистить мой пиджак рукой.

– Я знаю, что ты хулиган, Дейв Кьюнан, но это вовсе не обязательно знать всем.

Мы поднялись по ступенькам «Холидей-Инн-Краун-Плаза», как теперь именовался старейший отель Манчестера.

Я очень рассчитывал на встречу с адвокатом Бартлом. Помня, что моя первая попытка говорить правду и ничего, кроме правды, закончилась четырнадцатичасовым заключением и шишкой на голове, а вторая – выбрасыванием меня головой вперед из здания «Альгамбры», я надеялся, что на третий раз мне наконец повезет.

Адвоката, одиноко сидящего в холле-кафетерии, заметила Делиз. Когда мы подошли и представились, он, казалось, приготовился ретироваться, но под моим нажимом все же признал, что он – Джефф Бартл.

Это был высокий мужчина лет сорока с небольшим, в темном костюме, галстуке выпускника Манчестерской классической школы, в начищенных до блеска ботинках и с ровным загаром на лице, приобретенным явно не под кварцевой лампой. Он был похож на горнолыжника, и я отчетливо представил себе, как на его тщательно уложенных светлых волосах играет альпийское солнце. Я обрадовался, что явился в своем лучшем костюме и что на этот раз моя одежда пережила день сыскной работы более или менее сносно. Ботинки я незаметно вытер об угол мягкого кресла.

Пока нам подавали кофе и сэндвичи, мы поболтали о том о сем, а затем я рассказал ему свою версию – что, по моему мнению, Хэдлам и Риштон не могли успеть добраться до Престбери и сами убить Глорию. Мои слова, однако, не произвели на него ни малейшего впечатления; на его лице блуждала улыбка, и я понял, что меня опять надувают. Терпение мое кончалось.

Гордон после нашей прогулки на вертолете сказал, что будет очень рад, если я изложу мою версию адвокату, которого «Альгамбра-ТВ» выбрала, чтобы подготавливать материалы для защиты Хэдлам и Риштона. Полную, несокращенную версию, со всеми подробностями. Он хотел, чтобы я рассказал все до мельчайших деталей, и неудивительно: адвокат был полный идиот!

– Мистер Бартл, – сказала Делиз, приходя мне на помощь, пока я еще не успел разозлиться, – Дейва очень беспокоит, что в газетах уже происходит суд над мистером Риштоном и мисс Хэдлам, хотя до настоящего суда дело еще не дошло. – С этими словами она достала из сумочки сложенный газетный лист. Это была передовица «Баннера» за прошлую неделю: «Сладкая парочка из сериала: вымысел и реальность». – Если вас не было в городе, вы, возможно, этого не видели, – вежливо продолжила Делиз. Я и не подозревал, что она догадалась сохранить газету. Видимо, она принимала мою озабоченность делом телевизионщиков гораздо ближе к сердцу, чем я полагал.

Бартл нахмурился и одним пальцем отодвинул от себя газету. Я видел, однако, что он читает заголовок – известно, что заголовки «Баннера» с первого раза понять не так просто.

– Это не имеет значения, – произнес он наконец. – Мы знаем, что их ждет абсолютно честный суд. Моя задача – подготовить все необходимые документы для главного адвоката. – Он откусил кусочек сэндвича.

– А проверяете ли вы улики? – спросил я, пытаясь выдержать ровный тон.

Он прожевал откушенное, проглотил и осторожно ответил:

– Всем этим несомненно занимается следствие. Служба уголовного преследования никак не позволила бы предъявить обвинение, не убедившись, что для этого достаточно оснований. Если главный адвокат, который будет выступать в суде, сочтет, что до суда необходимо провести дополнительное расследование, он об этом заявит, и мы все организуем.

Мне стало интересно, в каком отстойнике Тревоз выудил этого недоноска. Скорее всего, такой выбор он сделал не случайно. Снисходительный тон Бартла начинал меня доставать.

– Я не хочу показаться навязчивым, мистер Бартл, но хорошо известно, что в подобных случаях адвокаты должны строжайшим образом проверить линию обвинения. Неоднократно имели место случаи, когда они обнаруживали факты, игравшие решающую роль для защиты и менявшие исход дела. Вы обязаны рассмотреть все подготовительные материалы обвинения через микроскоп в поисках несостыковок.

Адвокату вдруг надоело изъясняться официальным языком.

– Мне кажется, Кьюнан, в полиции вас самого подвергли подробному допросу, и ваши показания как-то хиловаты, – произнес он.