Чтение онлайн

– Пришла, – солгала она, прежде чем поняла, что говорит.

– Тогда составь мне компанию на несколько минут.

Он провел ее за столик в противоположном от Дрю и Джона углу. Она чувствовала, что они смотрят на нее, недоумевая, что она делает рядом с полицейским.

– Терпеть не могу ждать вызова, – сказал Патрик.

– По крайней мере, вы не нервничаете из-за своих показаний.

– Конечно, нервничаю.

– Разве вы не делаете это постоянно?

Патрик кивнул.

– Но от этого мне не легче стоять перед залом, где полно людей. Не представляю, как твоя мама это делает.

– Ну и что вы делаете, чтобы преодолеть страх выступления перед публикой? Представляете судью в одном белье?

– Ну, только не этого судью, – сказал Патрик и, поняв, как можно истолковать его шутку, густо покраснел.

– Говорят, это помогает, – сказала Джози.

Патрик взял пончик и откусил, а потом вернул ей.

– Просто, стоя там, я пытаюсь сказать себе, что у меня не может быть проблем, если я буду говорить правду. И тогда всю работу делает Диана. – Он сделал глоток кофе. – Ты хочешь чего-нибудь? Воды? Поесть?

– Нет, все нормально.

– Тогда я провожу тебя обратно. Пойдем.

Свидетелям защиты выделили крохотную комнатку, потому что их было очень мало. Мужчина азиатской внешности, которого Джози никогда раньше не видела, сидел к ней спиной и печатал что-то на своем ноутбуке. Еще появилась женщина, которой не было, когда Джози уходила, но лица ее она не видела.

Патрик остановился перед дверью.

– Как вы думаете, как там идет суд? – спросила она.

Он помолчал.

– Все еще идет.

Она проскользнула мимо пристава, охранявшего их, и направилась к месту у окна, где до этого читала, поджав ноги. Но передумав, села за стол посреди комнаты. Женщина, которая уже сидела там, сцепила руки и смотрела в пустоту.

– Миссис Хьютон, – тихо проговорила Джози.

Мама Питера обернулась.

– Джози?

Она прищурилась, словно хотела лучше рассмотреть Джози.

– Мне так жаль, – прошептала Джози.

Миссис Хьютон кивнула.

– Что ж, – сказала она и сразу замолчала, словно предложение превратилось в обрыв, с которого можно сорваться.

– Как вы?

Джози тут же пожалела о заданном вопросе. Как может чувствовать себя мама Питера? Скорее всего, она сейчас призвала на помощь всю свою силу воли, чтобы сдержаться и не раствориться в воздухе. И Джози поняла, что у них есть кое-что общее.

– Я не ожидала тебя здесь увидеть, – тихо сказала миссис Хьютон.

Она имела в виду не здание суда, а эту комнату, среди немногих свидетелей, которые могли поддержать Питера.

Джози прокашлялась, чтобы освободить путь словам, которые не произносила много лет, которые, наверное, никогда не произнесла бы вслух, боясь, что их разнесет эхо.

– Он ведь мой друг, – сказала она.

– Мы начали бежать, – говорил Дрю. – Было похоже на массовую миграцию. Мне просто хотелось убежать от столовой как можно дальше, поэтому я побежал в спортзал. Двое моих друзей слышали выстрелы, но не знали, где стреляют, поэтому я остановил их и сказал, чтобы они бежали за мной.

– Как их зовут? – спросила Левен.

– Мэтт Ройстон, – ответил Дрю. – И Джози Корниер.

Услышав имя дочери, произнесенное вслух, Алекс вздрогнула. От этого все стало таким… настоящим, касающимся непосредственно ее. Дрю отыскал глазами в зале Алекс и смотрел прямо на нее, произнося имя Джози.

– Куда вы побежали?

– Мы подумали, что если попадем в раздевалку, то оттуда можно вылезти из окна на клен, – и мы бы спаслись.

– Вы добежали до раздевалки?

– Джози и Мэтт добежали, – сказал Дрю. – А меня ранили.

Алекс слушала, как прокурор заставила Дрю перечислить все полученные им повреждения и рассказать, как они повлияли на окончание его хоккейной карьеры. Затем она посмотрела ему прямо в глаза.

– Вы знали Питера Хьютона до того дня, когда вас ранили? – Да.

– Где вы познакомились?

– Мы учились в одном классе. Здесь все друг друга знают.

– Вы дружили? – спросила Левен.

Алекс посмотрела через проход на Льюиса Хьютона. Он сидел прямо за сыном, и его глаза не отрываясь следили за судьей. Алекс вспомнила, как много лет назад открывала ему дверь, когда он заехал, чтобы забрать Джози к ним на целый день. «Вот и наша судья», – пропел он тогда строчку из детской дразнилки и засмеялся.

– Вы дружили?

– Нет, – сказал Дрю.

– У вас с ним были проблемы?

Дрю неуверенно ответил:

– Нет.

– Вы когда-нибудь ссорились с ним? – спросила Левен.

– Ну, может быть, сказали друг другу несколько слов, – сказал Дрю.

– Вы когда-нибудь подшучивали над ним?

– Иногда. Мы просто шутили.

– Ты когда-нибудь применял к нему физическое насилие?

– Может, в детстве и толкнул пару раз.

Алекс посмотрела на Льюиса Хьютона. Он сидел, крепко зажмурив глаза.

– А с тех пор, как вы перешли в старшую школу?

– Да, – признался Дрю.

– Вы когда-нибудь угрожали Питеру оружием?

– Нет.

– Вы когда-нибудь грозились убить его?

– Нет… мы же были… Мы же просто дети.

– Спасибо.

Она села, и Алекс увидела, как поднялся Джордан МакАфи.

Он был хорошим адвокатом, лучше, чем она хотела бы о нем думать. Он работал на публику – перешептывался с Питером, похлопывал его по руке, когда тот раскисал, вел записи допросов и давал читать их клиенту. Он делал все, чтобы представить Питера как человека, несмотря на то что обвинение хотело сделать Питера чудовищем, несмотря на то, что защита еще не начинала свое выступление.