Чтение онлайн

Раньше, при сверке данных, секретарши за стойками регистрации и парни из отдела служб безопасности обязательно смотрели тебе в лицо. Точнее, на твоё лицо, в особенности на глаза. Сейчас же, имея карту идентификации личности, вряд ли на тебя кто-то вообще посмотрит. На всякий случай я загрузил своё фото на первую страницу данных этого Дарена Хилла. Надеюсь, он не станет проверять главную страницу своего кабинета в ближайшие пять часов.

Офисы агентства «Новой земли» находились лишь в двух местах, на одном и другом конце города, чтобы всем было одинаково близко до них доезжать. Я стоял у того, что был в центре. Рекламные баннеры перелистывали картинки счастливых семей на зелёном газоне у дома. Они готовили барбекю и играли с собакой, вокруг резвились счастливые дети, кругом были точно такие же загородные дома. Я и забыл, как это жить в таком доме, никто из нас давно в таких не жил, и многие действительно переезжали. На некоторых окнах жилых квартир города уже вывешивались баннеры «сдаётся». Такого не было последние двадцать лет, никто ничего не сдавал, всё было и так переполнено.

Я прошёл через дорогу, застывшую в огромной пробке – она тянулась до горизонта и гудела тысячью недовольных машин. Казалось, они так и не сдвинутся с места, а люди, сидевшие в них, застряли здесь навсегда.

На входе в здание «Новой земли» меня ждала милая девушка с косыночкой, повязанной на шее, на шёлковом лоскуте которой красовалось краткое NLend.

– Добро пожаловать на «Новую землю», мистер Хилл, – сказала она.

Видимо, сканер идентификации личности был встроен уже на входе.

Холл был огромен и прозрачен, стены из стекла и зеркал создавали иллюзию бесконечного пространства, как будто помещение здесь было больше всего, что снаружи. На отдельных декоративных островках, расставленных возле кожаных диванов, росла декоративная зелень. Посреди холла стояло ветвистое дерево, возносящее свои переплетённые ветви к высокому и такому же зеркальному потолку. Там, соединяясь со своим отражением, ветви деревьев переплетались друг с другом, стирая грань между реальностью и её миражом. Прозрачные лифты уходили ввысь, в них поднимались такие же люди в элегантных костюмах, с несходящей с лица улыбкой.

– Добрый день, мистер Хилл, – девушка на ресепшене приветливо улыбалась, – чем могу помочь?

– Я бы хотел побольше узнать о вашей программе.

– Конечно, с программой вам поможет ознакомиться Райан.

– Кто?

– Добрый день, мистер Хилл.

Передо мной возник молодой человек в таком же синем костюме с платочком в нагрудном кармане с той же аббревиатурой NLend.

– Пройдемте со мной.

И мы прошли: сначала в лифт, двери которого закрывались так бесшумно, что, казалось, будто я оглох, потом на двухсотый этаж – он был далеко не последним, но вышли мы именно здесь. После в одну из множества дверей под номером 201, за которой была огромная комната с множеством прямоугольных зеркал.

Этот Райан пропустил меня и сам зашёл следом.

– Вы, наверное, уже слышали о нашей программе? – спросил он.

– Да, что-то слышал, это где-то за городом?

– Да, – улыбался молодой человек.

Я посмотрел на свои часы: 4:32:14… 13… 12… Я настроил их на обратный отсчёт.

В руках Райана появился небольшой пульт, он нажал на центральную кнопку и все зеркала, что только сейчас ими были, превратились в большие экраны. Изображение на которых переходило одно в другое, создавая сплошную картину.

– Прошу вас, – он дал мне очки виртуальной реальности.

Через секунду я уже был внутри фильма, я слышал всё: шелест травы, пение птиц, смех босоногих детей, что играли на зелёной траве, смеясь и догоняя друг друга. Мы пошли вглубь домов, и мне показалась, что здесь даже легче дышать. Как это было возможно, если я здесь, а не там?

– Легче дышать? – спросил Райан.

– Да, но как?

– Это простор, бесконечный простор, обман мозга, историческая память – ещё недавно многие жили так, видя небо, – он посмотрел в потолок, – и правда, настоящее небо, лазурное с дымчатыми облаками, и горизонт, и закат, что переливистым заревом освещал дальний лес. – Скоро все будут так жить, и вы можете быть одним из первых, – сказал Райан и выключил экраны.

Они резко погасли, превратившись опять в зеркала.

Мне хотелось крикнуть: «Нет! Не выключай!»

Но в этом и был их рекламный ход.

Дать глоток воздуха, чтобы тут же забрать его.

Два больших зеркала слева отделились от стен, оказавшись обычными окнами – запах привычного смога, вид всё тех же домов, построенных стенка к стенке, гудки застоялых машин…

Как же захотелось ТУДА!

– По-моему, выбор очевиден, не правда ли? – спросил он.

– А как же работа?

– Мы построили несколько офисных центров, в них вы можете делать всё то же самое, но удалённо. Вы же финансист?

– Я? Ах да…

– С работой проблем не будет.

– Где подписать?

– Прошу за мной.

Отодвинув одно из зеркал, мы оказались в длинном кабинете с таким же длинным столом.

– Присаживайтесь, – он указал на стул.

– Хорошо у вас тут. И сколько стоит это удовольствие?

– Мы работаем по программе обмена жилья.

– Я вам свою квартиру, а вы мне…

– Совершенно верно.

– Какой-то неравноценный обмен.

– Отнюдь нет, в вашем случае всё равноценно.

– В моём?

– У вас же трёхспальная на окраине города?

Ах да, он же всё об этом Хилле!

– Да, это моя, – я закивал, – и доплачивать больше не надо?

– Ничего, мистер Хилл.

– Так когда будет возможна отправка?

– Сначала вы должны пройти полное обследование.

– Полное? Это ещё зачем?

– Как же, а если вы, простите, чем-то больны, допустим, смертельным, допустим, уже сейчас. Вы знаете, сколько неизлечимых болезней?

– Получается, на «Новую землю» отбирают только здоровых?

– Понимаете, в чём дело, если вы приедете туда и вам станет плохо через полгода или год, вы можете обвинить нас. Знаете, многие думают, что радиация на «Новой земле» ещё осталась. Но это не так, мы всё проверяли. А вот представьте, человек больной, скажем, чем-то смертельным, приезжает на «Новую землю», и как мы потом докажем, что он был болен ещё до того? Что мы, собственно, ни при чём?

– И правда – никак.

– Не волнуйтесь, это недолгий осмотр, его можно пройти тоже у нас.