Чтение онлайн

А это и впрямь проблема. Из нас двоих Милл-От – не самый бредовый.

– Послушайте, – говорю я. – Как давно у вас ремиссия?

Он поражен.

– Вам профессор Мармозет сказал?

– Нет. Он ни за что не сказал бы.

– Как вы узнали?

– Я врач [19] . Желудок или толстая кишка?

– Кишка. Стадия три це. Шесть лет назад.

– Значит, вам сильно повезло.

– Пока да. – Он постучал по стеклянному столу.

– Но теперь вы поняли, что в конце концов все умирают. Только если не окажется, что в этом мире возможно какое-то чудо.

На его лице промелькнуло выражение властного недовольства:

– Я бы так не сказал.

– Вы сингулярианец?

– Да.

– Вот именно.

– Что значит “вот именно” [20] ?

– Нет ничего постыдного в том, чтобы испытывать на прочность границы реальности. Но такой бред, как Чудовище в озере Уайт, – не тот метод. В физическом мире есть законы, а физические объекты обычно подчиняются этим законам. Не подчиняются только эмоции и впечатления. Хотите чуда – попробуйте медитацию. Или постройте детскую больницу.

– А вам не кажется, что это как-то неуважительно?

– Говорю же, я врач. Если вам угодно полюбоваться редкой формой жизни, идите посмотрите на белого медведя. Или назначьте свидание кому-нибудь из Стокгольма.

– Я учился в Стокгольме на третьем курсе.

– Тогда попробуйте Северную Дакоту. Но если хотите моего совета, вот он: не делайте этой глупости.

Он, улыбаясь, откидывается на спинку кресла:

– И не собираюсь. Я пошлю туда кого-нибудь другого. Если всё без обмана, в следующий раз поеду сам.

– Ничего не выйдет. Любой тупица, который согласится на эту работу, окажется настолько туп, что его одурачат, в чем бы ни был развод.

Милл-От тычет в меня пальцем.

– Ладно. Смотрите, я думаю, вот тут вы ошибаетесь. А профессор Мармозет был прав. Вы – идеальный кандидат для этой работы.

– Я? Чтобы я отправился в эту идиотскую экспедицию?

– Да.

– Вы хотите сказать, профессор Мармозет порекомендовал меня для такой бредятины?

– Я не вдавался в подробности, – отвечает Милл-От. – Просто спросил, не знает ли он кого-нибудь достаточно умного, чтобы трезво оценить то, что может оказаться интригующей научной загадкой, и достаточно крутого, чтобы решить проблему, если дело обернется преступной интригой.

– Что значит “решить проблему”?

Если Милл-От сейчас скажет, что ему нужен чувак, который накажет того, кто за всем этим стоит, если затея окажется разводом, то я пошлю его на хер. Такими вещами я больше не занимаюсь. Это не лучший сценарий, потому что тогда он вряд ли оплатит мне такси до аэропорта, но, по крайней мере, я наконец-то вырвусь из его офиса.

Не повезло.

– Это значит: не дать причинить вреда людям, – отвечает Милл-От. – Слушайте, я просто хочу, чтобы вы поехали в эту экспедицию вместо меня. И выяснили, правда ли это.

– Неправда. И любые дальнейшие действия в этом направлении обернутся разочарованием, в лучшем случае. Спасибо, что обратились ко мне.

– Я знаю, это маловероятно. И верить в это наивно. И если вы поедете туда и решите, что вся затея – жульничество, я смирюсь с этим. Но все же какой от этого вред?

– Кроме бессмысленной траты моего времени? Точно не знаю, но уверяю вас, вред будет. Шесть человек, по миллиону баксов с каждого, – или восемь, или неважно сколько – это куча бабла, как ни крути. И кто бы все это ни задумал, у них есть какие-то основания надеяться ее загрести.

– А как же третейский судья?

– Третейский судья ни хрена не значит. Вы думаете, нельзя купить какого-то – как там было, “высокопоставленного представителя федеральных органов власти” – за долю от шести миллионов долларов? Да этих людей вполне можно подкупить, заканифолив им мозги. Сколько, вы думаете, заплатили вашему конгрессмену за почтовые услуги?

– Пятьсот долларов, – говорит Милл-От. – Я его спрашивал. Но если третейский судья не окажется кем-то гораздо солиднее моего конгрессмена, я просто соскочу.

– Я думаю, тут все не так просто. Почему они запрещают брать с собой оружие и средства связи?

Милл-От поднимает руки вверх.

– Потому что они бандиты и хотят меня ограбить, а я идиот, если допускаю хотя бы вероятность того, что это не так. Все шито белыми нитками. Теперь мне интересно, сколько вы хотите за то, чтобы съездить в Миннесоту и разобраться, что к чему.

– Больше, чем вы готовы заплатить.

– Откуда вам знать?

– Ладно, – говорю я. – Сто пятьдесят тысяч долларов.

– Сто пятьдесят тысяч?

– Да.

Сумму я взял не совсем с потолка. Если я когда-нибудь придумаю способ сделать так, чтобы сицилийская и русская мафия отвязались от меня, это по-любому будет дорого стоить [21] . К тому же, учитывая то, что сказала мне в машине Доктор Дум [22] , я уверен, что это гораздо больше, чем Милл-От готов заплатить.

А чтобы уж наверняка, говорю:

– И торг здесь неуместен. Да – да, нет – нет. И это без учета моих издержек. А они могут удвоить сумму.

Милл-От в ужасе:

– И на какие же такие издержки вы собрались потратить сто пятьдесят тысяч долларов?

– Я еще не решил.

– Вы пойдете в турпоход! На неделю!

– Даже если так, – говорю я, – эта неделя уйдет, прежде всего, на то, чтобы попробовать сэкономить вам миллион долларов, которым вам ни к чему рисковать. И всю эту неделю кто-то должен будет подменять меня на корабле, после чего я, возможно, и вовсе потеряю свое место [23] . Если вы не можете отвалить сто пятьдесят штук, предложите поучаствовать вашим товарищами по Движению Сингулярности. Если они еще не скинулись.