Дикий белок
Шрифт:
— Вы, может быть, насчёт барашка? Да? Генюсь!… К барашку!…
Предоставленные самим себе Лесь и Стефан сумели стряхнуть злое наваждение. Когда пани магистр повернулась, чтобы с опозданием ответить на слова прощания, двор уже опустел. Гостей и след простыл.
— Я ничего комментировать не собираюсь, но, по её мнению, петухи и куры должны жить моногамными парами! — глумился в понедельник Стефан, которого наконец прорвало, и эмоции в нем бушевали. — Пани магистр после сельскохозяйственного института!!! Да чтоб все это в тартарары провалилось, я никакой морковки больше искать не стану! И петрушки тоже! А этот лапоть ещё и коней зелёным пёрышком погонял!
Он обвиняющим жестом тыкая в Леся, который достал из портфеля и демонстрировал желающим старательно сбережённое петушиное перо. Все восхитились им.
— Прикрепи на стену так, чтобы в глаза бросалось! — потребовала Барбара. — Это будет на память.
— Ты и правда этим коней погонял? — полюбопытствовал Каролек.
— Да ты что, больной? Оно у меня в руках было, но я им никого не погонял!
— А морковки могли бы немного надёргать, — недовольно сказал Януш. — С сорняками или без, но это наверняка то самое, что нам надо! Запущенное хозяйство.
— Поезжай сам и надёргай! Я этой чокнутой ни на грош не верю. Она туда могла высыпать хоть крысиный яд! Высшее сельскохозяйственное образование! Иисусе Христе Боже!!! — кипятился Стефан.
— Неужели вся польская деревня так выглядит? — огорчился Каролек. — Никакого толку от неё уже нету?
— Ну что ты, не у всех же высшее сельскохозяйственное образование, — утешил его Лесь.
— Но там, где мы были… ведь если бы не тип из города, там погибли бы четыре гектара луга!
— Четыре гектара! — издевательски воскликнул Стефан. — Ха-ха! У нас пропадает четыре миллиона гектаров!
Влодек, который до сих пор сидел молча, беспокойно заёрзал.
— А шкуры… — начал он.
— Заткнись! — немедленно обрезала его Барбара голосом, свистящим от бешенства. — Ни слова на эту тему, потому что меня на месте вывернет!
— Я вам про это попозже расскажу, когда её не будет, — поспешно ретировался Влодек. — Оставь пепельницу в покое, Барбара, я уже молчу.
— Из этого следует, что больше всех разузнали все-таки мы, — высказался торжествующе Януш и повернулся к Каролеку:
— Это была замечательная идея — ехать за ними. Этот тип, правда, такие вещи говорил — волосы на голове дыбом встают, но какой-то выход нам все-таки показал.
— И мы выкупались в чистой речке, — удовлетворённо добавил Каролек.
— Покажите мне это место! — сердито потребовала Барбара. — Я тоже хочу выкупаться в чистой речке!
— И я тоже хочу! — проникновенно прошептал Влодек.
— А я что, инкубаторский? — рявкнул Стефан. — Мы все будем купаться в чертовски чистой речке!
— Не возражаю, поедем, когда пожелаете, — согласился Януш. — Довольно близко. А что касается моркови… Можно говорить?
— Можно, — мрачно позволила Барбара. — Дозволяется говорить любому, у кого есть положительные новости. Мерзостями я сыта по горло!
— Будет тебе положительное, то есть сведения от этого типа. Он сказал — даже меня убедил — овощи, мол, надо покупать в государственных магазинах, получающих товар из колхозов. Ни один колхоз не старается так, как частник, потому в колхозах почти не пользуются всеми этими прелестями. То есть искусственными удобрениями и прочими химикатами. Большую часть продают налево частникам, и у них уже совсем мало остаётся, а если повезёт, так колхозники и все разом эти удобрения сбагрят, чтобы голову себе не морочить. Поэтому надо узнать, откуда завозят товар в ближайшие магазины и выбрать себе подходящий, а от рынков держаться подальше. Не знаю, как вы, а я считаю — в этом есть смысл. Таким образом, хоть с овощами мы уладили. Что же касается мяса…
— Погоди! — перебил Каролек. — Дайте я про сенокос расскажу…
— Минутку! — в свою очередь перебил его Стефан. — А вообще откуда этот тип из города там взялся и на кой черт он траву косил? Не мог смотреть, как трава пропадает, что ли?
— Ну я же как раз и собирался рассказать! Он косил траву на сено для лошади, кто-то из его семьи держит лошадь. Национальный парк сдаёт эти луга в аренду каждому, кто захочет, вот он и взял, потому что крестьяне вокруг совсем не горели желанием. Этот луг страшно неровный, никакая косилка не берет, косить надо вручную, никто больше за это браться не хотел. И вот, пожалуйста — исключительно благодаря типу из города там ничего не пропадает зря!
— В таком случае я туда поехал бы даже без всякой речки! — возвестил Стефан. — Давно мечтаю увидеть хотя бы одно место, где ничего не пропало зря!
— А мне можно рассказать про морковь? — смиренно прошептал Влодек.
— Про морковь можешь, — угрюмо позволила Барбара. — Но больше — ни слова!
— Вероятно, тебе лучше самой рассказать, у него непременно что-нибудь не то вырвется, — сказал Януш.
Подумав, Барбара кивнула и описала встречу с кузиной Влодека. Посвящённая в проблему кузина обещала в будущем году развести овощное хозяйство для нескольких семей и доставлять съедобную растительность, не тронутую отравой. Ей можно верить, потому что у неё тоже дети…
— То есть с будущего года нам даже и магазины не понадобятся? — обрадовался Януш. — Замечательно! Теперь насчёт мяса…
— Погоди, — предостерегающе перебил его Лесь. — А эта кузина далеко от шоссе? Потому что салат…
— Там вообще никаких дорог нет, — ядовито заявила Барбара, бросая на Влодека нехороший взгляд. — Насколько глазу хватает, ни следа шоссе на горизонте, нет даже ничего похожего на шоссе, поэтому можете отбросить свои опасения.
— А можно мне наконец перейти к мясу? — потерял терпение Януш. — Животный белок необходим человеку для жизни!
— Ну и отлично, валяй про белок, — согласился Стефан. — А вы закройте пасти и перестаньте перебивать!
Януш скрипнул вращающимся стулом и повернулся к сотрудникам.
— Значит, что касается мяса, тут такая хреновина… Всю съедобную скотину у нас растят на гормонах, и все совершенно так, как у него начертано на стене, — он подбородком показал длинный список за спиной Леся. — Единственное мясо, в котором ещё есть польза, это дикое мясо…
— Доктор говорил то же самое, — буркнул Каролек. — И ещё говорил, что лучшее мясо — из запущенного леса…