Чтение онлайн

Утром, когда в распахнутое окно врывалась какофония из чириканья воробьев под крышей, гудков автомобилей, крика торговок и мальчишек-разносчиков газет, а по квартире разлился соблазнительный аромат кофе, Габриель попросил гостя:

–  Слушай, Бартеро, у тебя же память дай создатель каждому. Давай повтори мне слово в слово, что они говорили:

Бартеро Гисари, устроился поудобней на диване, обнял руками колени, закрыл глаза, чтобы лучше сосредоточиться, и мягким тихим голосом принялся ниточка за ниточкой расплетать ткань вчерашнего дня.

Полдень. Управление Мореходством. Он пришел за бумагами на новую экспедицию. В холле шумно, многолюдно, пахнет табаком и кожей… По новому закону собственники крупных кораблей должны переоформить документы. Но Гисари сворачивает в узкий коридор, проходит мимо десятка кабинетов, чтобы подняться по отделанной под мрамор лестнице на третий этаж. Там ждут гатуры - его наставник Наридано и адмирал Фегинзар. Еще рано, до назначенного времени полчаса. Секретаря нет, дверь в кабинет приоткрыта. Из-за нее доносятся голоса. Говорят адмирал, наставник и кто-то еще, кого Бартеро не знает.

Решив подождать, пока этот третий закончит и выйдет, Бартеро присаживается на стул в холле.

Тихо тикают тяжелые настенные часы с крылатыми конями, на столе секретарши одиноко качает головой грустный клоун… Вначале Бартеро не прислушивается к разговору, покачиваясь на волнах своих мыслей - ленивых и размеренных. Сердцем он уже далеко - среди сияющих на солнце айсбергов, морских котиков и чаек - стоит на капитанском мостике "Смелого", вдыхая колючий ветер заколдованной земли Данироль… Но постепенно яркие образы тают и содержание беседы гатуров захватывает его.

– Нужно приступить к третьей серии генетических опытов. Образцы второй серии уже доказали свою жизнеспособность, - говорит незнакомец.
– Не смотря на то, что они были воспитаны в земных семьях, будучи подмененными при рождении, их интеллектуальный потенциал значительно выше, чем у людей, хоть и уступает нашему.

– Помилуйте, мы и так взяли самое лучшее от людей и гатуров. Вы хотите, чтобы эти новые существа превзошли нас?
– возражает адмирал.

– Они не превзойдут. Некоторые уже дали потомство. Оно ни чем не отличаются от потомства обычных людей. Ни умственным развитием, ни реакциями, - заверил его наставник.

– И все же я бы вас предостерег, - упорствовал адмирал.
– Люди - чересчур агрессивные существа. Мешать их гены с нашими - чрезвычайно опасно. Хотя я вынужден признаться, что ваш воспитанник, этот Гисари, получился весьма одаренной личностью.

Дальше Бартеро уже не слышал. Он просидел несколько минут без движения на стуле, безразличный к окружающему миру, точно растрескавшаяся от времени статуя. Но нашел в себе силы стряхнуть оцепенение, вышел на улицу, ловя ртом сырой воздух, пытаясь хоть как-то успокоиться, опасаясь вызвать подозрения у наставника.

Он плохо помнил, как вторично поднялся в Управление, как подписывал бумаги, даже шутил с секретаршей. Потом, словно голодный волк кружил по городу, распираемый новым знанием. Ему нужно было выговориться, а подходящих собеседников не попадалось. И тогда он напился. От одиночества, от безысходности. И только ближе к полуночи в его голове проскользнула мысль, что его друг Габри - единственный, кто выслушает и поймет. И возможно, найдет выход.

–  И что?
– удивился Габриель - С чего ты решил, что о тебе говорили, как о подменыше? Мне кажется, тебя упомянули как типичного представителя рода человеческого.

–  Мне тоже хотелось бы в это верить. Но сердце твердит - я прав. Я действительно кукушонок. Скажи, Габри, что они делают с нами, с людьми? Ты единственный, кому я решился довериться. У тебя могущественные друзья, связи. Как докопаться до правды? Как разоблачить их, этих "мирных пастухов человечества"?

Мидару почесал плохо выбритый подбородок, колеблясь, а потом все же решился тоже поделиться с гостем, справедливо рассудив, что раз уж затевать войну, то следует заручиться поддержкой надежных союзников. А то, что Бартеро Гисари теперь его союзник, Габриель не сомневался.

–  Знаешь, я на днях получил письмо, в котором жители острова Мирд жаловались, им негде теперь жить. Там богатые залежи никеля, свинца и каких-то минералов. На территории всего острова. Жителей согнали с обжитых мест, раздробили горы, расковыряли землю, у кого-то разрушили дома, погубили сады и посевы. И не дали никакой компенсации. Я как раз приготовил речь для Жисаса. Правда, в ней обвиняется "Горнодобывающая компания Винард и сыновья". Но она действует по указу гатуров. Это известно всем.

–  И ты…

–  Что я? У меня есть письмо, подписанное более чем пятьюстами жителями острова. А у тебя ничего. А если доказательства и существуют, то спрятаны в какой-нибудь лаборатории, которая может находиться где угодно, - он щелкнул пальцами.
– Есть еще архив Первопланетнного Дома, резиденции Сириуса на Земле!

–  Только навигаторы имеют туда доступ, - вздохнул Бартеро.

–  Слушай, сколько я тебя знаю, ты постоянно принижаешь свои достижения. Ты далеко не простой инженер. Тем более сейчас ты куратор экспедиции. Кстати, куда ты сейчас направляешься?

–  Опять на юг. В вечные льды, - он усмехнулся.
– Вечные, благодаря гатурам.

–  Но заметь, какую пользу они приносят, эти гребнеголовые. За двести пятьдесят лет их присутствия не было ни единой крупной военной стычки, - добавил Габриель.

–  Зато всякая гадость повылезла наружу.

–  Она была всегда, - справедливо заметил Мидару.

Глаза Бартеро сверкнули.

–  Я знаю, как разоблачить гатуров!

–  Как?

–  Через таких же наглых и беспринципных существ, как и они. Подлец способен обмануть подлеца. Помнишь, ты говорил, что знаешь самого Итеро Кинса.