Чтение онлайн

– Ни фига себе, – бормотал ошарашенный Маркиз, – сходил в загс называется, получил справочку… Ну ладно, теперь будем начеку…

Он зашел в первый попавшийся на пути телефон-автомат и позвонил в агентство «Пуаро». От автоответчика он узнал номер телефона нового офиса – толстяк не соврал, агентство действительно переехало. По тому номеру ответил приветливый девичий голосок:

– Вас приветствует агентство «Эркюль Пуаро»!

– Могу я попросить Андрея Арнольдовича Бакланова? – вежливо осведомился Маркиз.

Было такое чувство, что девушка на том конце провода с разбегу рухнула в пропасть. Маркиз услышал в трубке какой-то испуганный вскрик, а потом установилась гробовая тишина.

– Эй! – позвал Леня. – Так как насчет Бакланова?

– Он… Он у нас больше не работает, – скороговоркой пробормотала девица, – могу порекомендовать вам других агентов…

– Нет, мне нужен Бакланов. А вы не можете дать мне его телефон? – настаивал Маркиз.

– Нет! – крикнула девица и бросила трубку.

Телефон Бакланова Маркиз отлично запомнил, увидев в горзагсе его визитную карточку, а спросил о нем у девицы только для того, чтобы проверить ее реакцию.

Реакция была достаточно убедительной. Теперь оставалось сделать последний шаг.

Маркиз набрал телефонный номер, напечатанный на визитке Бакланова. Трубку очень долго не брали, и только когда Маркиз решил, что дома никого нет, и хотел отключиться, длинные гудки наконец прервались и безжизненный женский голос проговорил:

– Я вас слушаю.

– Можно попросить Андрея Арнольдовича?

На том конце провода воцарилась мертвая тишина. Леня подумал уже, что связь прервалась, но тот же женский голос с выражением тоскливой обреченности проговорил наконец:

– Кто вы?

– Я – его бывший клиент, – поспешно соврал Леня.

– Вот как? – В голосе женщины прозвучали одновременно отчаяние, равнодушие и издевка. – За женой следили! В агентство звоните, вам другого человека дадут!

– Я не хотел бы другого, – продолжал Маркиз с заискивающей интонацией, – я бы хотел Андрея Арнольдовича…

– Андрей Арнольдович больше этим не занимается, – отрезала женщина и добавила безжизненным голосом: – Андрея Арнольдовича больше нет. Его убили.

– Вот как? – проговорил Маркиз, не зная, что еще сказать этой убитой горем женщине.

Впрочем, говорить ничего и не нужно было – в трубке звучали короткие гудки отбоя.

– Вот как! – повторил Маркиз уже самому себе. – Что же это за справочка, из-за которой убили уже двух человек?

Ибо Леня нисколько не сомневался в том, что частного детектива Андрея Бакланова убили из-за той же самой информации, за которой он сам пришел в горзагс. Поскольку очень трудно представить себе, чтобы частного детектива убили из-за того, что он застукал какую-нибудь разбитную сорокалетнюю бабенку в чужой постели. Поскольку из-за этой загсовской справочки уже убили у Лени на глазах одного человека, а где один труп, там и два. Поскольку Леня Маркиз был мужчина образованный и знал такое философское понятие, как бритва Оккама, которое применительно к данному случаю можно сформулировать так: не надо объяснять два убийства разными причинами, если можно объяснить их одной и той же.

– Вот как! – снова повторил Маркиз с отчетливо прозвучавшим в голосе металлом.

Он не собирался отступать. Он собирался выяснить, в какую историю втравил их с Лолой герр Лангман. Для этого ему нужно было разобраться в горзагсе.

Леня посмотрел на часы. Присутственное время городского загса как раз заканчивалось. Маркиз торопливо оделся, завел машину и помчался к дому на набережной. Остановившись напротив подъезда, он внимательно следил за потоком сотрудников, покидающих учреждение. Как и следовало ожидать, работали здесь преимущественно женщины, по большей части среднего и более чем среднего возраста, отмеченные печатью несколько двойственного социального положения: с одной стороны, они трудились как бы в солидном государственном учреждении, числились в могучей армии чиновников, свысока смотрели на своих посетителей; все это придавало им вес и значительность в собственных глазах. Но, с другой стороны, оклады у них были жалкими, а взяток сотрудникам загса никто не предлагает – не за что. Поэтому чиновничья надменность в их облике была какой-то неуверенной, а меховые шапки и воротники, знававшие некогда лучшие времена, были вытерты, поношены и старомодны.

Поток сотрудников постепенно редел, и Маркиз подумал уже, что пропустил интересующую его особу, как вдруг она показалась в дверях горзагса. Курносая веснушчатая девчушка из справочной службы спускалась по мраморным ступенькам учреждения, всхлипывая и прикладывая к глазам маленький кружевной платочек. Когда она поравнялась с Лениной машиной, Маркиз открыл дверцу и окликнул девушку:

– Машина подана! Отвезу вас, куда скажете.

Девушка вздрогнула и испуганно шарахнулась в сторону:

– Я к незнакомым мужчинам в машину не сажусь!

– Почему же к незнакомым? – Леня улыбнулся самой обаятельной из своих улыбок. – Мы же с вами знакомы, я к вам приходил совсем недавно на прием узнать о своих родственниках, Ильиных-Остроградских. Неужели вы меня забыли? Я этого просто не переживу! – И он театрально закатил глаза и прижал руку к своему разбитому сердцу.

– Ой, правда! – Девушка пригляделась к Лене. – Ну как, Аглая Михайловна нашла вам документы?

– В том-то и дело, – Леня изобразил на лице крайнюю степень разочарования, – в том-то и дело, что она эти документы не нашла! Я хотел поговорить с вами об этом, но вижу, что у вас свои собственные неприятности… Но что же мы с вами разговариваем на улице, вы совсем замерзнете! Садитесь, садитесь в машину, я отвезу вас домой!

Девушка из загса еще раз всхлипнула, представила, какая толчея в этот час в метро, и нерешительно подошла к машине. Леня помог ей устроиться на переднем сиденье и тронулся с места.

– Ну, и куда ехать?

– В Купчино… – смущенно пробормотала девушка. – Наверное, это слишком далеко, у вас ведь свои дела…

– Это хорошо, что далеко, – галантно ответил Маркиз, – я дольше смогу наслаждаться вашим обществом. Только у меня будет к вам две просьбы – так сказать, в виде платы за проезд.

– Какие просьбы? – насторожилась девушка.

– Не бойтесь, ничего страшного, – Леня усмехнулся. – Во-первых, скажите, как вас зовут. Меня, кстати, зовут Леонидом, а лучше – Леней.