Чтение онлайн

Анахо деланно засмеялся:

– Каждый, кто пробирается в Зону, имеет собственные планы. Некоторые идут ночью; другие надевают маскировку и буферные сапоги, чтобы скрыть следы. Некоторые собираются в бригады и выступают вместе; другие чувствуют себя надежнее в одиночку. Некоторые проникают в Зону со стороны Земли; другие приходят из Мауста. Шансы же, как правило, у всех одинаковые.

Рейт задумчиво почесал подбородок:

– Принимают ли в охоте участие дирдир-люди?

Анахо усмехнулся, глядя на пламя.

– Признанными охотниками являются Безупречные 3 . Но твоя мысль не годится. Ни ты, ни Трез, ни я не сможем выглядеть, как Безупречные.

Огонь медленно догорал. Все трое пошли в свои большие мрачные комнаты и сразу же заснули на кроватях, застеленных простынями, пахнувшими морской водой. Утром они позавтракали солоноватым бисквитом с чаем, затем уплатили по счету и вышли из гостиницы.

День был пасмурным. Холодные хлопья тумана цеплялись за химасовые деревья. Путешественники сели в планер. Воздушный корабль пробил слой облаков, добрался до слабого желто-коричневого солнечного света и полетел над Драшадой на запад.

Под ними волновалась серая Драшада: тот самый океан, который – а Рейту казалось, что с тех пор прошла целая вечность – они пересекли на борту парусника «Варгаз». Анахо вел планер низко над поверхностью воды, чтобы свести до минимума риск быть обнаруженными радарами дирдиров.

– Нам нужно принять важные решения, – объявил он. – Дирдиры – это охотники, и они выбрали нас своей добычей. Существует правило, что начавшаяся охота должна быть доведена до конца. Но дирдиры – это не взаимодействующий друг с другом народ, как, скажем, вонки. Их планы возникают по собственной инициативе, что называется жна-дих. Буквально это означает: мощный смелый прыжок, при котором разлетаются искры. Спешка, с которой был предпринят и велся поиск, свидетельствовала о том, что руководитель охоты – тот, который первым объявил жна-дих, – находился на борту планера и, я надеюсь, уже теперь мертв. Если это так, то для нас риск становится значительно меньшим, разве что другой дирдир пожелает сделать х'со, что можно перевести, как «значительно» и «замечательное господство», и организует второй жна-дих, вследствие чего возникнет ситуация, подобная предыдущей. Если же руководитель охоты жив – это наш смертельный враг.

Рейт удивленно спросил:

– А разве он не был нам врагом до этого?

Анахо не стал вдаваться в подробности.

– К услугам руководителя охоты предоставляется вся военная сила общины, несмотря на то, что он сам тратит на х'со и жна-дих большую энергию. Если он все же предположит, что мы используем планер, можно легко допустить, что он применит радарные установки.

Анахо показал на серое стекло у пульта управления.

– Если мы попадем в зону действия одной из радарных установок, вы увидите здесь светящуюся оранжевую сетку.

Прошло несколько часов. Анахо покровительственно объяснил им, как управлять планером. Трез и Рейт быстро разобрались с контрольными приборами. Карина 4269 проплыла по небу, обогнала планер и скрылась на западе. Под ними волновалась Драшада – загадочная серо-коричневая пустыня, сливавшаяся на горизонте с небом.

Анахо стал рассказывать о Карабасе:

– Большинство искателей секвинов попадают в него из Мауста, расположенного восемьюдесятью километрами южнее Первого Моря. В Маусте имеются наилучшие магазины, где продаются соответствующее снаряжение, точнейшие карты и справочники, а также предоставляются другие услуги. Я считаю, что нам нужно лететь именно туда.

– А где обычно отыскивают хризопинады?

– Повсюду в Карабасе. Относительно этого не существует никаких правил, никакой системы. Конечно, там, где копают все, жилы стали менее богатыми.

– Почему же нам тогда не выбрать менее исхоженный путь в Карабас?

– Мауст исхоженный потому, что это самый приемлемый путь.

Рейт посмотрел в направлении еще невидимого берега Кослована и еще неизвестного будущего.

– А что, если мы не пойдем ни через один из этих проторенных путей, а попытаемся войти туда где-нибудь между ними?

– И что мы от этого выиграем? Зона везде одинаковая.

– Но ведь должна же быть какая-то возможность уменьшить риск и увеличить выигрыш!

Анахо отрицательно покачал головой.

– Ты странный и упрямый человек! Разве в твоем поведении не проявляется определенная высокомерность?

– Нет, – ответил Рейт. – По-моему, нет.

– Почему же тогда ты думаешь, что тебе должно легко удаться то, что не удается другим? – возражал ему Анахо. Рейт улыбнулся.

– Ты не сочтешь высокомерием, если я спрошу, почему же им это не удается?

– Одной из добродетелей дирдиров является зс'ханх, – объяснил Анахо. – Это обозначает «ограниченное равнодушие по отношению к поступкам других». У дирдиров существуют двадцать восемь каст, которые я перечислять не хочу. У дирдир-людей имеются четыре касты: Безупречные, Сильные, Возвышенные и Умные. Зс'ханх предопределен для каст дирдиров, начиная с тринадцатой и до последней. Безупречные тоже вместе с ними участвуют в зс'ханхе. Благородная доктрина.

Рейт удивленно покачал головой.

– Не понимаю, как могли дирдиры построить техническую цивилизацию. При таком разнообразии противоречий…

– Ты никак не можешь меня понять, – осуждающе прогнусавил Анахо. – Дело намного сложнее. Чтобы возвыситься, дирдиру необходимо добиться признания в следующей вышестоящей касте. Внимания он добивается на основе своих достижений не потому, что побеждает в спорах. Часто зс'ханх становится неприемлемым для самых низших каст; а еще чаще – для высших, которые исповедуют доктрину пн'ханх – «жгучая принципиальность».

– Исходя из этого, я должен принадлежать к более высокой касте, – гордо заключил Рейт. – Я предпочитаю зс'ханху пн'ханх. И хочу использовать все преимущества, чтобы уменьшить риск.

Рейт посмотрел на длинное, недовольное лицо и в душе рассмеялся. «Он хочет мне доказать, что я принадлежу к одной из низших каст, – думал Рейт, – но наверняка знает, что я его высмею».

Казалось, что солнце движется по горизонту неестественно долго, что происходило вследствие полета планера на запад. Ближе к вечеру над горизонтом поднялась серо-фиолетовая масса и слилась с бледно-коричневым солнцем. Это был остров Лойме, расположенный вблизи от Кослована.