Чтение онлайн

Деньги в Дратворсе были весьма простыми в счете. Каждый серебряник стоил как десять медяков, а золотой уже был эквивалентным сотне серебряников. Ну а эпатажем валюты были мифриловые монеты — те уже являлись деньгами богачей, дворянинов и аристократов. Эквивалент тысячи золотых. Обычно такими расплачивались либо за недвижимость, либо за очень мощные артефакты, но, так или иначе, таких денег было мало. Если же говорить о ценности, то на один серебряник, семья Краулей могла бы прожить целую неделю, питаясь не очень уж размашисто. Ну а так, тот же поход в средненький ресторан мог упасть в четыре-пять медяков. Номера в гостиницах обычно выходили примерно в шесть-семь медяков за ночь, но то если не брать какую-то совсем уж ночлежку.

Сколько же стоило оружие, я понятия не имел. Учитывая, что удивительный сплав технологий и магии требовал магической кузни, стоимость могла бы встать и в десяток серебряников.

— В любом случае, если будет очень дорого, возьмем обычный револьвер, без рун.

На самом деле, разницы как таковой было мало. Огнестрельное оружие не могли делать простые кузнецы, лишь магические, благодаря их способностями придавать четкую форму выплавляемому металлу. Так что хоть обычные пистолеты, хоть рунические делались одним и тем же мастером. Но если будущий обладатель не желал сам раз за разом взводить затвор, он мог взять револьвер с нанесенными рунами, чей механизм как раз и обеспечивал быстрый и безостановочный огонь.

Хотя, я как-то раз слышал, что в столице есть специальные заводы, где при помощи рун и неких механизмов, как-то связанных с паром, револьверы выплавляются автоматически, без какой-либо помощи людей, кроме загрузки сырья. Впрочем, опять же, насколько мне было известно, такое оружие сильно уступало артефактному. Раньше я бы не знал, отчего так, но теперь стало ясно. Выплавка магическим мастером насыщает металл маной, а как известно, мистическая энергия, заключенная в материю сильно улучшает её свойства. То же самое касается и патронов.

— Смотри! — внезапно оживилась Аврора, — там кто-то стоит!

И действительно, на горизонте я мог видеть стоящий на обочине караван, вокруг которого суетились…

— Гномы? — удивленно воскликнул я.

— Пойдем, спросим, в чем дело.

Да, казалось бы, стоило поостеречься, однако вопрос полностью решался тем, что… перед ними гномы. Низенькие, но крепкие мужчины, которые славятся своей безобидностью на тракте, но свирепостью в бою. Основная их часть раньше жила в горах на юге, однако последние двести лет они начали расползаться, внедряясь в человеческую жизнь. Лучшие кузнецы и торгаши выходили именно из них, а уж если случится так, что попадется крайне редкий гном-маг, то к таким за оружием обращались и короли и императоры, не то что простые аристократы.

И их отличительной особенностью являлось то, что, хоть гномы и были в большинстве своем сварливы, но с друзьями они обходились как с родными, да агрессии как таковой никогда не проявляли. И так, спустя время, гном на тракте прослыл самым лучшим незнакомцем. Никогда не нападет, но если ты нападешь, может очень крепко накостылять, благодаря своей гигантской физической силе.

Подойдя ближе, мы с Авророй сразу же поняли, в чем дело. У одной из телег отвалилось колесо и вот, троица коротышек пыталась его кое-как приделать, в то время как девять их собратьев громко потешались.

— Ха-ха-ха, ну и олухи! — ржал один из зрителей.

— Заткнись, Густав! — злобно гаркнул гном, держащий колесо, пока два его друга пытались как то приделать его к оси, — ну вы там скоро, а!?

— Засунь свое скоро себе в гузно, криворукий! — донеслось до меня из под телеги, — тут крепление треснуло, осел! На черта было по всем кочкам проходиться, а!?

— А ну все заткнулись! — резко посерьезнел один из гномов, увидев нас с Авророй, — у нас тут лишние пары ног.

— О, — крякнул тот самый гном, до этого насмехающийся над троицей, — будьте здоровы, молодежь.

— Вам того же, — кивнул я, оглядывая колесо, — помощь нужна?

— Ну, ежели вы дерево сращивать умеете, то да, помощь пригодиться, — со скепсисом кивнул один из самых длиннобородых гномов, выглядящий наиболее презентабельно.

По виду все двенадцать коротышек были все как на подбор, — в фартуках и рубахах, с длинными, черными бородами и небольшими лысинами на макушке.

— Ну, это уж что вкладывать в понятие «сращивать», слегка усмехнулся я.

Гном же на это прищурился.

— Давай так, попусту шутки не шути, а коли действительно чего можешь, помоги, мы в долгу не останемся. Подвезем, ежели по пути. Вам куда?

Я уж было хотел сказать, что до города ближайшего, но Аврора меня перебила.

— Нам в столицу надо.

— О, как! — хохотнул гном, который почти наверняка являлся главным среди каравана, — ну мы до Эстона едем, оттуда до столицы день пути. Ну так что, умеешь чего?

— Умею, — тут же кивнул я, — только сразу договоримся. Если телегу починю, вы нас до Эстона довезете.

— Идет, — недолго думая согласился гном, спрыгивая с одной из телег и подходя ко мне. Плюнув на руку, он протянул её для рукопожатия. Я, немного подумав, скрепил договор.

— Отойдите, — махнул я рукой, подлезая под телегу.

Действительно, ось оказалась надломлена в месте, где та крепилась к колесу. Сосредоточившись, я попытался создать конкретный образ, как дерево действительно срастается. И уже через пару минут, я смог добиться первого результата. Ось действительно начала прирастать к колесу, однако заранее вытащив кинжал матери, я сразу же начал прорезать замысловатые узоры на соединении, дабы не выдать, что Пробужденный. Конечно, ничего плохого в этом не было, однако… все же, после Элдрика, я не могу спокойно доверять людям в этом вопросе. И то, что здесь гномы, ситуацию не сильно меняет.

Таким образом, вырезав подобие руны, я вылез из под телеги, убирая кинжал.

— Все. Я свою часть выполнил.

В то, что гномы не выполнят обещание, я не верил. Это был народ, славящийся своей честью в отношении клятв и договоров, от того они хорошими партнерами в торговле и были.

— Ну-ка, Генри, отпусти колесо.

Гном послушно отошел в сторону. Коротышка, с которым я договорился, спрыгнул на землю, деловито оглядывая колесо. Немного покрутив его туда-сюда, он попытался пошатать его туда-сюда, но когда ничего не вышло, лишь задумчиво почесал голову.