Чтение онлайн

Она закричала и бросилась бежать. Упала, покатилась по сугробам, провалилась, подавилась страхом и снегом. Она звала на помощь, и через несколько секунд, показавшихся вечностью, почувствовала на спине колючую тяжесть — царсари-альбинос догнал шумную игрушку, прижал к земле и зарычал, готовый принять бой, если кто-то осмелиться отобрать у него добычу.

А еще через секунду рядом с Джоей оказался Цогобас. В пальцах карлика сиял взведенный артефакт, готовый разразиться смертоубийственным заклятием; куда его направить, кто осмелился, где… откуда… где же он? Разве вы не видели? Белесый мертвец, почти эльф, но глазами похожий на обезумевшего демона, он хотел убить меня… он правда здесь был… где же он спрятался?

Карлики помогали девушке встать, а она крутила головой, пытаясь увидеть, где, за каким деревом спрятался мертвец-убийца, он же был совсем рядом, вы что, мне не верите? Он же здесь, я видела, видела…

Окончательно пришла в себя Джоя только в Замке. Тия-Мизар пыталась кормить ее питательным куриным бульоном, елен-Лур выспрашивала подробности и громко охала, Дьёмиас в ужасе трепетал, и никто ничего не мог толком объяснить.

Мертвеца не было, — заявил Цогобас, лично проверив всю испугавшую Джою опушку. — Тебе показалось. Иногда, когда Черная Луна поднимается, Золотой не видно, а Серебряная на исходе, их тени порождают странные иллюзии…

Всего лишь иллюзии? Бело-серая одежда странного покроя, худое лицо, движения, легкие и порывистые — быть может. Но плещущая в мертвых глазах ненависть?..

— Тебе уже лучше? — рядом неслышно материализовалась леди Кёр. Как всегда — белая одежда, сложная прическа, холодное совершенство черт.

Джое кажется, или повешенный действительно похож на Хозяйку Кёр-Роэли? Или это тоже всего лишь иллюзия, порожденная совокупными шалостями трех лун?

Девушка зябко подернула плечами. Волшебница подошла ближе и протянула ей хрустальный бокал с дымящимся питьём.

— Это тебя согреет.

Магическое? Какая-нибудь отрава или эликсир забвения? А, не всё ли равно…

Зелье был отвратительным, горьким и вяжущим. Стоило Джое закашляться, царсари обеспокоенно поднял голову и принюхался.

— Расскажи, на кого был похож повешенный, — попросила Кёр, опускаясь рядом. Длинное белое одеяние сложилось замысловатыми складками. Лунные тени посеребрили профили столь не похожих женщин и превратили дремлющего царсари в величественную статую.

Дацианка по мере сил и возможностей объяснила. Мысли путались, в висках стучало… Воображение оттягивалось по полной программе — стоило сосредоточить взгляд на полосе тени, берущей начало у подоконника и протянувшейся через всю лабораторию, и казалось, что тень извивается, двигается, живет полной жизнью, воруя ее из существ с теплой кровью…

— Он был… ну… странным. Тощий, белый, будто из кости вырезан, волосы светлые… на вас похож… — пробормотала Джоя.

В руках Кёр, как по волшебству, появилась раскрытая на середине книга.

— Посмотри, он похож на этот портрет?

На картинке был изображен альбинос. Отнюдь не царсари, к которому дацианка успела привыкнуть, а ослепительно белый, с прозрачной тонкой кожей альбинос эльфийской расы. Красные глаза, насыщенно розовые губы, уже знакомый Джое то ли камзол без пуговиц, то ли странного кроя халат, кривой узкий меч в левой руке, кинжал в правой… Художник запечатлел тот момент, когда еще-не-мертвец готовился к схватке. Кровавые глаза сверлили противника, которым мог смело считать себя любой, отважившийся открыть фолиант на заданной странице; и в каждой черточке, каждой старательно прорисованной складочке, морщинке или ресничке жила неизбывная, вечная ненависть.

— Да, это он, — прошептала девушка. Голова кружилась всё сильнее и сильнее. Судорожный зевок, медленно распространяющаяся от кончиков пальцев слабость… — Только глаза… Здесь они красные, а у покойника были черные… или я ошибаюсь?.. Что это было за создание, леди Кёр?

— Не бойся, — наградив Джою мягкой улыбкой, волшебница убрала книгу. — Это всего лишь воспоминание о минувшем. Испугавший тебя когда-то жил здесь, в мире трех лун, и потерял здесь свою тень…

— Какое…причем здесь…

В горле пересохло… слабость…

— Причем здесь луны? Золотая луна щедра, она дарит покой и радость, — объяснила Кёр, беря Джою за руку. Может быть, волшебница считала пульс, а может быть, с помощью прикосновения хотела усилить действие какого-то заклинания; но дацианка почувствовала только тепло. Живое, приятное тепло, превращающее навеянную питьём слабость во что-то…что-то…

— Серебряная луна — меняет и шутит. Когда она входит в полную силу, мы снимаем маски и примеряем новые. В Серебряное Полнолуние можно услышать, как боги смеются, наблюдая за нашими маскарадами. А Черная Луна — это Тьма, поглотившая себя и ставшая Тенью. Она дарит, чтобы забрать, она укрывает, чтобы однажды исчезнуть… Когда поднимается Черная Луна, происходит то, что должно произойти.

— И боги… смеются? — превозмогая слабость, спросила Джоя.

— Нет, в этот час боги спят. Даже им иногда хочется отдохнуть, и Черная Луна сторожит их покой, позволяя нам, несовершенным смертным, получать то, что мы действительно заслужили. С восходом Черной Луны открываются тропы, просыпаются скалы и воды, огонь оборачивается льдом, а лёд вспыхивает ярче тысячи солнц…

Рука Джои безвольно упала на черный мех. Глаза девушки закрылись, она коротко вздохнула и тихо опустилась на пол.

— Вот какие чудеса случаются в нашем мире, — шепотом добавила волшебница. Махнула рукой, чтобы забеспокоившийся царсари отошел прочь, и внимательно просканировала уснувшую девушку. Так, хорошо. Как она и планировала — дыхание редкое, легкое, сердце едва прощупывается… А если добавить еще немного магии — то и совсем остановится.

— Я очень глупо выгляжу, — заявил принц Арден, рассматривая свое отражение. Далия подошла ближе и тоже посмотрела.