Чтение онлайн

Некоторые вздохнули с облегчением. Некоторые с трудом вздохнули.

Все всё поняли.

Это было после десерта и кофе. Люсьен подошел к моему концу стола, чтобы отодвинуть стул, помочь подняться и вывести меня из комнаты, положив руку мне на поясницу.

Мы проходили через двойные двери, когда я заметила Магдалину и Изобель. Как и Крессиду, хотя подальше от них. Джулиан и Этьен перешли в официальную гостиную, и я почувствовала облегчение.

Этьену не придется бездельничать в удобной гостиной, рядом с кухней. Ни за что.

Мне было интересно, могу ли я сказать им, что мне нужно попудрить нос, и Люсьен должен был помочь мне с этим, после чего я забаррикадируюсь в нашей ванной, пока они все не уйдут, но Магдалина вдруг вышла вперед и обхватила пальцами меня за локоть.

— На девчачий разговор, — сказала она, улыбнувшись сыну.

Я почувствовала, как тело Люсьена напряглось, даже когда мое сделало то же самое.

— О, молодец! — воскликнула Крессида.

Мое тело напряглось еще сильнее, и рука Люсьена прижалась к моей пояснице.

— Магдалина сказала «на девчачий разговор», Крессида, а не кошачий, — мгновенно заявила Изобель,

Крессида бросила на нее взгляд, но Люсьен расслабился, и я тоже.

— Я буду вести себя хорошо, — заявила Крессида, я знала, что она лжет и даже не краснеет.

— Нет, не будешь, — ответила Изобель, зная лучше меня, что Крессида, по-моему, не умела вести себя «хорошо».

— Пожинай то, что посеяла, — заявила Магдалина своим тихим голосом. — Ты пришла сюда полна любопытства, как кошка, и безрассудно предалась своему любопытству, как кошка. Теперь ты несешь ответственность за последствия.

Не дав Крессиде возможности ответить, у меня возникло странное чувство, что мне не очень понравится ее ответ, потому что ее сердитый взгляд пронзил меня насквозь, Магдалина отвела меня в сторону. Затем я увидела, как Люсьен взглянул на свою дочь, и почувствовала, как его рука скользнула вокруг моей талии, подвинув меня к себе.

Я остановилась, посмотрела на него как раз вовремя, его губы коснулись моих.

Когда его голова слегка приподнялась, он сказал мягко, но я все равно знала, что это был приказ:

— Не задерживайся.

Я кивнула. Я не собиралась задерживаться. Определенно не могла вести «девчачий разговор» долго.

Еще меня пугало, что он очень осторожно относился ко мне, пока я была с его семьей. Конечно, они были странными, и он предупредил меня о Крессиде и Этьене, но я чувствовала, что это еще не все.

Мне необходимо было спросить его об этом, Эдвину или Стефани. Может об этом рассказывали на «Изучении вампиров»? А я все пропустила. Возможно, наложницы не общались с семьей вампира, а его семья была совсем уж странной и странно любопытной. Я поняла, что бы ни происходило за ланчем, Люсьену это не нравилось.

Он отпустил меня, и Магдалина увела меня прочь. Я последовала за ней, как и Изобель. Ни одна не произнесли ни слова, когда мы вышли на улицу. И они продолжали молчать, пока мы шли по тропинке к пирсу.

Я поняла, что это означает. Они не хотели, чтобы вампирский слух их семьи уловил наш разговор.

Мне показалось, что это не очень хороший знак.

Я была так не уверена, что мы молча дошли до пирса, а когда остановились, я уже была вся на нервах.

— Можешь расслабиться, Лия, мы друзья, — мягко заверила меня Магдалина, когда мы ступили на деревянный помост, окруженный безмятежностью озера. Безмятежность, которая никак меня не успокаивала. Я знала, что она могла слышать мой пульс и считывать мои эмоции и настроение.

— Мы просто хотели лично извиниться за то, что свалились, как снег на голову, и привели Этьена и Крессиду, — добавила Изобель, когда мы остановились. — Надеюсь, ты поняла, что с ними двумя нужно обращаться очень осторожно.

О, это я прекрасно поняла.

— Конечно, — пробормотала я.

— Когда мы вернемся в дом, сделаем все возможное, чтобы по быстрее уехать, — заявила Магдалина.

— В этом нет необходимости, — наполовину солгала я, они мне нравились. Мне просто не нравились Этьен и Крессида. — Оставайтесь столько, сколько хотите. Люсьен наслаждается временем, проведенным с вами. — Последнее тоже было полу-ложью.

Они обе знали Люсьена уже давно (и это давно для них реально было долгим временем), поэтому они оба расхохотались.

Отсмеявшись, Магдалина подняла руку и сжала мне бицепс, прежде чем опустила свою руку, сказав:

— Я ценю жертву, которую ты принесла ради моего сына, но, как бы это ни было любезно, мы сделаем все возможное, чтобы завершить наш визит.

— Хорошо, — прошептала я, затем собралась с духом. — Но, просто чтобы вы знали, — я подчеркнул «вы», чтобы они точно поняли, о каких «вы» я говорю, — всегда добро пожаловать ко мне в дом в любое время. Эдвина любит компанию, я тоже, и Люсьен сказал, что вы ему очень дороги.

— Очень любезно, Лия, с твоей стороны, — мягко ответила Изобель.

— И чтобы отплатить за доброту, — Магдалина вытащила визитку из кармана своих потрясающих, свободных, сшитых на заказ брюк и протянула ее мне, — здесь наши телефоны. Бел и мой. Если тебе что-нибудь понадобится, — ее глаза встретились с моими, в них было что-то, чего я не поняла, но что-то такое, что я была не уверена, что мне понравилось, — что-нибудь, Лия, позвони нам.

Что все это значит?

Взяв у нее карточку, я осторожно спросила:

— Вы говорите о проблемах у Люсьена?

Голова Магдалины слегка склонилась набок, но ее лицо ничего не выражало.

— Проблема?

О-о-о. Может она не знала, что Люсьена увезли посреди ночи члены Совета. Она была его мамой, и вероятно, для нее это не было звездной новостью.

— Э-э... — Пробормотала я, пытаясь выйти из этой ситуации. Но мое «эээ» звучало неубедительно, но я не знала, что еще сказать.

— Ты говоришь о проблеме отца с Советом? — Спросила Изобель, явно зная и не боясь упомянуть об этом перед Магдалиной, что означало, что она была в курсе, поэтому я расслабилась.