Чтение онлайн

— Именно, — подтвердила Кассандра.

Сэйтан наблюдал за тем, как она призывает карту и расправляет ее на кухонном столе.

— Ты чувствовала, как Джанелль строила мост. — Он быстрым движением поймал бокал ярбараха, выпавший из руки бывшей Королевы. Поставив оба кубка на стол, он подвел женщину к скамейке, стоявшей у камина, и обнял, поглаживая ее волосы и шепча утешительные слова.

Через некоторое время Кассандра перестала дрожать и снова заговорила.

— Но ведь мост строится совсем иначе! — напряженно возразила она.

— Точнее, если бы за дело взялись ты или я — точнее, попытались бы, — мы бы сделали это по-другому. Нет.

— Только Кровь на пике развития своего Дара может построить мост, который покрывает любое расстояние, а значит, стоит усилий. Я сомневаюсь, что в Террилле остался хоть один человек, обладающий нужными знаниями или умениями. — Она оттолкнула его и нахмурилась, когда Повелитель и не подумал отстраняться. — Ты должен поговорить с ней об этом, Сэйтан. В самом деле, пришло время. Она слишком молода, чтобы использовать эту сторону Ремесла. И почему вообще Джанелль принялась строить мост, когда может путешествовать на Ветрах?

Сэйтан по-прежнему гладил волосы женщины, прижимая ее голову к своему плечу. Она знала Джанелль уже пять лет, но до сих пор никак не могла понять, с чем именно имеет дело. Кассандра не понимала, что эта девочка была не просто юной Королевой, которая однажды станет Ведьмой. Это превращение уже завершилось. Но здесь и сейчас Сэйтан чувствовал, что и сам всего не понимает.

— Она сама не пользуется мостом, Кассандра, — осторожно произнес он. — Она посылает в путь других. Тех, кто не смог бы прийти иным способом.

Напугает ли правда ее так же сильно, как его самого? Скорее всего, нет. Она ведь не видела этих детей.

— А откуда они приходят? — с беспокойством поинтересовалась Кассандра.

— Из Брайарвуда, что бы это ни было.

— И куда попадают?

Сэйтан сделал глубокий вдох.

— На остров килдру дьятэ.

Кассандра изо всех сил оттолкнула его и неровной походкой направилась к столу. Она схватилась за край крышки, чтобы удержаться на ногах.

Сэйтан наблюдал за ней не без облегчения — в конце концов, Кассандра, конечно, была напугана, но не утратила способность мыслить здраво. Он немного подождал. Вскоре женщина взяла себя в руки. Сэйтан заметил тот миг, когда она перестала размышлять и прикидывать, какое могущество потребовалось бы для этого.

— Она строит мост отсюда в Ад!

— Да.

Кассандра отбросила с лица выбившийся локон. Вертикальная складка между бровями углубилась, когда бывшая Королева задумалась. Она покачала головой:

— Королевства нельзя соединить вот так.

Сэйтан снова взял свой бокал с ярбарахом и залпом осушил его.

— Очевидно, если построить такой мост, возможно все. — Он задумчиво рассматривал карту, начиная с южного конца острова и продвигаясь взглядом на север к Белдон Мору, изучая дюйм за дюймом и постукивая по столу длинными ногтями. — Здесь ничего нет. Если это маленькая деревушка рядом с Белдон Мором, то, возможно, ее сочли недостаточно значительной, чтобы отмечать на карте.

— Если это вообще деревушка, — пробормотала Кассандра.

Сэйтан замер на месте.

— Что ты сказала?

— А что, если это просто место? Очень многие неприметные местечки обладают своими именами, Сэйтан.

— Да, — протянул он. Его взгляд, казалось, был устремлен в пустоту. Но в каком месте с детьми могли сотворить такое? Он раздраженно зарычал. — Джанелль прячет что-то за этим чертовым туманом, Кассандра. Именно поэтому она не хочет, чтобы в этот город входил кто-либо из Темного Королевства. Кого Джанелль защищает?

— Сэйтан. — Кассандра осторожно коснулась его руки своей ладонью. — Возможно, она просто пытается защитить саму себя.

Золотистые глаза Сэйтана тут же приобрели резкий, яркий желтый цвет. Он отдернул руку, вскочил на ноги и заходил по комнате.

— Я бы никогда и ни за что не причинил ей вред. Джанелль достаточно хорошо знает меня, чтобы понимать это.

— Я верю, что она знает: ты не причинишь ей вред намеренно.

Сэйтан развернулся на пятках грациозным движением.

— Ну, скажи то, что хочешь, Кассандра, и покончим с этим. — Его голос, очень тихий и вкрадчивый, нес в себе рокот грома и лавину поднимающейся ярости.

Кассандра также начала двигаться по комнате, медленно обходя стол, чтобы он оказался между ними. Впрочем, в случае чего эта хитрость Сэйтана не остановит.

— Дело не только в тебе, Сэйтан. Неужели ты не понимаешь? — Она развела руками, безмолвно умоляя прислушаться к ее словам. — Есть еще я, и Андульвар, и Протвар, и Мефис тоже!

— Они бы не сделали ей ничего плохого, — холодно возразил тот. — За тебя, уж извини, не ручаюсь.

— Ты оскорбляешь меня! — резко воскликнула Кассандра и сделала глубокий вдох, пытаясь немного успокоиться. — Ну хорошо. Допустим, ты сегодня появишься на пороге ее дома. А что потом? Не думаю, что ее родные знают о тебе — да вообще о ком-либо из нас. Ты не подумал, каким потрясением будет для них внезапно услышать о ваших отношениях? Что, если они решат бросить ее?

— Она может жить со мной! — прорычал Сэйтан.

— Сэйтан, будь же благоразумен! Ты что, хочешь, чтобы девочка выросла в Аду, играя с мертвыми детьми, до тех пор, пока не забудет окончательно, каково это — находиться среди живых? Почему ты хочешь для нее такой участи?

— Мы могли бы жить в Кэйлеере.

— Как долго? Не забывай, кто ты такой, Сэйтан. Как ты думаешь, ее маленькие друзья охотно будут приходить в дом Повелителя Ада?

— Стерва, — прошипел он. Голос Сэйтана сочился ядом и болью. Он плеснул в бокал ярбараха, выпил его ледяным и скривился от мерзкого вкуса.

Кассандра опустилась на стул, слишком ослабев, чтобы держаться на ногах.

— Может, я и стерва, но твоя любовь — это роскошь, которую Джанелль не может себе позволить. Она намеренно отгородила свой мир от нас всех и больше не появляется здесь. Неужели это ни о чем тебе не говорит? Никто, даже ты, не видел девочку на протяжении последних трех месяцев. — Она слабо улыбнулась ему. — Возможно, мы просто были ступенью, которую ей нужно было преодолеть.

На челюсти Сэйтана дернулся мускул. В его глазах появилось странное, почти сонное выражение. Когда Повелитель наконец заговорил, его голос звучал мягко, но был наполнен смертельным ядом.