Чтение онлайн

— А Карин мне сказала, что вы из полиции Лос-Анджелеса.

— У нас есть отделение в этом квартале.

— Может, вы мне скажете, кто вы на самом деле?

Лола подняла глаза и пробормотала ругательство. Ингрид выглядела сконфуженной.

— Мы подруги отца Алис, — вздохнула Лола. — Он считает, что полиция слишком скупа на информацию.

— Вот в это я готова поверить. На полицейских вы совсем не похожи.

— По правде сказать, мы пытаемся построить защиту Алис, — сказала Ингрид. — Точнее, ее репутации. Как в песне Мадонны. Конечно, может быть, это пошлость, но мы считаем, что есть вещи, ради которых стоит и попотеть. Хотя ты подпортила наше представление о ней. Верно, Лола?

Бывший комиссар в ответ что-то буркнула и заявила, что им пора. Им еще надо разыскать ничтожество и умиротворить целую шайку любителей любоваться на голых баб.

— О чем это вы? — поинтересовалась Мирей.

— Мы тебе расскажем, когда разберемся с делом Бонен, — ответила Лола. — Лейтенант Дизель, вперед, к романтической жизни!

— Ты чуть все не испортила! Кто тебя за язык тянул!

Ингрид не отвечала. Она была слишком рада тому, что снова может бродить с Лолой по ночному Парижу. И вовремя доберется до «Калипсо». Тимоти Харлен с этим не шутил, как и со всем прочим. Такси доставило их на улицу Шапталь. Лола по мобильнику позвонила в справочную, чтобы выяснить, не проживает ли в округе некто Марсьяль Гарнье; ей ответили, что не проживает. Музей романтической жизни, разумеется, был уже закрыт, а в соседних зданиях не проживал никакой Гарнье, если верить фамилиям, указанным на дверях.

— Мне пора идти, Лола!

— Постановщик, постановщик… А чем занимается постановщик? В принципе, он работает в театре. Перезвоню-ка я в справочную. Они, должно быть, томятся от безделья, время-то ночное.

Лола набрала номер. Это был тот же служащий с марсельским или гарданнским акцентом. «У меня тоже бывал такой акцент два месяца в году, когда я ездила на каникулы к бабушке», — подумала она.

— В районе Шапталь есть театр 347, мадам. Вас соединить?

— Мечтаю об этом.

Трубку сразу же снял мужчина. Лола назвалась костюмершей. Она, мол, выполнила для Гарнье заказ на костюм инженю XVIII века — и с концами.

— Гарнье здесь больше не работает. Я новый постановщик. Никогда не слышал о таком костюме.

— Я передала его ему лично, но он забыл мне заплатить. А эта игрушка дорого стоит.

— Бедняжка, вы не единственная, кого он облапошил. Платье теперь уже наверняка перепродано.

— Вы не знаете, где я могу его найти?

— Сомневаюсь, что это вам поможет.

— Но все-таки скажите.

— С января он проживает в тюрьме Санте. Это обычно случается с наркоторговцами, когда они попадаются. Вы-то остались с пустыми руками, а он попался с поличным.

— Что ж, спасибо. Похоже, я села в калошу, и на моем костюме можно поставить крест.

Лола объяснила ситуацию Ингрид. Марсьяль Гарнье не мог столкнуть Алис Бонен с 34-го этажа «Астор Майо» по той простой причине, что два месяца был вне игры.

— Мы все еще топчемся на месте.

— Лола, мы доведем дело до конца. Ладно, мне действительно пора.

— Ты напустишь им пыли в глаза за нас обеих, Ингрид. Договорились?

— Ты имеешь в виду нас, стерв?

— «Есть три типа женщин. Стервочки, стервы и стервозы. Ты, пожалуй, относишься к третьей категории.

— Это комплимент?

— Да.

— Твой?

— Увы, нет. Поля Валери.

— Не знаю такого.

— Теперь уже и не узнаешь.

Звонок телефона Лолы заставил их вздрогнуть. Звонил Жером Бартельми. Она внимательно выслушала своего бывшего заместителя и с озабоченным видом нажала на кнопку.

— Что-то с Диего… или с Морисом?

— Министерство внутренних дел продолжает творить чудеса. Результаты анализа получены в рекордно короткий срок. Алис проглотила печенье, шампанское и еще некую дрянь. Большую дозу.

— Какую?

— Кетамин. В обычной жизни анестезирующее средство для животных. А в нашей жизни — наркотик, нарушающий связность психических процессов у человека. Приняв его, можно поверить, что перед тобой твой двойник. Или что у тебя выросли крылья и ты можешь летать.

— В комнате нашли шампанское, но наркотика там не было. Алис приняла кетамин прежде, чем приехать в отель?

— Все возможно в данный момент. Даже то, что она приняла наркотик добровольно. И что портрет, нарисованный ее дорогими коллегами, не так далек от действительности.

Как всегда по пятницам, в «Калипсо» собралась более разношерстная публика, чем в будние дни. Кроме профессиональных полуночников и туристов, встречались и люди с обычным рабочим графиком, которые могут выспаться в субботу утром. На этот раз она не вышла в зрительный зал и отправилась прямо в свою уборную. Она убедилась, что никто не прячется в гардеробе, и заперлась на ключ. И упрекнула себя за излишнее волнение. Энрике был человеком ограниченным, однако бдительным, и никого не подпускал к уборным.

Она надела свой сценический костюм. Наклеивая перед зеркалом накладные ресницы, она подумала, что такие же суетливые движения были и у Алис Бонен, когда она приехала в «Астор Майо». Приступ паранойи стал результатом приема кетамина? Некоторые наркотики оставляют дверь сознания приоткрытой, человек витает в облаках, но осознает это. А как обстоит дело с наркотиком, «нарушающим связность психических процессов»? Может ли он заставить человека вообразить себя своим собственным клоном или птицей? Трудно поверить, чтобы Алис наглоталась этой дряни по собственной воле.

Превратившись из блондинки в огненно-рыжую, она задумалась над cюжетом выступления. Костюмерша Мари раздобыла для нее новое узкое платье — настоящее зеленое чудо, очень шедшее к ее парику. «Сегодня вечером я представлю им Кусто и его отряд аквалангистов среди кораллов и разноцветных рыб Тихого океана», — решила она. Вспомнила «В поисках Немо» (она смотрела этот мультфильм, когда водила в кино дочку Антуана Леже). И календарь с картинами Боттичелли, висевший на кухне у Лолы. С волосами, струящимися по белоснежной коже, Венера выходит из вод морских на радость всем людям. Ложка научно-приключенческой документалистики, порция Уолта Диснея, щепотка мифа. История современная и в то же время вечная — вот что она предложит нетерпеливой публике. Она вышла из уборной и направилась к кулисам.