Чтение онлайн

— Очень хорошая свадьба, — похвалил Пизон и поднял руку. Заметив его жест, рабы тотчас поспешили к нему, неся паланкин. — Надеюсь, что муж, пребывающий в зрелом возрасте, образумит Лоллию.

— Сомневаюсь, что он сможет долго учить ее уму-разуму.

Наконец к ним приблизился паланкин. Корнелия приняла протянутую руку мужа и, забравшись в носилки, задернула розовые шелковые занавески, чтобы внутрь не проникал желтый свет уличных факелов.

— Как только сенатор Виний попадет в опалу, дед Лоллии в ту же минуту заставит ее развестись и выдаст замуж за кого-то другого.

Пизон дал носильщикам знак трогать, и носилки, покачиваясь на плечах шестерых галлов, двинулся вперед, в ночь. Занавески трепетали на ветру, и на орлиный нос и волевой подбородок любимого мужа упала полоска света от уличных факелов. Корнелия улыбнулась. Пизон улыбнулся в ответ и пересел с одной стороны носилок на другую, чтобы взять ее за руку. Носильщики тотчас почувствовали, как сместился вес, и приподняли один угол паланкина чуть выше, чтобы было удобнее нести юную матрону и ее супруга.

— Я сегодня ходила в храм Юноны, — призналась Корнелия.

— Правда? — удивился Пизон.

Неужели он напрягся или ей только показалось?

— Да. Я пожертвовала свинью. Думаю, это лучше, чем жертвовать гуся.

— Тебе виднее, дорогая. — За восемь лет брака он ни единым словом не упрекнул ее за то, что она так и не смогла подарить ему сына или дочь.

Иногда мне хочется, чтобы он это сделал, подумала Корнелия, а вслух произнесла:

— Свадебный факел поймала Диана. Значит, она следующей выйдет замуж.

— Чтобы заставить ее надеть красную фату, придется приложить немало усилий, — улыбнулся Пизон. — Лоллия успеет обзавестись четвертым мужем, прежде чем Диану заставят выйти замуж в первый раз.

— Для Лоллии мужья подобны новым платьям. — Неожиданно носильщики остановились. Пизон слез на землю первым. Увидев мерцающий огонь факелов перед воротами их дома, Корнелия подобрала подол платья, чтобы последовать за ним. — Она каждый сезон приобретает себе новое, а старое выбрасывает.

— Она одна из новых жен. — Пизон подал Корнелии руку, помогая выйти из паланкина. — Жен старого республиканского образца уже почти не осталось, моя дорогая, — с улыбкой добавил он.

Они вместе зашагали через двор, и Корнелия крепче сжала руку мужа. В большинстве домов рабы уже давно бы дремали, прислонившись к стене, но только не рабы Корнелии. Несмотря на поздний час все как одни бодрствовали, дожидаясь возвращения хозяев. Как и положено, они тотчас приняли у них плащи и поднесли кубки с подогретым вином. Настенные светильники отбрасывали блики на длинный ряд бюстов, изображавших предков хозяев дома. Каждый такой бюст занимал отдельную нишу. Вдоль одной стены выстроились бюсты предков Пизона — его родословная уходила в глубь истории, к Великому Помпею и Марку Крассу. Изваяния предков Корнелии занимали ниши противоположной стены. Род Корнелиев вел начало от этрусков. Самым последним бюстом в ряду был бюст самого Пизона, высеченный отцом Дианы, — тот увлекался изготовлением изваяний, и мраморный портрет Пизона был его свадебным подарком. Он сделал губы чересчур тонкими, как будто Пизон недовольно их поджал, подумала Корнелия.

— Лоллия — воплощение жены нового типа, — повторил Пизон, обнимая супругу за талию, как только рабы покинули опочивальню. — Я же счастлив тем, что у меня есть моя верная Корнелия.

Корнелия ответила ему слабой улыбкой. Да, Лоллия непостоянная жена, тщеславная, ветреная и легкомысленная. Зато боги наградили ее ребенком. У нее есть трехлетняя дочь, Флавия Домицилла, хорошенькая, как солнечный лучик. Вот и сегодня во время свадебного пира Корнелия на руках отнесла Флавию в расположенную наверху опочивальню, потому что в самый разгар веселья малышка неожиданно уснула. Отцом Флавии был первый муж Лоллии, прославленный полководец Тит Флавий. Впрочем, он был слишком занят положением дел в своих легионах, чтобы уделять время маленькой дочери. Неудивительно, что как только брак Флавия и Лоллии распался, девочка осталась с матерью.

А ведь она даже не хотела, чтобы Флавия появилась на свет.

— Я же была так осторожна! — пожаловалась Лоллия, когда выяснилось, что она беременна. — И как только такое могло случиться? Да и кто знает, от кого этот ребенок, от Тита или от кого-то еще? Будем надеяться, он будет похож на моего законного мужа.

Корнелии и тогда стоило немалых усилий, чтобы сдержаться и не отпустить по этому поводу колкость.

Еще одной Корнелии в их роду однажды пришлось отвечать на вопрос, почему она не носит драгоценностей. Та Корнелия прижала к себе детей и сказала, что они и есть ее драгоценности.

Я ведь тоже вполне скромна в том, что касается украшений. Корнелия сняла ожерелье и принялась раздеваться. Так почему же у меня нет сыновей?

Императора Гальбу боги наградили резким, лающим голосом, который больше подходил для команд на военном плацу, чем для утонченных бесед за пиршественным столом. Принцепс говорил короткими, отрывистыми фразами, и, когда в полночь Марцелла спустилась с носилок, она уже точно знала, какими словами опишет нового императора Рима.

— Марцелла, так негоже вести себя на пирах, тем более в императорском дворце! — отчитала ее Туллия, когда они вошли в дом. — Нельзя сидеть, постоянно мечтая о чем-то своем, и не слушать гостей. Жене сенатора Лентулла пришлось трижды обратиться к тебе, прежде чем ты соизволила обратить на нее внимание…

— А ведь сенатор Лентулл — нужный для меня человек, — вмешался в разговор брат Марцеллы Гай. — Он поддержал мое предложение о строительстве акведука.

— … и, кроме того, у тебя долг перед семьей. Не забывай об этом, когда ты находишься на таких приемах, — добавила Туллия и, сбросив паллу в руки рабыне, приказала зажечь в доме светильники. Затем недовольно посмотрела на Гая, потребовавшего принести ему вина, после чего продолжила изливать поток жалоб: — На таких приемах бывает много важных людей, которые могут помочь твоему брату продвинуться по службе, и ты просто обязана этому способствовать, — Гай, умоляю тебя, не надо больше вина! — каждой такой возможности. Не говоря уже о твоем собственном муже. Пусть он сейчас находится в Иудее, но ты все равно могла бы ему посодействовать! Может, даже устроить званый ужин от его имени. Дед Лоллии постоянно устраивает за свой счет приемы от имени Пизона в знак благодарности за небольшой пересмотр сенатских законов о торговле…

— И потому вы все смотрите на него свысока, — отозвалась Марцелла. — Как это благородно с вашей стороны!

— Прекратите… — начал было Гай. Увы, закончить фразу ему не удалось. После того как он женился на Туллии, та постоянно обрывала его, не давая раскрыть рта.

— Не задирайся, Марцелла, — в голосе Туллии слышалась неприязнь. Ее сандалии звонко цокали по мозаичным плиткам пола. — Интересы семьи для меня важнее всего.

— Между прочим, ты член нашей семьи еще меньше года, — заметила Марцелла. Туллия была замужем за Гаем всего десять месяцев, но всем в доме казалось, будто прошло целых десять лет…