Чтение онлайн

– Ты забыл, Владик, у меня уже есть дед, и он ждёт меня! – твёрдо ответил я.

– Жалко! – искренне сказал Владик, - вот ты один, и счастливей меня, который одинок в семье!

– Брось! У тебя такой любящий дед!

– Да, ещё бы я его любил…

– Что тебе мешает? Только не просись со мной. Не возьму. Никакой романтики в одиночестве нет. – Пошли, что ли? Куда теперь? Домой, или на танцы?

– На дискотеку рано, домой неохота. Пойдём, просто погуляем по посёлку?

Мы прошлись по посёлку, почти никого не встретив, не считая взрослых, конечно.

Потом вышли к большому чистому пруду. Здесь был оборудован маленький пляж с белым песком.

– Давай, позагораем? – попросил я, - Я давно не видел солнышка.

Мы разделись и улеглись на тёплом песочке.

– Ты такой бледный, - удивился Владик.

– Да, зимой негде загорать, да и солнца не видно.

– Говорят, крысята, что под землёй живут, солнца вообще не видят.

– Да, Владька, это так.

– Ты встречался с ними?

– Встречался, - с грустью ответил я, думая о Ярике. Где он? Что с ним?

– Ну и как?

– Что как? Нормальные ребята, только несчастные.

– Наверно, интересно быть Хокуто…

– Ты опять? Кем ты меня называл? Бродячим псом? – Я поднялся, подошёл к краю пруда. Вода была чистой, песчаный берег полого уходил вглубь пруда. Я скинул трусики и вошёл в воду. Градусов восемь, нормальная температура для меня. Я поплыл, с наслаждением рассекая водную гладь.

Наплававшись вволю, направился к берегу.

Подплыв поближе, увидел, с кем беседует Владька. Оказывается, пришли позагорать две девочки нашего возраста. Они с любопытством смотрели, как я плаваю.

Я вышел на берег и, не спеша стал стряхивать с себя воду ладонями, чтобы не одеваться на мокрое тело. От стыдливости меня давно отучили. Когда переделывали моё тело, почти постоянно я был голым. Это для того, чтобы были видны все мышцы тела. Иначе что-то могло пойти не так. Да и отмывать меня было гораздо легче: окатил из пожарного шланга, и опять чистый!

Надев трусики, я подошёл к компании и поклонился. Девчата подскочили, и тоже склонились передо мной.

– Ники Хокуто! – представился я.

– Алёна, - сказала одна.

– Алька, - представилась другая.

Девчонки были симпатичные, я улыбнулся им, и они сразу оккупировали меня, как и предполагал Владик. Он сидел и смеялся, видя, как я отбиваюсь от напористых девчонок.

Эта дурацкая вежливость! Надо было сказать только имя!

Если вы не знаете, анимационный фильм «Хокуто, пёс-бродяга» очень популярен среди подростков, и если ты назвался Хокуто, то обязан следовать повадкам этого пса. Между тем этот пёс не только бродяжничал, но и восстанавливал справедливость по пути… Вот такая ирония судьбы. Теперь девчонки требовали историй про мои похождения.

– Ничего захватывающего в моих приключениях нет, - отбивался я, - сплошная жуть!

– Нам интересно про жуть! – настаивала Алька.

– А у тебя девочка есть? – спросила Алёна. И все замолчали, ожидая ответа, даже Владька.

– Думаю, что есть, - задумчиво ответил я, - только не уверен, что ещё когда-нибудь её увижу.

– Почему? – спросили подруги.

– Вы же знаете жизнь Хокуто, - ответил я, - всегда в пути.

– Но ты же свободен! – что тебе мешает вернуться?

– Долг, девочки! – сказал я, - Я должен что-то сделать, чтобы стать по-настоящему свободным.

– Прямо как в анимешке, - протянула Алёна, - рассматривая меня. Я решил покраснеть немного.

– Что ты меня так разглядываешь?

– Нравишься! – честно ответила Алёна.

– Мне тоже, - вздохнула Алька.

– Я говорил, - хмыкнул Владька, - сейчас все девчонки побегут за тобой.

– Не все, - сердито сказала Алька, - мы первые его нашли! Пойдём на дискотеку?

Мы собрались и отправились в ту сторону, где уже играла музыка.

Танцевальная площадка находилась на окраине посёлка, вокруг росли густые деревья, образующие парк, где были проложены дорожки, в уютных нишах стояли скамеечки, на которых кое-где сидели парочки. Некоторые целовались.

– Потанцуем? – спросила меня Алёна. Я кивнул, взял её за руку, и мы поднялись на танцпол.

Как раз заиграла медленная музыка, и мы потихоньку начали танец. Из всех вынесенных мною пыток, пытка танцем была одной из самых больных: не получалось из меня танцора. Зато теперь я вполне сносно мог вести девочку в медленном, а то и в быстром, танго.

– Ты замечательно танцуешь! – шепнула мне Алёна, ласково улыбаясь.

– Научили! – улыбнулся я в ответ, мысленно вздрагивая при воспоминании об учёбе.

Танцевали мы до темноты, я-то был неутомим, и не сразу заметил, что Алёна еле стоит на ногах.

– Извини, Алёна, - сказал я, - пойдём, отдохнём, посидим на лавочке.

Алёна с готовностью последовала за мной. Я так и не отпускал её, держа за руку.

Усадив свою партнёршу на удобную лавочку, присел рядом, глядел на неё, улыбаясь.

Алёна тоже улыбнулась, подалась навстречу и поцеловала меня. Неожиданно мне стало приятно от поцелуя, я привлёк её к себе и стал неумело, но настойчиво целовать в губы. Алёна поправила меня, показывая, как надо правильно целоваться, и в голове всё поплыло, а шорты вдруг стали тесными.

Не успел я насладиться новыми для себя ощущениями, как услышал со стороны танцплощадки грубые слова на японском языке.

Мы оторвались друг от друга и прислушались. Кто-то решительно шёл сюда, и перед нами предстала группа японцев.

Мы быстро подскочили и склонились в поясном поклоне, ожидая, когда они пройдут мимо. Но японцы не проходили.

– Вот она! – сказал один из японцев, - Алёна, ты с кем?

– Ники Хокуто! – представился я.

– Бродячая собака! – презрительно сказал японец. Однако спутники его недовольно загудели. Мельком я увидел, что большинство из них были подростками.