Шрифт:
Пролог
Котенок был облезлым и худым – на таких смотреть страшно, не то что брать на руки. В общем-то, крохотное существо было бы гуманнее утопить, но Аманда не относилась к гуманным людям – семилетняя эльфийка, еще не знавшая, что такое поражение, приготовилась бороться за жизнь усатого, намертво вцепившись в тщедушное тельце белыми ручонками.
Хвостатый заморыш жалобно мяукнул. Больше всего на свете ему хотелось отоспаться где-нибудь под скамейкой, перекусив первым попавшимся жуком, а не принимать участие в битве за непонятное будущее. И, кстати, он тоже ничего не имел против ведра воды – что угодно, лишь бы побыстрее закончились эти мучения! Но на беду всем девочка была настроена решительно.
– А ну отойди от него! – крикнул главарь хулиганов, заметивший воровку около коробки, куда он запихал усатого для постановки внеочередного эксперимента. – Это наш кот!
Рыжий, усыпанный веснушками мальчишка с кулаками размером с теннисный мяч, решительно направился к не успевшей сбежать незнакомке.
– Не бойся, я не дам тебя в обиду, – прошептала Аманда, крепче прижимая к себе полосатого, к тонкому хвосту которого мучители уже привязали веревку с жестянкой.
Девочке бы помчаться куда глаза глядят, но она даже своими белыми косичками чувствовала – от этих троих далеко не убежишь, да и через забор перемахнуть не получится.
На улице, как назло, стояла невыносимая августовская жара – все сидели по домам, и никому не было дела до драмы, разыгравшейся на пустыре за жилыми домами, что стояли у цветочного поля на окраине деревни.
Девочка вновь грустно вздохнула – рядом благоухали ярко-малиновые, бледно-розовые, белые и оранжевые космеи, голубые васильки и золотистые королевские лилии, пахнущие имбирным печеньем, среди которых виднелись фиолетовые «шишечки» культурного чертополоха, но, к сожалению, Аманда еще не вошла в силу, чтобы использовать магию растений.
«Жалко!» – подумала девочка, а то заставила бы какой-нибудь корешок приподняться да опутать мальчишкам ноги, ну или ту же полынь отхлестать обидчиков чуть пониже поясницы. Или спряталась бы сейчас в уютные заросли чертополоха, и никто их с котенком оттуда не достал бы – обидчики бы все ноги и руки искололи, а ей, эльфийке, полной цветочной магии, все бы нипочем. Но нет… еще три года ждать, прежде чем Аманда начнет понимать растения, а те станут отзываться.
Аманда невольно вспомнила, как мама протягивала руку к плющу, а тот, точно послушная ручная змейка, обвивал ее запястье… красота! Но мамы рядом нет, папы – тоже, да и волшебства не имелось, значит, придется обходиться своими силами.
– И ничего он не ваш! – возразила эльфийка, топнув ножкой и гордо вскидывая голову.
– Быстро положи! – приказал мальчишка и стал поигрывать длинной хворостиной, не сводя сощуренных глаз с вмешавшейся в их забаву незнакомки. Еще двое его товарищей подходили к Аманде с разных сторон.
Девочка задрожала, понимая, что не сможет отбиться и получит несколько тумаков, но лишь крепче прижала к себе комочек меха с тонюсеньким хвостом, точно у крысеныша, и продолжила наблюдать за главарем хулиганов. Прут взмыл вверх.
– Пошли прочь! – раздался голос со стороны.
– Проваливай, ботаник! – огрызнулся мальчишка, даже головы не повернув, чтобы посмотреть на подошедшего. – А то тоже накостыляем.
Палка угрожающе нависла над Амандой и уже готова была опуститься, когда в лицо хулигана полетели маленькие фиолетовые цветочки, поспешившие устроиться и на козырьке кепки, и на вороте черной футболки. Как только бутоны коснулись мальчишки, из них вылетела лиловая пыльца, окрасившая воздух вокруг зачинщика спора в сиреневый оттенок.
– Это еще что? – скривился обидчик Аманды, зажимая нос ладонью, а через миг рядом с ними появилась пчела.
Насекомое принялось назойливо кружить вокруг хулигана, желая сесть прямо на него. Вскоре к пчеле присоединилась вторая, затем третья. С каждой секундой они множились, будто на месте мальчишки появился улей или медоносная жила.
– А-а! – взвизгнул задира, пытаясь отмахнуться. И припустил по улице. Друзья незамедлительно последовали за ним.
На пустыре остались только девочка с облезлым котенком да долговязый парнишка. Аманда смотрела на часть бутонов, лежавших на вытоптанной земле, вокруг которых продолжали кружиться пчелы, торопливо собиравшие последние крохи пыльцы.
Девочке было обидно за цветы – такие красивые нежные, наверняка, особенные. Им бы расти да людей радовать! Но… с другой стороны – жертва оказалась не напрасной – котенок-то спасен. И ее не побили, что тоже, безусловно, хорошо.
– Спасибо, – пробормотала Аманда и только сейчас заметила, что рядом с парнишкой валялся прозрачный купол из тонкого стекла, а в руках он держал горшок, из которого торчали голые стебли. – Что это за растение? Я такое ни разу не видела. Оно неместное?
Незнакомец смотрел на нее хмуро, сердито, того и гляди сам хворостину возьмет. Аманде стало неуютно. Котенок вновь жалобно мяукнул.
– Посмотришь? – почему-то предложила Аманда. Ей не хотелось молчать, она чувствовала вину за погубленный цветок. Но… но… но ведь они с котенком спасены! Разве не стоит хоть немного порадоваться?!
– Он грязный и блохастый! Лучше бы ты оставила его этим! – бросил мальчишка, развернулся и ушел, крепко и бережно прижимая к себе горшок, как Аманда – котенка.
В девочке вспыхнул праведный гнев, хотя на глаза чуть не навернулись слезы.
– Как ты можешь так говорить! – возмутилась Аманда, а затем вспомнила, как назвали незнакомца хулиганы, и крикнула вслед удаляющейся долговязой фигуре: – Ботаник! Бесчувственный ботаник! Вот ты кто!
И, прижимая к себе котенка, девочка поплелась домой. Ей было обидно и за пушистую крошку, и за себя, и за таинственные цветы незнакомца, которые, как ей объяснила мама, оказались очень редкими, чужеземными, сложными в выращивании и уходе и назывались Фимолина медоносная.
Глава 1
Спустя тринадцать лет
Острый кончик пера скользил по бумаге. Аманда не сразу опомнилась, заметив, что все поля, да чего уж там – половину страницы заполняют милые сердечки разных размеров и форм. Вытянутые вдоль, поперек, заштрихованные, с завитушками, украшенные лепесточками…