Долина туманов
Шрифт:
Оцепенев от горя, судорожно сотрясаясь от рыданий, Вера наблюдала, как он вытирает кровь с рук кухонным полотенцем, достает телефон из кармана штанов и набирает на своем мобильном какие-то номера. Она продолжала качать Асю на руках, и отпускать ее не собиралась, несмотря ни на что. Приедут врачи и что-нибудь сделают: произведут реанимацию, подключат аппарат искусственного дыхания, перельют кровь.
– Если они быстро приедут, – спросила Вера странным сдавленным голосом, – они ее спасут? Вовка, она теплая, как живая! Понимаешь, ведь можно ее спасти, правда?
Вместо ответа, Вовка слабо кивнул ей и приложил трубку к уху.
«Абонент недоступен», – услышал он. Трижды или четырежды повторил операцию, но робот заладил одно и то же.
Пришлось сделать нерадостный вывод:
– Нет связи. Я не могу вызвать МЧС.
– Почему это? – бестолково спросила она. – А кто же нам поможет?
– Вера, в Доме трое взрослых здоровых людей, – ответил Вовка, стараясь смотреть ей прямо в глаза. – Мы справимся.
– Как? – вдруг закричала Вера. – Как мы справимся? Надо везти ее в больницу, срочно! Помоги подняться!
Вовка подполз к ней, примостился рядом, нашел ее руки, сжал их. Ее голос резал ему нервы.
– Вера, пожалуйста, пойми, – зашептал он. – Она умерла, тут уж ничего не сделать. Нет дыхания, сердце остановилось – это уже все. Прошу тебя, поверь. Она умерла.
Шепот Вовуса прозвучал для Веры громче крика. На ее лице проступило изумление, осознание его слов и такая тоска, что Вовус пожалел о своих словах. Пусть бы она лучше кричала, чем так смотреть, подумал он.
– Что… что тут происходит? – услышали они.
Сидевшие на полу обернулись. На пороге кухни стоял Лексус, какой-то неуместный в своем белом костюме в этой кухне с лужей крови и шумом ливня за стеклами окон.
– Это Ася? Она порезалась? Упала в обморок?
Он подошел ближе, и Вера разглядела, как расширились зрачки его серых глаз, когда он увидел рану Аси.
– У нас есть нашатырь? Она же в обмороке, так? – продолжал бормотать Алексей.
– Ее убили, – пояснил Вовка. – Мы спустились вниз и увидели это.
– Где же убийца?
Вера и Вовка переглянулись: на этот раз вопрос был дельный.
– Ребята, – вспомнил Лексус, – у нас же есть тревожная кнопка! Сейчас я вызову охрану.
Он выскочил в коридор, а вернулся буквально через пять секунд, держа в руке трубку телефона, которая была частью специального охранного оборудования. Нажатие любой кнопки на этом телефонном аппарате передавало сигнал тревоги в охранное предприятие, расположенное возле Гродина. Лексус выбрал именно эту фирму с несерьезным названием «Чип и Дейл», так как ее транспортный парк автомобилями не ограничивался. «Чип и Дейл» располагали настоящей вертолетной площадкой и двумя вертолетами, рожденными в США. С места базирования и до Дома они могли долететь за тридцать – сорок минут, в зависимости от погоды.
Лексус жал на все кнопки аппарата, но реакции от него добиться не мог.
– Нет связи… – разочарованно сказал он.
Вовка потер лоб ладонью.
– Ладно, – решил он и обратился к брату: – Попробуй со своего сотового позвонить в МЧС, мой телефон не ловит связь.
Было ясно, что если связи нет у одного из братьев, то не будет ее и у другого. То же самое будет и с телефонами Веры и Аси. Тем не менее Алексей спорить с братом не стал. Набрал номер, послушал в трубке женский бездушный голос и виновато пожал плечами.
– Вовка, давай через Интернет попробуем связаться… – предложил он, глядя на Асю так, будто не мог отвести глаз.
Вовус налил из-под крана воды и подал Вере. Та высвободила из-под тела сестры одну руку, взяла стакан, сделала жадный глоток. Принимая из ее ослабевшей руки стакан, Алексей присел рядом с женой и заглянул в лицо мертвой женщины на ее руках. Тронул руку Аси, нахмурился и отвел глаза.
– Пойдем наверх, – позвал он. – Нам нельзя тут оставаться. Я принесу простыни, мы ее накроем.
Вера отрицательно покачала головой:
– Нет, я не брошу Асю. Как можно оставить ее теперь одну? Ты посмотри, что с ней сделали!
Она всхлипнула, потом по ее щекам снова потекли слезы.
– Вера, прошу тебя… – уговаривал Лексус. – Нельзя тут оставаться. Ну пойдем…
Вера не желала его слушать, прижимая сестру к себе все крепче.
Вовка склонился над ней, приподнял тело жены, подхватив его под плечи, вытащил его из рук снохи, уложил на пол. Взяв Веру под мышки, как ребенка, поставил на ноги и повел за собой. Он направился в холл, и его сноха двинулась за ним походкой робота.
Алексей оставался на месте, глядя им вслед.
– Тело надо отнести в подвал, – сказал Вовка, проходя мимо него. – Там прохладнее, чем тут.
Они остановились возле лестницы. Вовка беспокойно оглянулся на Веру, успев подумать, что она, постанывающая от рыданий, сейчас очень похожа на молодую ведьму. И вдруг у него закружилась голова, как в детстве, когда ты долго крутишься на пятке в одну сторону и резко останавливаешься.
– Лексус, уведи Веру наверх, – выдал он брату новое распоряжение.
Алексей, неожиданно покладистый, подошел к ним двоим, взял жену под руку. Не успели они подняться на полпролета, как Вовка тяжело плюхнулся на нижнюю ступеньку, неловко раскорячив колени.
«Мать вашу за ногу, – подумал он. – Как странно все получилось, я не так думал…»
В спальне на втором этаже Дома, в прелестной комнатке с золотистыми обоями и мебелью на гнутых ножках, Вера захлебывалась в слезах, еле успевая переводить дух между спазмами в горле. Алексей протянул к ней руки, она подалась ему навстречу. Их объятие было непривычным для обоих, но Вера ощутила в нем добрую поддержку.