Чтение онлайн

— Постройки на поверхности не андийские, а эдурские. Они были в руинах, когда мы прибыли.

— Близко ли враги?

— Прочесывают лес. Осторожно — знают, что не одни.

— Многих ли вы чувствуете?

— В первой партии около двух десятков. Мы встретим их во дворе. Там достаточно места для игры мечей и есть стена, чтобы прижаться в последний миг.

— Дыханье Худа, Дарист! Если мы отгоним их, вы, похоже, помрете от потрясения.

Тисте Анди искоса глянул на даруджа и махнул рукой: — За мной.

Они пересекли шесть разрушенных комнат, прежде чем оказаться во дворе. Увитые лозами стены были вдвое выше человеческого роста, под растительностью виднелись тусклые фрески. Напротив дверного проема, из которого они вышли, виднелась арка ворот; дальше неразбериха усыпанных иголками хвои корней и валунов уводила в заросли громадных деревьев.

Резак решил, что двор имеет шагов двадцать в ширину и пять в глубину. — Тут слишком просторно, Дарист. Нас окружат…

— Я встану в центре. Ты останешься сзади, чтобы никто меня не обошел.

Резак вспомнил бой Аномандера Рейка с демоном на улице Даруджистана. Манера Сына Тьмы орудовать двуручным мечом предполагала простор; кажется, Дарист привык к подобному же стилю — но лезвие меча, на взгляд Резака, слишком тонко для яростных размашистых выпадов. — В ваш клинок вложено колдовство? — спросил он.

— Не обыкновенные чары, — отозвался Тисте Анди, вынимая меч и берясь за рукоять обеими руками. — Сила Горя лежит в строгом намерении его изготовителя. Меч требует от владельца исключительной воли. С волей он непобедим.

— А у вас есть такая исключительная воля?

Дарист медленно опустил острие наземь. — Будь у меня такая, тебя не ждали бы нынче врата Худа. Что же, советую и тебе извлечь оружие. Эдур нашли тропу и приближаются.

Резак вытащил главные ножи, замечая, что руки дрожат. Вытер ладони. У него было еще четыре ножа на боках. Он отвязал нити, удерживающие их в ножнах. Эти клинки были сбалансированы для метания.

Тихий звук заставил его вскинуть голову. Дарист занял позицию для боя, хотя кончик меча еще покоился на камне.

Дарудж заметил и еще кое-что. Листья и мусор на мостовой двора пришли в движение, словно их поднял незримый ветер — полетели к воротам и стенам, скапливаясь грудами.

— Сощурь глаза, — тихо сказал Дарист.

«Сощурить?»

В тени под аркой что-то воровато задвигалось, затем три фигуры вышли из ворот.

Высокие как Дарист, кожа тусклая и бледная, длинные коричневые волосы заплетены, увешаны фетишами. Варварский вид дополняли ожерелья из когтей и клыков. Грубо окрашенные кожаные доспехи были усыпаны полосками бронзы. Шлемы, также бронзовые, имели форму волчьих и медвежьих черепов.

Он не были наделены величественностью, свойственной Даристу или Рейку. Эти Эдур казались озверевшими подонками. В руках появились черненые кривые скимитары, обтянутые тюленьей кожей щиты.

Они замешкались, видя Дариста. Тот, что в середине, рявкнул нечто на незнакомом Резаку языке.

Сребровласый Анди пошевелил плечами, ничего не ответив.

Эдур выкрикнул слова, очевидно бывшие приказом. Воины приготовили мечи, подняли круглые щиты.

Резак видел, что за воротами скапливаются новые воины-дикари.

Первые трое отошли от арки, причем средний встал на шаг позади двоих других. Это походило на какой-то пинцет.

— Не знают, на что вы годны, — буркнул Резак. — Никогда не сражались с…

Те, что стояли по бокам, одновременно двинулись вперед.

Меч Дариста поднялся — и тут же яростный порыв ветра облетел дворик, окутав троих Эдур облаком листвы и пыли.

Резак наблюдал за атакой Тисте Анди. Меч был расположен горизонтально, угрожая правому Эдур, однако настоящий выпад был произведен эфесом. Воин, что слева, быстро подставил щит, но щит раскололся пополам. Левая рука Дариста соскользнула с рукояти, отметая меч противника. Тисте Анди присел, проведя клинком Горя по груди воина.

Казалось, он не смог дотянуться до него — но нет, кровь хлынула из раны под ключицей, стекая в пах.

Дарист прыгнул назад из низкого приседа, пружинами распрямив ноги и угрожая двум оставшимся воинам. Те испуганно отскочили.

Раненый Эдур упал в лужу крови; Резак понял, что Горе разрезал не только ключицу, но и все ребра слева.

Воины за воротами издали визгливый клич и полились на выметенный ветром двор.

Единственным шансом на успех было для них приблизиться к Даристу, мешая и путая широкие взмахи меча. Эти Эдур явно отличались избытком смелости…

Резак видел, как пал второй, еще один получил удар эфесом по шлему — бронза вдавилась слишком сильно, ноги и руки воина бешено задергались, он упал на камни.

Дарудж перехватил кинжалы левой рукой, а правой вытащил метательный нож. Он замахнулся из-за плеча, послав оружие в глазницу Эдур, и понял, что острие достигло затылка. Метнул второй нож и выругался: враг успел прикрыться щитом.

Меч Дариста, казалось, оказывается повсюду, вздымая бурю листьев; он блокировал один выпад за другим. Но затем один из Эдур бросился на живот и сумел обвить руками колени Тисте Анди.

Блеснула сабля. Правое плечо Дариста окрасилось алым. «Яблоко» Горя вдавилось в шлем упавшего воина, и Эдур поник. Чей-то клинок коснулся бедра Анди, звякнув о кость. Дарист пошатнулся.

Резак побежал навстречу оставшимся Эдур. Сквозь круговерть шелестящих листьев, в спокойную середину. Дарудж уже успел уяснить, что прямое столкновение мало подходит для сражения с ножами. Он выбрал Эдур, всецело сосредоточившегося на Даристе — но тот уловил его приближение и резво развернулся, отмахиваясь скимитаром и прикрываясь щитом.