Чтение онлайн

— Уругал, ты кровожаден…

— Эта истина известна любому Теблору!

— Как и мне раньше. Но сейчас я не так уверен…

— Кто передо мной? Не воин — Теблор! Не мой слуга!

— Уругал. Кто такие бхедрины, о которых ты говорил? Что за стада? На землях Теблоров нет…

— Карса!

Он вздрогнул и открыл глаза.

Торвальд Ном спускался вниз с мешком за плечами. Ноги встали на плот, заставив его погрузиться еще немного. Вода ожгла глаза Карсы.

В мешке загремело и залязгало. — Инструменты, Карса! Плотницкие инструменты! — Торвальд вытащил долото и медный молоток с железным бойком.

Теблор ощутил, как сердце тяжело застучало в груди.

Торвальд поставил долото на одно из звеньев цепи и принялся стучать молотком.

Дюжина ударов, громом отдававшихся в промозглом воздухе — и цепь лопнула. Собственный вес заставил ее покинуть кольцо кандалов на правой руке Карсы. С тихим шелестом цепь исчезла под гладью моря. Мучительная боль пронизала руку. Попытавшись пошевелиться, Теблор застонал и снова потерял сознание.

Очнутся он от грохота возле правой ноги, от волн боли. Голос Торвальда был едва слышен сквозь лязг инструментов.

— … тяжелый. Карса, тебе нужно совершить невозможное. Нужно влезть на борт. То есть сначала перевернуться, встать на четвереньки. Встать. Подойти… о Худ, ты был прав. Нужно что-то придумать. А на проклятом корабле никакой еды. — Послышался треск, свист движущейся цепи. — Вот ты и свободен. Не беспокойся, я привязал веревки к плоту — ты не потонешь. Как чувствуешь себя? Да ладно. Спрошу позднее. И все-таки ты на свободе, Карса. Я же обещал, так? Да не скажет никто, что Торвальд Ном не держит слова. Да не скажет никто, что Торвальд Ном страшится начать все сначала.

— Слишком много болтаешь, — пропыхтел Карса.

— Да, слишком. Давай, попробуй пошевелиться.

— Да.

— Согни правую руку.

— Пытаюсь.

— Сделать за тебя?

— Медленно. Если потеряю сознание, продолжай. Сделай так же с остальными конечностями.

Он почувствовал, как одна рука низменника ухватилась за запястье, а вторая за локоть. Потом благословенная чернота вновь объяла его.

Когда он снова пришел в себя, под головой был сверток одежды. Он лежал на боку, с согнутыми ногами. В каждой мышце, в каждом суставе таилась тупая, какая-то отдаленная боль. Он медленно поднял голову.

Он все еще на ложе. Привязанные к бушприту веревки не дают утонуть. Торвальда Нома не видно.

— Взываю к крови Теблоров, — прошептал Карса. — Все, что есть во мне, пусть пойдет на исцеление, на возвращение сил. Я освобожден. Я не сдался. Воин остается. Остается… — Он попробовал пошевелить руками. Уколы боли, острой, однако же терпимой. Он сдвинул ноги и задохнулся от мучительного спазма в бедрах. Закружилась голова, угрожая новым забытьем… но он удержался.

Он старался встать на колени. Каждое мелкое усилие было подобно пытке, но Карса не сдавался. Пот струился по рукам и ногам. Его сотрясали судороги. Глаза закрывались сами собой. Он продолжал бороться.

Потеряв счет времени, он сам не заметил, что уже сидит. Сидит, переместив вес на бедра, а боль стихает. Он поднял руки, удивившись и даже испугавшись их худобе, устрашившись собственной слабости.

Отдыхая, он осматривался. Разбитые корабли покачивались по-прежнему, обломки сбились в зыбкие островки. На немногих еще торчащих мачтах клочьями висели паруса. На носу корабля, что возвышался над ним, были вырезаны сцены битв. Воины, высокие ростом, с длинными руками и ногами, стояли на судах, очень похожих на их нынешние ладьи. Однако враги, с которыми бился построивший корабль народ, пользовались судами еще более маленькими и примитивными. Эти воины походили на Теблоров — плотно сложенные, мускулистые — но ростом были ниже противников.

Движение воды, блестящая черная спина с плавником — она показалась и пропала вновь. Вскоре появились еще несколько, вода между кораблями словно закипела. Да, живность здесь все-таки имеется, и она пришла кормиться.

Плот под Карсой заколебался, чуть не заставив его свалиться. Он выбросил левую руку, принявшую весь вес. Резкий толчок, мучительная боль — но рука выдержала.

Он увидел около плота вздувшийся труп, а затем широкую беззубую пасть, распахнувшуюся и проглотившую труп целиком. Блеснул крошечный глаз около остистого уса. Громадина — рыба проплыла мимо. Глаз еще немного проследил за ним, а потом рыба нырнула.

Карса плохо разглядел тело и не мог судить, было ли оно размером с него или с человека, с Торвальда. Но рыба вполне смогла бы сожрать и его самого.

Нужно встать. Нужно вскарабкаться наверх.

И — он видел, как еще одна огромная черная тварь разбила поверхность моря подле другого судна, тварь длиной почти в корпус судна — нужно вскарабкаться побыстрее.

Он услышал сверху шаги; Торвальд Ном встал на бушприт. — Мы попали… ох, благослови тебя Беру! Встать сможешь? Выбора нет — эти сомы больше акул и такие же злобные. Вон один — поднырнул под тебя — кружит, знает, что ты там! Вставай, хватайся за веревки!

Карса протянул руку к ближайшей.

Вода словно взорвалась за спиной. Ложе задрожало, затрещали доски — Торвальд предостерегающе закричал — да и самому Карсе не нужно было оборачиваться, чтобы понять: тварь вскочила на плот, разломав его надвое.

Веревка уже была в руке. Он ухватился покрепче. Днище исчезло из-под ног. Вода хлынула на ноги, поднявшись до бедер. Карса схватился второй рукой.

— Уругал! Узри!

Он подтянул ноги, вытащив их из бурлящей воды, и полез кверху, перебирая руками. Плот оторвался от веревки, и Карсу ударило о борт. Застонав от силы столкновения, он все же удержался.

— Карса! Ноги!!

Теблор глянул вниз — и не увидел ничего кроме огромной, непостижимо широкой пасти, разверзшейся под ногами.

Кулаки сжались. Завопив от резкой боли в плечах и бедрах, Карса одним рывком взлетел наверх.

Пасть захлопнулась, разбрызгивая молочно-белую пену.

Ударившись коленями о фальшборт, Карса неистово зашарил руками и навалился грудью на ограждение. Подтянув ноги, тяжело шлепнулся на палубу.

Однако Торвальд продолжал вопить, и это заставило Теблора перевернуться. Дарудж возился с каким-то гарпуном; понять его слова было трудно, но, казалось, он требует держать линь. Карса огляделся и увидел, что к заднему концу гарпуна привязана тонкая веревка, уложенная бухтой неподалеку от Теблора. Закряхтев, он подковылял к ней и принялся обвязывать вокруг форштевня.