Чтение онлайн

Да, он должен сообщить ее семье. Но у нее не было семьи. Только Рэнди. Значит, надо сообщить Рэнди.

Он поднялся и пошел искать телефон-автомат и тут вдруг почему-то вспомнил Сомали. Он был приписан к военному кораблю, отправленному поддерживать порядок и защищать граждан в этой стране, раздираемой на части жестокой междоусобной войной. Как-то его срочно вызвали в джунгли, лечить майора, заболевшего лихорадкой. Он добирался туда целые сутки, был вконец измучен и поставил майору диагноз – малярия. А позже вдруг выяснилось, что это куда более редкое и опасное заболевание – лихорадка Ласса. Майор умер еще до того, как был установлен точный диагноз и назначено правильное лечение.

В армии его обвинили в несоответствии служебному положению. Но то была весьма распространенная ошибка, ее допускали и еще неоднократно будут допускать и более опытные врачи, незнакомые с вирусологией. А лихорадка Ласса будет убивать людей, даже несмотря на более прогрессивное лечение. Точнее, вылечить ее было пока что невозможно. Но в ту пору он был слишком уверен в себе, полон самомнения и не призвал на помощь ни одного специалиста. А потом было уже слишком поздно. И он винил себя во всем. И настоял на том, чтобы его перевели из действующей армии на исследовательскую работу в Форт-Детрик, чтоб стать специалистом в вирусологии и микробиологии.

Много позже он понял, как редко, в сравнении с малярией, встречается это заболевание, лихорадка Ласса, понял, что даже самый опытный и знающий врач может ошибаться, особенно в сложных полевых условиях, в удаленных от благ цивилизации регионах. Но тот майор был женихом Рэнди Рассел, и Рэнди так никогда и не простила Смита. Не переставала винить его в этой смерти. А теперь ему придется сказать Рэнди, что он убил еще одного близкого и дорогого ей человека.

Он подошел к стоявшей в коридоре кушетке и улегся на нее.

Софи. Софи… Он ее убил. Свою милую Софи. Весной они должны были пожениться. А теперь ее нет. Не надо было приглашать ее в Детрик. Никогда!

– Подполковник Смит?

Смиту показалось, что этот голос доносится до него глухо, словно с тинистого дна лагуны. Затем он увидел очертания человеческой фигуры. Затем – лицо. И выплыл наконец на поверхность, мигая и жмурясь от яркого света.

– Смит? Вы в порядке? – перед ним стоял бригадный генерал Кильбургер.

Тут Смит с особой отчетливостью понял и весь похолодел от этой мысли: Софи умерла.

И поднялся из кресла.

– Мне надо быть там, на вскрытии. Если…

– Расслабьтесь. Они еще не начали.

Смит сверкнул глазами.

– Почему, черт возьми, мне ничего не сказали об этом новом вирусе? Вам же было известно, где я нахожусь!

– Не смейте говорить со мной таким тоном, подполковник! Сначала с вами не связались просто потому, что дело казалось не таким уж и срочным – один случай в Калифорнии. А ко времени, когда сообщили о двух других аналогичных смертях, вы уже должны были вернуться. И если б сделали это, как предписывал приказ, то вовремя узнали бы об этом вирусе. И тогда, возможно…

Внутри у Смита все сжалось, его, словно током, пронзила мысль: неужели тем самым Кильбургер хочет сказать, что он, Смит, мог бы спасти Софи, если б находился здесь? Но он, собрав всю волю в кулак, тут же отмахнулся от этой мысли. К чему приписывать генералу то, чем он сам занимался все это время? Снова и снова во всем винил себя, сидя здесь, в залитой утренним светом приемной.

Он резко поднялся.

– Мне надо позвонить.

Подошел к телефону возле лифтов и набрал номер Рэнди Рассел. Два гудка, затем включился автоответчик, и он услышал ее четкий деловой голос: «Рэнди Рассел. Не могу сейчас с вами говорить. Оставьте сообщение после гудка. Спасибо…»

Это финальное «спасибо» вышло каким-то ворчливым, точно внутренний голос подсказал ей, что не к лицу все время быть слишком деловой. Но такова уж была по природе своей Рэнди.

Он набрал номер ее рабочего телефона в Институте исследований внешней политики, эдаком международном мозговом центре. Запись на автоответчике еще более лаконичная: «Рассел, оставьте сообщение». И никаких там «спасибо» на сей раз.

И он с горечью подумал, что мог бы оставить сообщение в том же ключе, к примеру: «Смит. Плохие новости. Софи умерла. Извини».

Но он просто повесил трубку. Сообщение о смерти нельзя оставлять на автоответчике. Надо попытаться разыскать Рэнди. Если до завтра не получится, тогда он позвонит ее боссу, расскажет, что произошло, и попросит передать Рэнди, чтобы та ему перезвонила. А что еще остается делать?

Рэнди всегда была легка на подъем, часто отправлялась в долгие деловые поездки. Они с Софи виделись редко. Особенно после того, как начался ее со Смитом роман. Рэнди редко звонила и ни разу не приезжала в гости к сестре.

Вернувшись в приемную, он увидел Кильбургера. Тот нетерпеливо расхаживал взад-вперед в своей новенькой, тщательно отглаженной форме и начищенных до блеска ботинках.

Смит сел в кресло.

– Расскажите мне об этом вирусе. Где он впервые отмечен? Что за тип? Еще одна разновидность геморрагической лихорадки, наподобие Мачупо?

– И да, и в то же время нет, – ответил Кильбургер. – В пятницу вечером в Форт-Ирвине скоропостижно скончался майор Кейт Андерсон. Диагноз – острый респираторный синдром. Но не похоже ни на один из известных нам ОРС. Обильное легочное кровотечение, кровь в грудной полости. Нам позвонили из Пентагона, там подняли нешуточную тревогу. В субботу утром мы получили пробы крови и тканей. К этому времени были зафиксированы еще две смерти, в Атланте и Бостоне. Вас не было, поэтому работой пришлось руководить доктору Рассел, и ее команда трудилась сутки напролет. И вот наконец, когда удалось получить карту ДНК, выяснилось, что этот вирус не похож ни на один из известных. Он не реагировал ни на одну из проб с антителами, которые применялись у нас для других вирусов. И я принял решение задействовать все известные подразделения и лаборатории в мире, однако данные, поступившие от них, были негативными. Совершенно новая и смертельно опасная разновидность.

В коридоре появился доктор Латфалла, главный патологоанатом больницы. За ним санитары везли каталку с покрытым простынями телом. Врач кивнул Смиту.

– Я хотел бы, чтобы вы… – продолжал говорить генерал.

Но Смит не слышал его. То, что он должен сейчас сделать, куда как важнее всего того, что требует от него начальник. Он вскочил и последовал за врачом и санитарами в прозекторскую.

Больничный санитар Эмилиано Коронадо вышел в проулок у черного входа и закурил сигарету. Гордый своим благородным происхождением, он стоял прямо, расправив плечи, и в воображении своем видел бескрайние просторы Колорадо, куда более четырехсот лет тому назад явились в поисках золота его предки.