Дом пополам

Тот вечер закончился прекрасно. Раболепные признания в любви именнинику, напоминания позвонить, но что самое главное – напоминание от САМОГО Антону о встрече завтра, чтобы обсудить лично условия ссуды на инженерные коммуникации, которые, словно трасса для самолета, проложит великолепный и ровный маршрут без ям в безвоздушном пространстве больших денег. Алиса безмятежно улыбается всем вокруг, Антон, усаживая ее в такси, бережно держа под локоток, наслаждается полученной энергией.

Уже сидя на заднем сидении такси она вдруг оборачивается, пристально смотрит ему в глаза, двигается ближе и мягко целует в полураскрытые губы. Антон не теряет полученного шанса и отвечает также – мягко, но настойчиво, раздвигает языком губы и проникает в теплую мякоть.

Пульс стучит в висках, и кажется, все ускоряется. Или действительно ускоряется?

Антон переводит взгляд за ее плечо, ловит недоуменный взгляд и видит, что машина действительно несется с огромной скоростью.

– Что за?… – не успевает договорить он, обращаясь к таксисту.

– Да, милый мой, да, - отвечает ему незнакомый мужик за рулем. – Доигрался ты, и девка твоя доигралась, можете попрощаться друг с другом.

И мужик смеется ненормальным смехом, вдавливая педаль газа в пол, от чего пассажиров швыряет по всему салону, и Антону так и не удается дотянуться до шофера. Его хватает только на то, чтобы словно одеялом накрыть Алису своим телом перед столкновением с огромным многотонным камазом.

– Антошенька, Антошка, что с тобой? Ты в порядке?

Выплывая из марева обморока он видит ее перепуганное, испачканное в крови лицо.

Он попытался сесть. Понял, что это не удается.

Кругом что-то голосило, рвалось, угрожающе искрило.

– Я в порядке, - ответил он на вопрос, что то затухал, то проявлялся в сознании.

Антон помнил, что настоящие мужчины не плачут. Потому и не плакал, а усиленно хоронил в себе истерический рык боли от осознания того, что вместо позвоночника он сейчас чувствовал только оголенного электрического угря, распадающегося на паззлы и от этого еще больше пропускающего боль по всему телу, даже по ресницам, по всему телу, кроме самого главного участка, - ног.

– Я в порядке…

Ольга проснулась от солнца, играющего в тонких полупрозрачных шторах и пожалела, что по приезде не одернула жалюзи. Смена часовых поясов после дороги в Россию, в родной город всегда давались ей тяжело и поэтому она редко приезжала туда, где прошла, фактически, вся ее жизнь.

Но в этот раз случай был особый. Расставание с Жаком выбило ее из колеи. Она надеялась, что подарки в виде машины и дорогих новомодных гаджетов задержат внимание рослого мулата надолго, но тому роль обычного альфонса показалась не очень впечатляющей. Красивому плейбою захотелось власти - быть управляющим если не империи, созданной ее бывшим мужем, то вхожим в совет директоров с правом решающего голоса. Ольга сразу пожалела, что рассказала ему о том, кем является у себя на родине Дроздов и откуда она сама имеет средства к существованию, умолчав только об одном постыдном факте - что все эти ежемесячные многолетние алименты - отступные от родного сына, получаемые с того дня, как она уехала из дома в Португалию с молодым любовником, более семи лет назад, когда сын заканчивал школу.

Жак сморщил нос, поняв, что большего он поиметь не сможет с красивой, безусловно умной и привлекательной женщиной, но, увы, обеспеченной не настолько хорошо, как казалось на первый взгляд, и дал от ворот поворот успевшей привязаться к мулату Ольге. Встретив того в тот же вечер на закрытом приеме в честь презентации коллекционного издания книги о Распутине, которую ограниченным тиражом выпустил ее старинный друг, под ручку с молодящейся шестидесятилетней наследницей алмазной империи, Ольга поняла, что теперь Жак уж точно не вернется. Обидно было не столько от предательства человека, сколько от осознания своей никчемности и глупости. Ольга сама ввела его в круг своих приятелей, хороших знакомых, став этакой рекомендацией, входным билетом для смазливого и, честно говоря, не обделенного мозгами Жака, что он легко закрепился в этом обществе, да еще и усилил тылы запасными аэродромами, пусть и с явно вставными зубами, прошедшими полный апгрейд в лучших клиниках Европы, но не ставших от этого ни моложе, ни краше.

Ольга потянулась на белоснежной простыне, поиграла пальчиками загорелой ножки, увенчанной модным белым педикюром и вздохнула. На этот день было запланировано много встреч со старыми знакомыми, чтобы в случае чего обратиться за помощью. И ко всем этим встречам Ольга была готова. Может быть, Жак и был не прав в том, что так неожиданно бросил ее, в том, что намекнул на несостоятельность как бизнес-леди, но одну мысль он все же заложил в голову, и эта мысль разрасталась пышным цветом, принимая причудливые формы и намекая на огромные возможности. Ольга решила встать во главе империи бывшего мужа. Справедливо полагая, что поезд, счастливо курсирующий по рельсам мировых рынков, может быть управляем и ее прелестной ручкой, наученной ведению дел пусть не таких масштабов, и она уже ясно видела себя распоряжающейся чужими деньгами.

На этот сентябрьский день, облагодетельствованный неожиданным солнцем, она достала белоснежный костюм из последней коллекции Версаче, снова порадовавшись знакомству с Донателлой, порекомендовавшей этот гарнитур, как нельзя лучше оттеняющий загар холеной кожи и дарующий цвет глубин моря глазам, и шанжановый фиолетовый плащ, не очень подходящий к российским погодным реалиям, но, судя по последним явлениям в модных тусовках, не оставляющий собой равнодушных исходящей дороговизной и породой.

Закутавшись в белый шарф, добавив брони в виде капли ароматных цветочных духов, раскрывающих в ней настоящую женщину, Ольга выскользнула из квартиры навстречу приключениям и всемерному обожанию старых знакомых.

Первым на повестке дня стоял бывший партнер Олега, с которым тот расстался на неплохой ноте. Ольга точно знала,что всегда интересовала Климова именно как хрупкая женщина, умеющая вовремя рассмеяться удачной шутке мужчин, и искусно отражающей флюиды сексуального интереса.

Климов, сменивший за время их долгого знакомства уже пятую жену, всегда был рад визитам давней знакомой. Прожившая столько лет с Олегом, она переняла верную модель поведения с мужчинами, его окружавшими и придерживалась ее, даже если хотелось утереть собеседникам нос, грубо намекнув на чужие секреты.

И в этот раз Климов радушно встретил красавицу из-за морей, по достоинству оценив перемены в ее и без того сражающей наповал внешности, утонченность беседы и даже, казалось, понял, что та явилась собирать армию будущих партнеров, покинувших в свое время за ненадобностью империю Олега Дроздова. Пути Климова и Дроздова разошлись мирно и полюбовно, делить бывшим партнерам уже было нечего, совместное предприятие исправно работало, но не являлось якорным в бизнесе ни того, ни другого.