Чтение онлайн

Призраки падших дальсиев сделали свое, и человек сдержал слово. Отпустил. Заглянув в сафекс, он увидел, как души жадно потянулись к небесам, боясь, что их снова возьмут в плен и не отпустят. Их живые собратья продолжали стремительно стареть, тела истлевали и вскоре рассыпались темно-серым прахом. В жарком летнем воздухе повис тяжелый запах, напомнивший воину о библиотеке, о множестве полок, прогнувшихся под тяжестью древних фолиантов, туго скрученных свитков и связанных между собой пергаментных листов. Библиотека... Мужчина вновь осознал, что ему больше никогда не сесть в том тихом местечке, не провести пальцем по шероховатой странице книги и не узнать что-нибудь новое о своем Ордене, о

ша-эне

, о Тиэльме... Переписчик закричал. Переписчик? Нет, сейчас он не хотел быть им. То, что хотел сделать мужчина, не вязалось с Орденом. Вспышка кармина.

Первой волной палиндорцы пустили самых неумелых - многочисленных рабов, плененных во время набегов на соседние земли. Нелепые, они набежали с двух сторон, закрыв выходы из ущелья. Ни строя, ни тактики... Они и оружие-то держали еле-еле. Их неразумные хозяева только вчера показали им, с какой стороны хвататься за меч. Посмешище! Они бежали, размахивая чем попало. Их натравили на воина как дальсиев, не дав им даже старых доспехов. На что они надеялись? Измотать его? Но только не теперь.

Воин вогнал пику в землю и взмахнул руками. Невысокие холмики пепельных частичек дрогнули, аккуратные серые горки обрушились, образовывая воронки, что вытягивались и тянулись к человеку. Он призвал на помощь прах. Марать оружие об

этих

– опозорить его. Оно не простит. Нападающие сбавили бег. Особо впечатлительные с громкими воплями указали на собравшееся над головой воина серое облако, формировавшееся в огромный шар, другие упали окарачь. Им не хотелось умирать, но выбора не было - погибнуть в бою или от руки беспощадных хозяев. Заорав, рабы сломя голову помчались погибать. Они сделали свой выбор.

Переписчик дал команду.

Прах разлетелся полчищем мошек. Бесшумный полет серости. Частицы мертвых облепили незащищенные тела и лица людей. Те пытались отмахиваться, лупили воздух дубинами, обмазывались грязью, но разве это могло уберечь их от возмездия?

Боль пришла сразу и отовсюду. Рабы не понимали, что с ними, пока не взглянули на стоявших рядом - в месте соприкосновения с прахом кожа темнела, вскипала и с шипением капала наземь, оголяя обугленные мышцы и кости. Переписчик видел, как воины орали в приступе безумной боли. Он видел, как им выжигало глаза, как люди таращились на изъеденные конечности, на вылетающие из искореженных тел серые частицы.

Небольшой отряд, смотревший на битву сверху, с трудом сдерживал себя. Рано. Пока еще рано.

Палиндорцы пытались взять его так легко? Теперь они будут осмотрительнее.

А к воину уже бежали новые. Этим волшбы не досталось. Сверху сбросили веревки, и по ним, не жалея кожи на ладонях, спускались ревущие дикаги. Они не чувствовали боли; их разум застлала пелена алкающего боя безумца, не знающего существования без меча, удара и жертвы. Если бы не Горн, поставляющий им качественное оружие в обмен на мясо молодых дальсиев, эти олухи вышли бы против Переписчика с дубинами и заточенными костями. Воин видел их расширившиеся зрачки и полопавшиеся сосуды. Напились своего известного зелья, лишающего чувствительности, и понеслись в атаку. Что ж, он усластит себя и задобрит оружие. Слишком много красных силуэтов. Слишком много ждущих смерти. Он подарит ее.

Переписчик вскинул пику. Плащ прижался к телу, словно решил обнять, и человек побежал навстречу ближайшим палиндорцам. Целостность мира утонула в алой пелене.

Наконечник проткнул грудь первого, легко прошел насквозь и нанизал второго. Из его рта алым фонтаном вылетели брызги крови. Мужчина дернул пику обратно; с чавкающим звуком та даже не успела полностью выйти обратно, а другой ее конец уже проткнул замахнувшегося позади Переписчика палиндорца, поломав два верхних зуба. Шиловидное лезвие, точно проклюнувшийся птенец, показалось со стороны затылка. Серебристую пику зажало между не успевшими упасть воинами.

Их много. Очень много. Для Переписчика время исказило бег, и он успел увидеть, какую армию пустили против него. Они кричали и улыбались. Им было радостно. У каждого палиндорца появился шанс на победу, у каждого имелось право на величие, могущественную силу и безграничную власть. Томимые мучительной жаждой, они шли в бой легко. Неужели они все еще уверены, что смогут победить? Эти дикари верили в успех? Воин в золотом плаще улыбнулся. Палиндорцы увидели оскал смерти.

Вырвав пику, попутно разворотив грудную клетку первого убитого и челюсть второго, Переписчик бережно воткнул оружие в землю. Сверху полетели стрелы. Плащ затрепыхался, создавая вокруг хозяина защитный купол. Ткань складывалась, выворачивалась, словно живое существо, бьющееся в агонии - складки сжимали наконечники и отбрасывали стрелы, а те все летели и летели, так и не вкусив жертвы.

– Не мешайте мне!
– прорычал Переписчик.

Воины напирали. Они просятся на смерть. Ему не совладать - напор слишком велик.

Ша-эна

просила разрешения, она требовала, требовала согласия!

–

Идите же ко мне.

Переписчик взмыл в воздух. Палиндорцы подняли головы и в растерянности опустили оружие. Человек стал раскручиваться. Он вертелся все сильнее, словно флюгер в день урагана. Покатились по земле камни, из рук мертвых высвободилось оружие и со звоном полетело к Переписчику, а следом за ним летели и камни. Они медленно кружили вокруг вращающегося волчком воина, словно двигались по незримой орбите. У палиндорцев не было строя, они нападали гурьбой. Именно потому никто из них не успел отпрянуть в сторону. Они пошатнулись, им стали изменять ноги - стопы отрывались от земли. Палиндорцы переворачивались вниз головой, как если бы кто-то резко дергал за них и тянул вверх. Падали шлемы, разбивались головы, попавшие на шипастую дубину или торчащий из земли острый камень. Дикарей тянуло к воину, они попадали в смертельную круговерть. Переписчика было не рассмотреть - одно размытое золотистое пятно. Оружия становилось все больше, вокруг воина образовался настоящий ореол железной мешанины...

Наблюдающие сверху все еще ждали. У их ног валялась целая гора пустых склянок. Мускулы росли на глазах, дыхание участилось, зубы начали стучать друг о друга. Один из наблюдателей стиснул челюсти, и его сотоварищи услышали хруст. Выругавшись, воин выплюнул несколько зубов.

...Притягивающимся палиндорцам везло, если они умирали мгновенно или отлетали куда подальше. Иным было хуже - окруживший Переписчика ореол не щадил. Камни выбивали суставы, ломали кости и пробивали дыры в черепе; стрелы исклевывали лица, точно дорвавшиеся до трупов стервятники; лезвия рубили плотные тела воинов, кромсали на мелкие кусочки и полосовали, не обращая внимания на броню, ремешки которой не выдерживали нагрузки и рвались. Кровь лилась водопадом. Переписчик скрылся за кровяной оболочкой, внутри которой плавали останки расчлененных тел, и узнать среди них палиндорцев было невозможно.

Те, кому посчастливилось избежать притяжения, ринулись в стороны. Они старались убежать как можно дальше от сумасшедшего мясника, лишь бы скрыться и не попасть под гнев помутившегося сознанием Переписчика. Им стало страшно. Обещанный славный бой превратился в кошмарный сон.

Далеко они не убежали. Воин перестал вращаться. Окружившее его месиво бурлило, кровь вскипала, к небу поднималась жуткая вонь. Со звуком брошенного в воду валуна жижа окатила убегающих палиндорцев. Обжигающая волна повалила их, а топоры и мечи довершили задуманное. Стекла кровь, скатились крупные останки, и все еще ждавшим свой черед воинам открылась картина - сотни распятых на земле соплеменников.