Чтение онлайн

— Поди сюда, — приказал Бадди.

Эми глядела в сторону, боясь, что он зовет ее.

— Иди сюда, — повторил Бадди, и дверца клетки с дребезгом открылась. Он опять засунул в нее руку и вытащил пса. Он гладил щенка, что-то шепча ему и почесывая за ушком. Пес жалобно тявкал и пытался удрать.

— Я сломаю тебя, парень, — сказал Бадди. — Если уж на то пошло, я это сделаю.

— Не ломай его, — прошептала Эми.

— Что? — спросил он.

Эми прикусила язык. Она не хотела, чтобы Бадди ее услышал. По опыту она знала, что он не переносил, если кто-то совал нос в его дела — будь то Эми или ее мать.

Щенок дергался, крича, совсем как человеческий ребенок. Тело Эми болело, напрягшись от желания пойти и помочь ему, но она радовалась тому, что у него хватало сил сражаться. Было бы хуже, если б он лизал Бадди руки, сдавшись ему на милость. Эми знала, что ей нужно сидеть очень тихо и тогда Бадди уйдет из комнаты. Чтобы это прекратилось скорее, она должна была стать невидимкой.

— Я что сказал? — спокойно спросил он.

Но Эми растворилась в своих мыслях, почувствовав себя журчащим ручьем. Она текла в покрытых мхом берегах, через тенистые горные долины и по лесным опушкам. Цапли вили возле нее гнезда, а пауки плели прозрачную паутину над ее кристально чистой водой. Она стремилась вниз, к морю, где ее отец ловил рыбу. Она была в пути, когда зазвонил телефон.

— Алло? — сказал Бадди.

Эми наблюдала за ним. Подняв трубку, он гордо выпрямился, словно король в своем замке. Должно быть, избиение щенка придало ему уверенности, потому что в его голосе звучало непомерное самодовольство. Но, слушая человека на другом конце провода, он увял прямо у Эми на глазах. Его спина ссутулилась, и он поник, будто стебель тюльпана.

— Да, она здесь, — сказал он. — Сейчас.

— Маму? — спросила Эми.

— Тебя, — ответил он, прикрыв ладонью микрофон. Казалось, он собирался отчитать ее, сказать, что ожидал важный звонок или напомнить ей о том, что семейные дела не следует выставлять на всеобщее обозрение. Он пару раз беззвучно открыл рот, а потом просто протянул ей трубку.

— Алло? — спросила Эми.

— Это Эми Брукс? — раздался низкий голос, и она его сразу же узнала. Волна облегчения накрыла ее, в глазах заблестели слезы.

— Привет, доктор Макинтош, — сказала она.

— Какие у тебя планы на субботу? — спросил он.

Субботним утром Диана клеила обои в гостиной небольшого викторианского особняка. Она выбрала белесо-голубые с узором из крохотных белых пионов. Диана всегда начинала работу с создания интерьера. Первым делом она обустраивала внутреннее убранство, и только убедившись, что каждая деталь была на своем месте, сколачивала дом в одно целое.

— Бабушке понравятся обои, — сказала она Джулии. — Пионы — ее любимые цветы.

Джулия сидела рядом, прислонившись к спинке своей коляски. Все окна были открыты, и с болот дул теплый ветер. Стелла притаилась на подоконнике возле сетки от насекомых и наблюдала за жизнью во дворе. Сегодня Джулия вела себя очень тихо, наслаждаясь легким бризом, шевелившим ее волосы. У каждого было свое собственное весеннее настроение. Диана чувствовала, как апрель постепенно переходил в май.

Хлопнула дверца машины, и кошка тотчас скрылась от чужих глаз. Рожденная в дикой природе, Стелла была крайне пуглива. Диана вытянула шею, но не смогла увидеть подъездную дорожку из окна. Смыв с рук обойный клей, она подошла к дверям.

— Боже мой, — сказала она, ощутив волнение от того, что увидела Алана, вылезавшего из автомобиля. Диана подумала о результатах анализов Джулии, гадая, приехал ли он затем, чтобы лично сообщить плохие новости. Но потом она заметила девочку-подростка и немного успокоилась. Он не стал бы привозить с собой еще кого-то, если бы ее опасения подтвердились. Руки Дианы дрожали, пока она вытирала их куском старой тряпки и смотрела, как они шли к ее мастерской.

Алан прикрыл глаза ладонью и огляделся. Болота купались в солнечном свете и сотнях оттенков зеленого. Шумели рогозы, и из их зарослей то и дело выглядывал красноплечий черный кассик. Вдали сверкал пролив Лонг-Айленд-Саунд. У Роббинсов был последний дом в Галл-Пойнте, в десяти кварталах и целой вселенной от жилища Эми.

— Ты знаешь этих людей? — спросила Эми, стоя подле него с ошарашенным выражением на лице.

— Да.

— Они же ведьмы, — сказала она. — Все дети это говорят.

— Какие дети?

— Из моего района.

— И что же они говорят?

— Что эти женщины насылают порчу и превращают детей в монстров и троллей. А потом держат их у себя в качестве пленников. — Эми в изумлении разглядывала дом. Типичное для этой местности опрятное здание с белыми кедровыми дранками, с течением времени сменившими свой цвет на серебристый. Синие ставни украшали резные морские коньки; белая оконная рама поблескивала на солнце. В наружных ящиках для растений были высажены бордовые и желтые фиалки.

— Ну… — пробормотал Алан.

— Это правда? — спросила Эми, встав к нему так близко, что плечом касалась его пиджака.

— Тебе придется выяснить самой, — сказал он и, увидев Диану, стоявшую у дверей, почувствовал, как мурашки побежали у него по спине.

Эми раньше всегда доверяла доктору Макинтошу, но она не могла себе представить, зачем ему понадобилось привозить ее к дому теток-ведьм. Она была очень счастлива провести день в его компании, и ради этого приняла ванну с солью «Рейн-Мэджик», надела свежие джинсы и самую чистую футболку, какую только сумела найти. Но теперь, стоя на насыпной подъездной дорожке в Галл-Пойнте, она испытывала страх.