Чтение онлайн

Кабинет был единым просторным помещением, но даже без перегородок чувствовалось разделение — если у рабочего стола ощущалась холодная зона, не позволяющая отвлекаться от работы, то в мягкой и светлой зеленой зоне отдыха можно расслабиться.

Николетта ждала меня, сидя во главе длинного совещательного стола. Практически пустого — лишь на краю, ближе ко мне, лежал массивный блокирующий чехол для моих очков. Коротко глянув на Николетту, я подошел ближе и сняв очки, убрал их в чехол. И подождал, пока на дисплее появится сообщение, что девайс временно и легально заблокирован.

Сама Николетта в это время обратилась к рабочей области на столешнице — несколько движений, и панорамное стекло кабинета стало непрозрачно-матовым. После этого Николетта активировала глушилку — мягкое зеленое сияние подсветки мебели перемигнулось, и исчезло, сменившись красным отсветом закрытого аварийного режима.

Отложив в сторону чехол с очками, я наконец посмотрел прямо на хозяйку кабинета. Девушка была в темно-сером деловом костюме. Светлые волосы, как и вчера, туго стянуты сзади в хвост, в ушах поблескивают серьги — в цвет синего камня кулона. Который, как и вчера, был виден благодаря расстегнутой верхней пуговичке белоснежной блузки.

«Вот щас не понял» — споткнулся внутренний голос, чувствуя, что дело пахнет керосином.

Черт, да как еще вчера внимание не обратил — подумал я, все пристальнее присматриваясь к кулону.

Да нет — подумал я, вспоминая лекцию по блокировки магии еще в гимназии Витгефта. Лекцию, на которой я спал с закрытыми глазами после одной из тренировок.

Ну как так, да не может быть. Ну нет же…

Да не нет, а да, — резюмировал я, отсекая внутреннее смятение.

В общем-то, я в себе и не сомневался — пришло холодное понимание о том, что вчера я упустил настолько простую, но чрезвычайно важную вещь. Подумал об этом расстроенно, но уже смирившись с выводами.

Как я вчера об этом вообще не догадался и не заметил очевидного?

«Идиот» — сообщил ответ внутренний голос, вложивший в ответ интонации Папанова из Бриллиантовой руки.

Причем сказочный идиот — в кои-то веки я оказался с внутренним голосом согласен.

— Разреши посмотреть? — вместо приветствия поинтересовался я, взглядом показав на камень.

— Пожалуйста, — коротко ответила Николетта.

Моим поведением она было немного удивлена, но виду постаралась не показать. Но только старалась — ее, как и вчера, предательски выдал мгновенно заливший щеки румянец.

Подойдя ближе, не глядя в глаза пытающейся скрыть волнение девушке, я присел на край стола прямо перед ней. И наклонился, рассматривая кулон — для чего даже взял его в руки, приближая к глазам. Это был «синий яхонт» — ограненный голубой сапфир. Сам по себе довольно редкий камень, но кроме всего прочего этот сапфир был инклюзом — с каплей воды внутри. Не думаю, что камень естественного происхождения — в естественной среде такие крайне редкие, и этот скорее всего дело рук одаренного ювелира.

И от камня, даже без ушедших способностей, я чувствовал покалывание силы.

Плохо. Очень плохо.

Но понятно, почему я не догадался. И понятно, почему Доминика не догадалась о том, что я не догадался. Сыграло то, что в мире одаренных я был своим меньше полугода — и некоторые очевидные, простые и абсолютно элементарные вещи для меня — темный лес. Если бы я рос среди одаренных, вся прелесть простоты и опасности ситуации с обучением Николетты стала бы понятна для меня еще вчера. Но я (Олег) рос в протекторате, не касаясь магии даже краем. И понял происходящее только сейчас.

«Мы так и томились бы в плену, если бы на третий день индеец Зоркий Глаз не заметил, что в тюремном сарае нет одной стены».

Ощутив на лице дыхание девушки, я поднял глаза и встретился с ясным взглядом Николетты. Которая снова заливалась румянцем до самых кончиков ушей — на ее светлом, незагорелом лице это было прекрасно видно.

Сейчас то она с чего смущается? — подумал было я, и сразу после этой мысли понял всю пикантность ситуации. Мы ведь сейчас… Не мы, а я, вернее, от расстройства наплевав на все нормы пионерского расстояния мало того, что сел к ней практически вплотную, так еще наклонился и держу в руке ее кулон таким образом, что ворот блузки открывает мне довольно интересное зрелище.

Хм, максимально сконцентрировавшись на деле я даже и не обратил сразу внимание, что в именно из такой позиции прекрасно видна небольшая девичья грудь, уютно устроившаяся в чашечках бюстгальтера.

Николетта, кстати, эмпат, и наверняка прекрасно уловила изменения моего восприятия ситуации — от полной сосредоточенности, до… полной сосредоточенности чуть на другом. Почти полной — потому что мой прокол с амулетом, который так явно демонстрировался мне во время первой встречи в декольте девушки, это… это полное фиаско, если говорить мягко.

— Кхм, — кашлянул я, отводя взгляд от выреза блузки и отстраняясь. Причем без особого смущения — оставив это Николетте.

Соскочив с края стола, я сел в ближайшее гостевое кресло напротив девушки.

— Привет.

— Добрый день, — сдержанно поздоровалась Николетта.

— Этот амулет… он у тебя откуда?

— Мне его дала сеньора Романо.

«Сеньора Романо?» Ну, в принципе, почему бы и нет — мы же не в семейном кругу, сугубо деловое общение. Даже несмотря на то, что в помещении активны блокираторы, отсекающие возможность чужого внимания.

— Сразу после твоей инициации?

— Вероятно. Я плохо помню, что было в последующие три дня после… инцидента.

— Ты знаешь, что это за камень?

— Я догадываюсь.

— Догадываешься? — фирменным жестом, которому научился у семейства Юсуповых-Штейнберг, вздернул я бровь.

— Только в общих чертах — о том, что он блокирует стихийную силу от проникновения в мой Источник.

— Временно, — добавил я.

— Временно блокирует мою силу, — добавила Николетта.

— Твоя… сеньора Романо, конечно, знает толк в… — с долей сарказма произнес было я, но одернул сам себя.