Драконье горе
Шрифт:
Поднявшись со стула, я ответил дрогнувшим голосом:
– Моя любовь к тебе не зависит от твоего облика… Ты всегда будешь для меня самой лучшей, самой милой, самой… Но ты должна стать собой, я знаю, как это важно для тебя… и для меня тоже!…
Хотя в голове у меня крутилась мыслишка «Лучшее – враг хорошего…»
Призрак снова долго молчал, а потом, вздохнув, прошептал:
– Хорошо, сэр Владимир, твое желание для меня закон!… – И, повернувшись к Демиургу, добавил: – Я благодарю тебя, повелитель, за твою доброту и щедрость!…
Она отплыла от стола и остановилась у самой стены. Демиург поднял лапу, на которой блеснули черные когти, и проговорил нечто непонятное. Со среднего когтя сорвалась оранжевая искра и стремительно понеслась к призраку. Через мгновение оранжевое сияние окутало призрачную фигуру, превратив ее в бесформенный, постоянно меняющийся оранжевый ком. Я смотрел на происходящую трансформацию, открыв рот. С минуту этот ком ворочался, словно внутри него происходила какая-то борьба, а потом он вдруг начал осыпаться на пол твердеющей оранжевой шелухой. А из-под этой шелухи показалась!…
Я никогда в жизни не видел такой красоты и, наверное, уже больше никогда не увижу! Высокая, белокурая женщина, лет двадцати пяти, с чуть удлиненным матово-бледным лицом и яркими синими глазами под темными ресницами, одетая в открытое длинное, до пола, белое платье, украшенное кружевами, с некоторым испугом смотрела на меня. В ее руке дрожала небольшая, тоненькая блестящая палочка, украшенная крошечной сияющей звездочкой.
Несколько секунд в комнате висела звенящая тишина, а потом раздался знакомый голосок Крохи, звучавший, правда, глубже и мелодичнее:
– Ты разочарован, сэр Владимир?… Фея Годена нравится тебе гораздо меньше малютки Крохи?
Ее голос словно пробудил меня к жизни, я стремительно подошел к ней и, взяв ее руку, припал к ней губами.
– Благоро-о-о-дный сэр!… – раздался позади меня чуть насмешливый голос Демиурга, в котором тем не менее чувствовалось явное одобрение.
– Годена… – тут же перешел дракон на деловой тон, – Сэр Владимир собирается отбирать у графа Альта своего друга. Ты пойдешь с ним, или…
– Конечно, я пойду с ним, повелитель! – воскликнула Годена.
Но тут вмешался я:
– Нет, она должна остаться… Я не хочу, чтобы она вновь встречалась с этим… подонком!
– Подонок?! Хо! Какое образное выражение! – Демиург покачал средней головой. – По-до-нок… И какое точное!
– Нет, сэр Владимир, тебе может понадобиться моя помощь! – Годена повернула ко мне свое изумительное лицо и умоляюще посмотрела мне в глаза. – Я чувствую, нам недолго осталось быть… рядом, не оставляй меня!
Я растерялся от такой просьбы и просто не знал, что сказать. Видимо, сочтя мое молчание за согласие, Демиург решил:
– Ну что ж, значит, фея идет с вами. Каргушей я переправлю домой, в лесной заповедник, а вот что делать с твоим баггейном?!
– Но баггейн не мой! – пожал я плечами. – Он просто присоединился к нашей компании во время похода и, надо сказать, весьма нам помог.
– А зачем он, собственно говоря, к вам присоединился? – удивился Демиург. – Баггейны, как правило, народ замкнутый, самодостаточный…
– Так у него жалоба… – улыбнулся я. – Обижают его…
– Да? – Демиург скривил задумчивую физиономию. – Ну, я разберусь!… А сейчас, если сэр Владимир насытился, попрошу вас пройти в главный зал, я вас переброшу к замку Сорта.
И огромный дракон, повернувшись от стола, потопал прямо к противоположной глухой стене столовой залы. Фея, не выпуская моей ладони из своей руки, двинулась следом за ним, а я, слегка недоумевая, куда это мы направляемся, последовал за ней.
Я не слишком удивился, когда хозяин здешнего жилища беспрепятственно прошел сквозь казавшуюся гранитной стену. За стеной, которую мы с феей преодолели с той же легкостью, находился главный зал, только сегодня он был ярко освещен. Совсем рядом с тем местом, откуда появились мы, стоял сэр Вигурд в боевом облачении, мое вооружение и наши, полностью снаряженные для похода лошади, причем к моей кобыле и бронированному чудовищу маркиза присоединилась чудесная белоснежная кобыла с длинной гривой и хвостом.
Я быстро облачился в доспехи и вооружился, а Демиург, остановившись в центре зала, подождал, пока я буду готов, а потом заговорил очень серьезным тоном:
– Смотри внимательно, сэр Владимир! Ты берешь четыре рубина чистой воды и раскладываешь их вот таким образом.
Перед ним на темном полированном граните пола неизвестно откуда появились четыре крупных рубина. Дракон с необыкновенной легкостью подхватил их своими когтями и разложил так, что они образовали сильно вытянутый прямоугольник.
– После того как ты произнесешь заклинание, – продолжил свои пояснения Демиург, – между этими камнями возникнет арка перехода, по форме она будет идеальным полукругом, так что заранее прикидывай достаточную высоту, чтобы пройти под ней, и имей в виду, что чем больше арка, тем большее потребуется усилие для ее поддержания. Когда основание перехода готово, ты должен до мельчайших подробностей представить себе то место, в которое ты собираешься выйти, – это тебе не просто вышвырнуть кого-либо вон! Место назначения должно быть представлено очень тщательно, потому как во Вселенной имеется очень, очень много весьма похожих мест и в случае любой небрежности ты рискуешь оказаться совсем не там, куда собирался!… Теперь садитесь на лошадей и подъезжайте ближе…
Мы выполнили команду дракона, и когда приблизились, он вдруг протянул мне лапу и негромко проговорил:
– Это – сам знаешь для кого…
В моей руке оказалась небольшая… погремушка в виде маленького забавного дракончика, улыбающегося во все свои три пасти. Я спрятал игрушку за пазуху камзола, а Демиург, строго глянув на меня янтарным глазом, сказал:
– Открывшаяся арка всегда бывает односторонней, на той стороне перехода ты появишься прямо из воздуха. А теперь заклинание!…
И он начал читать этаким напевным речитативом весьма витиеватое стихотворение. Хорошо еще, что оно оказалось не слишком длинным и вместе с сопутствующим музыкальным мотивом легко запоминалось, потому что повторно услышать его мне вряд ли бы удалось. Едва дракон допел последний звук, как от правой пары камней к левой дугой протянулась багрово светящаяся дорожка, и в ограниченном ею пространстве исчез подземный зал Демиурга. Вместо него мы увидели дорогу, выложенную желтым камнем, а метрах в сорока впереди – часть надвратной замковой башни с маленьким балкончиком над закрытыми воротами, возле которых маячили двое стражников.