Чтение онлайн

Вдруг на затылке поднялись в страхе волосы. Шестым чувством парень понял, что ему грозит смертельная опасность!

*Вжу-ух!* — Эй, что ты…! *Хлобысть!* — Мориарти упал вниз прямо на глазах у замешкавшегося Лагена. Эти потерянные секары непонимания ситуации стоили стрелку жизни…

Молодой господин видел, как прямо над его головой просвистел огненный фаербол и с громким *Чавк*, а также десятком опавших искр угодил прямо в лицо фанатику, напрочь снеся голову с плеч!

Глаза непроизвольно расширились от столь противного вида. Безголовое тело сделало пару шагов назад, подкосилось и полетело прямо в темноту обрыва. Одновременно с этим за спиной нечленораздельно заорал Пирон. Его крик был горестным, истошным… Поняв, что маг ошеломлен происходящим и это его шанс выжить, Алларос повернулся на земле к чародею и изо всех сил запустил тому в рожу ледяной ком снега, всем сердцем желая, чтобы он угодил прямо в цель! *Хлобысть!*

Глаза не подвели. Охнув, Пирон завозился, лихорадочно принявшись руками утирать лицо. Но ему мешал посох!

“Давай, давай!” — взревел разум Аллароса, бросая тело вперед. За мгновение до этого, его руки нашли выброшенный стрелком кинжал и теперь ему оставалось только нанести сокрушительный удар своему недругу…

*Вжу-ух. Херак. Чавк!* Все произошло стремительно. Они все нанесли по одной атаке…

Последнее, что увидел Мор, это испуганные глаза стихийника, который ослабленными руками уронил посох и осел в сугроб, а после его собственное сознание потухло, так и не поняв, что же неожиданно случилось с ним?

Город «Даларан»

***

— Пр-р! Tan’tala… tan’tala. — услышав приказ хозяина, конь или что-то похожее на него остановился. Всадник спешился. Передал поводья ящеровидной твари трясущемуся в страхе мальчишке и повернулся к напарнику. Тот сделал то же самое, напоследок предупредив конюха не гладить и вообще не трогать их рысаков, от греха подальше. Ребенок лихорадочно закивал и ели ели увел упирающихся животных прочь.

— Verrda. Какого черта нас сюда занесло? — гневно произнес первый мужчина, осматривая высокие шпили Даларанской Академии Чародейства, что была разукрашена золотыми узорами по едва зеленому камню. — Мы уже должны были достигнуть гор. А теперь придется делать крюк!

Второй всадник презрительно скривился, когда оценил представший перед ним вид и комментарии спутника. Архитектура явно была ему не по нраву.

— Безвкусно.

— Идем. Нужно перемолвиться парой слов с этим ящеровидным ректором…

И они переступили порог массивных ворот академии.

Туда-сюда сновали работники школы. Учителей и адептов видно не было. Ну так. Один два. Остальные разъехались на каникулы. Пройдя до здания, первый мужчина резко остановился. Вскинул в сторону руку и моментально ухватил за шкирку пробегающего с охапкой книг человека…

*Хлобысть!* — все вещи полетели в снег, перемешанный с грязью. Работник сдавленно охнул от слабого удушья! Его в миг отпустили. Постояв в исступлении, человек окинул недоуменным взглядом нахалов, а затем тут же возмутился, принявшись истерично размахивать руками перед лицами лонков, брызжа слюной.

— Безобразие! Я преподаватель в шестом поколении! А книги — древнейшие рукописи четырехсотого столетия! Что вы себе позволяете, изверги!?

Они стояли высокомерными статуями, сложив руки на груди, и сверху вниз лицезрели его квохтанья надменным взглядом. Вид их жутких масок, что полностью скрывали лица, да натянутые до упора капюшоны, вселяли тревогу и страх в сердце преподавателя. Но язык его не останавливался:

— Вы гостьи в Академии так извольте соблюдать…

— Молчать, ничтожество! — рявкнул на него мужчина в серых одеждах с веером в руках. Его игрушка показательно сомкнулась и вновь разомкнулась, демонстрируя острые ножи на кончиках веера. Работник разом стих и нервно сглотнул. Его ошалелые глаза лихорадочно носились по округе, не решаясь подняться до лиц посторонних. Повисла пауза, которую, спустя полминуты, прервал ледяной голос мужчины в черном капюшоне:

— Где ректор?

Преподаватель замялся, не зная точного местоположения директора школы.

— Ну же! — рявкнули на него раздраженно. Лонк, стоявший в метре от него положил свои ладони на рукояти клинков, что висели в ножнах на поясе. Человек, заметив это, сразу же просветлел умом! Замахал руками перед собой и, заикаясь, проблеял:

— В-вспомнил. Вспомнил! Идите на в-второй этаж по г-главной лестнице, затем пятая д-дверь в левом крыле. Там ег-го кабинет Т-только не бейте меня…!

*Вжу-ух.* — договорив, он схватил подол плаща в руки и ломанулся прочь от них, утопая по колено в сугробах и напрочь забыв про свои драгоценные талмуды.

— Мусор общества. — сухо бросил один из лонков, смотря ему вслед.

— Значит, не такие уж они и древние! — иронично выдал второй и нахально наступил башмаком на обложку мокрой книги. Талмуд жалостливо чавкнул и еще сильнее пропитался водой. Из него потекли чернила. Раздавив антиквариат, лонк зло расхохотался. Ведь ему так нравилось издеваться над глупыми людишками! Почему бы не испортить им вещи, день, а может и всю жизнь? Что они могут ему сделать!? Жалкие твари! “Скоро вы все склонитесь перед нашим величием в рабском ошейнике, ничтожества!” — предвкушающе подумал он, а после направился по указанному пути. Следом двинулся и его напарник, также скалясь.

***

— Что два наемника забыли в моей скромной Академии? — вальяжно сидя за письменным столом, поинтересовался ректор у вошедших. Его чешуйчатый длинный хвост, дернулся еще сильнее, когда лонки сняли маски и показали свои лица. — Хочу вас заверить, что мне и одного вашего собрата хватает с лихвой. В большем количестве не нуждаюсь.

Один из наемников достал из кармана маленький тубус и молча прошелся через кабинет к лорану. Положил на стол и выжидающе на него воззрился. Ректор саркастично прыснул:

— Надо же, видимо, вас с детства не учат даже простейшему этикету! Раз вы и пару слов вежливости не в силах из себя выдавить.

— Поговори мне тут. — холодно приструнил его второй лонк, резко сложив веер. — Не думал, что в такой помойке знают слово “этикет”.

Директор гневно оскалился. Ему сильно не понравилось, что дело всей его жизни так легко поливают грязью какие-то криминалы. Да и еще затыкают! Он стремительно раскрыл тубус и вынул оттуда письмо с императорским гербом. Вчитался в строки. Чем больше проходило времени, тем сильнее темнел лицом дракон. Его пальцы принялись набивать гулкий ритм по столу…