Чтение онлайн

— Мне не о чем с тобой разговаривать.

Артем удивился уверенности в собственном голосе. Он проверял свои ощущения. Никакой дрожи в коленях, бешенного сердцебиения, желания бежать, куда глаза глядят.

Эдик, похоже, тоже почувствовал произошедшие перемены. Он нахмурился и хотел сказать что-то, но вмешался Николя:

— Слушай, ты, прыщ-недоросток, сказано — беседа есть. Чего строишь из себя шишку? Или уже в штаны наложил?

— Не дождешься.

Холодный, презрительный взгляд. Эдик отпрянул. Такими глазами во сне на него смотрел Артемий Ларет. А Николя шагнул вперед, схватил Артема за рукав и потащил в сторону мастерских.

— Что вам нужно? — вырвался парень.

— Вот так бы сразу, — буркнул Николя. — Эд, излагай.

— Артем, — начал Назаров, и Тема вздрогнул — с каких это пор Эдик называет его по имени? — Знаю, мой вопрос покажется тебе странным, но… Скажи, это ты пытаешься нам отомстить?

«Попал», — подумал парень, и на секунду стал тем Артемом, которым был раньше. Захотелось удрать в класс, чтобы прекратить разговор, который неизвестно куда заведет. Но ноги не слушались, а порыв исчез так же быстро, как и появился.

— О чем ты, Назаров? — состроил он растерянную физиономию.

— Ты сам знаешь.

— Понятия не имею!

— Эдя, он точно брешет, — шепнул на ухо другу Николя. — Сильно выделывается.

Что Артем врет, Эдик видел и сам. В Лаптеве что-то переменилось. Решительно и бесповоротно. Может ли действительно оказаться так, что тихий зажатый Артем нашел способ превратить их жизнь в ад?

— Ты лжешь, — смотрел Эдик в глаза противнику. — Просто расскажи мне, как тебе это удалось и как можно остановить происходящее…

— Назаров, ты чего? Наверное, головой приложился? — говорил Тема, не в силах сдержать улыбку. Интересно, что такого происходит в жизни Эдика, что он снизошел до разговора на равных, без мордобоя и издевок? Вот бы узнать.

— Я буду разговаривать только с тобой, один на один, — решился Артем. — Скажи своим прихвостням убираться.

— Это кто тут прихвостень? — взревел Николя и бросился бы на Лаптева, если бы его не удержали Рыжий и Денис.

— Ребята, подождите в классе, — обернулся к ним Эдик.

Парни переглянулись. Уходить никому не хотелось, но иначе Лаптев будет молчать. Это понимали все, поэтому потащились в сторону школы, то и дело оборачиваясь. Но Эдик и Артем так и стояли друг напротив друга, ожидая, пока никто не сможет им помешать.

— Я жду, — напомнил Назаров.

— Чего? Объяснений? Ты их не получишь, — покачал головой Артем. — Я не знаю, о чем ты говоришь. Ты ведь, думаю, многим насолил, не только мне. Вот и ищи среди них. А меня оставь в покое.

— Да хватит выделываться! — сжал кулаки Эдик. — Ты отослал всех, чтобы мне это сказать?

— Не только. Послушай меня, Назаров. Раньше я ненавидел тебя, потому что ты — мерзкий, злобный тип, но и завидовал тебе, — решил Тема высказать всё на прямоту. Обычно ему тяжело было сразу сформулировать мысль, но сейчас слова так и лились. — Я думал, у тебя есть всё: друзья, уважение, деньги, и хотел оказаться на твоем месте. Но за прошедшую неделю у меня словно открылись глаза. Я по-прежнему тебя ненавижу, но и за миллион долларов не соглашусь поменяться с тобой местами. Потому что девчонка твоя вчера гуляла под ручку с Тетерко, деньги не твои, а папины. И дружки твои все врут тебе, как на подбор. Рыжий говорил Верехову, что ты — ничтожество, я сам слышал. И Верехов не особо возражал. А Самойлов вообще дружит с тобой только чтобы упрочнить свое положение. Иначе ведь могут узнать, что его семья не такая богатая, как он расписывает. В другом случае Денис не стал бы подрабатывать в третьесортном магазинчике. Поэтому мне жаль тебя, Назаров.

Артем развернулся и пошел к школе. Эдик стоял, как громом пораженный. Всё, что ему довелось услышать, постепенно укладывалось в голове.

— Подожди! — догнал он Лаптева. — Ты врешь!

— Я? — чуть обернулся тот, и снова сверкнул глазами Ларета. — Нет, Назаров. Это ты себе врешь.

Эдик кинулся на Лаптева и сбил его с ног. Неизвестно, чем бы закончилась драка, но на шум из мастерской выбежали учитель труда и завуч. Через десять минут Эдик и Артем стояли перед директором. Ангелину Ивановну за глаза называли «железной леди». Подобные прозвища не возникают из ниоткуда, и теперь парням предстояло в этом убедиться. И хоть обычно Эдику всё сходило с рук, в ту минуту было заметно, что директриса настроена решительно.

— Назаров, Лаптев, сколько это будет продолжаться? — говорила она, расхаживая перед провинившимися. — Четвертый раз вы деретесь на территории школы. Четвертый раз! Что не поделили? Я вас слушаю.

— Просто недоразумение, — ответил Эдик.

— Твое поведение, Назаров, — замерла перед ним Ангелина, — вот единственное недоразумение. Ладно Лаптев. На него жалоб не поступает. А ты? Что ни месяц — так новости. Всё, Назаров. Мое терпение лопнуло. Завтра же жду тебя вместе с родителями.

— Они работают, — помрачнел Эдик.

— Пока не придут, к занятиям тебя не допущу. Точка. Тебе, Лаптев, пока делаю предупреждение. Но это — в последний раз. Идите на уроки.

Парни покинули кабинет. Артем торжествующе взглянул на поверженного противника. Похоже, после заклятия удача Назарова повернулась к нему спиной. Эдик выглядел убитым. И пусть! Пусть почувствует себя в чужой шкуре!

Урок уже шел полным ходом. Парни извинились и заняли свои места.

— Ну, что там? — шепотом спросил Эдика Денис.

Назаров угрюмо взглянул на него — и отвернулся. Он решил пойти домой сразу после первого урока. Не хотелось никого видеть. Еще меньше — с кем-то разговаривать. С другой стороны, разобраться следовало. Если уж друзья оказались подлыми лжецами, то что тут говорить?

Урок тянулся долго, как никогда. Эдика вызвали к доске, но он не смог выдавить из себя и слова. Журнал украсила первая в этом семестре двойка. Наверное, завтра отцу продемонстрируют. И пусть.

Наконец, прозвенел звонок.

— Я домой, — бросил Эдик, сметая учебники со стола в сумку.

— Что он тебе сказал? — пытался узнать Денис. — Эд, да что с тобой?

Эдик молчал. Он еле сдерживался, чтобы не высказать Самойлову всё, что он думает о нем лично, и об остальных «приятелях» тоже. Парень поднялся и пошел к двери. Николя и Рыжий не заметили его ухода, но Денис забрал вещи и направился за ним.