Чтение онлайн

– Нам лучше поторопиться, – призвал Дэвид под усиливающийся ветер, темный костюм облепил долговязую фигуру. – Буря почти над головой.

– Надо найти номер заключенного, – откликнулась Мелани и отбарабанила цифры.

Снова сверкнула молния, так близко, что они ощутили, как разряд всколыхнул воздух. Теперь ветер буквально хлестал. Филин снова ухнул, встревоженно и глухо. Громыхнул гром. Еще молния. Мелани почувствовала, как статическое электричество встопорщило волоски на руках, рябью прошлось по спине, ускоряя сердцебиение. Ее вдруг охватила паника. Дождь бил в лицо. Дыхание стало тяжелым. Казалось, будто гром сотрясает живот, отдается во всем теле, и вдруг Мелани ощутила себя маленькой девочкой, в поисках папочки потерявшейся в океане безбрежной смерти.

Неожиданно рядом оказался Дэвид. Бросил взгляд на ее лицо, приказал опустить голову и подышать. Схватил за руку и крепко прижал к себе.

– У тебя приступ паники. Успокойся.

Небо снова треснуло, взорвалось гигантскими водяными шарами и накрыло их ливнем.

Дэвид повел Мелани за собой к найденной могиле. Она застыла перед белым крестом. Номер заключенного и дата. Вот и все.

Мелани ожидала хоть каких-то эмоций. Хоть каких-то чувств. Это же могила отца, ее настоящего отца. Ради Бога, это должно что-то значить, должно подарить ощущение завершенности. Однако внутри зияла лишь пустота. Табличка ничего не значила. Зарытый мертвец, который когда-то дал ей жизнь, ничего не значил. Всего лишь абстракция, которая не в силах конкурировать с настоящими, живыми, теплыми воспоминаниями о Харпере, Патриции и Брайане. Дэвид прав – у нее все-таки есть семья, есть родные, и ей их не хватает, и она их любит. Похоже, идти вперед некуда, и пути назад тоже нет.

Дэвид обнял ее за плечи и под проливным дождем повел к машине. Открыл дверцу, снял куртку и набросил на дрожащие плечи Мелани. Потом застегнул ее ремень безопасности. Когда отстранился, чтобы закрыть дверь, его глаза светились сочувствием. И пониманием, распознала она. Простым пониманием.

– Он не имеет к тебе отношения, Мелани. Можешь потратить сколько хочешь времени на изучение тюремных музеев и кладбищ, но ты не потомок Рассела Ли Холмса.

Мелани задумчиво смотрела, как агент бегом направился к водительскому месту.

«Он меня понимает, даже когда я сама себя не понимаю. У него хватит силы на нас обоих». А потом подумала: «Хочу домой».

И отвернулась, чтобы Дэвид не увидел слез.

Позже Дэвид помог ей принять душ, уложил в постель и закутал одеялом. Мелани слишком устала, чтобы протестовать, почти сразу упала в сон, уткнувшись головой в перьевую подушку.

Риггс достал телефон и приступил к работе.

Одежда была разбросана по всей комнате, кругом лужицы. Он сделал выбор. Его костюм и ее футболка. Его мокасины и ее босоножки. Его ФБРовский значок и ее косметика в синей пластмассовой коробке.

Ченни отозвался на другом конце. Мелани что-то забормотала во сне. Дэвид повернулся к ней спиной, чтобы не беспокоить, и негромко спросил:

– Эй, новичок. Как там дела?

Тишина на линии. Потом долгий тяжелый вздох. Дэвид все понял.

– Леймор не купился, да?

– Похоже, он собирается накатать на вас телегу, – подтвердил Ченни. – Залез в ваши файлы. Господи, Риггс, в данный момент вы точно не самый популярный парень на нашем этаже.

– Я направился за подозреваемой в деле об убийстве. Сомневаюсь, что это такое уж значительное нарушение процедуры.

– Конечно-конечно, Риггс. Промчались через всю страну, как ракета, препирались с начальником, отмахнулись от недвусмысленных предупреждений. Бюро прямо-таки обожает подобных ковбоев. Вы проспали всю академию или что-то с памятью стало?

Дэвид криво улыбнулся. До сего дня он был убежден, что ненавидит свою работу. Однако теперь, когда карьера под угрозой…

– Авось пронесет, – сказал он наконец. – Давай новости.

– Вы должны вернуться, Риггс, я серьезно.

– У меня прорыв. Я проследил Мелани Стоукс до аэропорта Хобби и пункта проката автомобилей. Это не охота за призраками, Ченни. Отправлю Леймору доклад.

– Тогда позвольте прилететь вам на помощь.

– Ты же не хотел сюда приезжать.

Еще одна небольшая пауза, потом стажер нашелся:

– Дерьмо. Риггс…

– Выкладывай новости, Ченни.

Тот возмущенно фыркнул. Дэвид ждал.

– Ладно. Мы малость продвинулись, но если Леймор всерьез на вас разозлится…

– Ты не имел ничего общего с моими метаниями. Поверь, Ченни, я все понимаю.

Но малыш вовсе не казался успокоенным. Может, он прикипел к Риггсу в конце концов, может, они создали нечто вроде партнерства. Странные вещи иногда случаются.

– Ну, мы получили кое-какие ответы и набрели на кое-какие вопросы. О чем доложить в первую очередь?

– Давай по порядку. Где мы с убийством Шеффилда?

– Ну, наверняка вам известно больше чем мне…

– Ченни…

– Ладно, хорошо. Ладно. Джакс вплотную занимается этим делом, и замечу, что он наехал на Стоукса с удвоенной силой. Приказал обсыпать порошком для выявления отпечатков каждый чертов квадратный дюйм кабинета и каждый раз, когда Харпер отпускает язвительное замечание, Джакс выдергивает еще больше половиц и отправляет их на проверку. Вчера даже шторы сорвал. Скоро жилище Харпера переедет в криминалистическую лабораторию.

– И это учит нас…

– Как весело можно провести время. В общем, пока вся надежда на показания Мелани Стоукс. Леймор приказал атаковать с медицинской стороны. Вчера я опрашивал всех в больнице о Шеффилде. Любопытно, что еще один анестезиолог, доктор Уолли Джонс, кажется, знает о Шеффилде довольно много. У меня такое впечатление, что она слегка завидует количеству его операций. Готова подтвердить, что неоднократно видела Шеффилда в больнице, когда у него совершенно точно не было причин там находиться.

– Косвенные улики.

– Да, это проблема. Слишком много предположений. Леймор копает вокруг уже установленных кардиостимуляторов, по второму разу проверяет всех пациентов, но добыча не окрыляет. Генеральный прокурор стращает возможным иском Харпера против нас за уроненную профессиональную репутацию. Чтобы подстраховаться, мы получили серийные номера кардиостимуляторов, вшитых Стоуксом за последние пять лет. Внушительный список, доложу я вам. Управление по санитарному надзору провело перекрестные проверки. Но раскопали только одну жалобу на партию, что фактически не превышает средний показатель по отрасли. Поэтому даже к устройствам невозможно придраться. Все выглядит совершенно нормально. Получается, мы должны разыскать больных Харпера, удалить у них кардиостимуляторы, затем подключить пациентов к сердечному монитору, чтобы проверить, действительно ли у них брадикардия. Если коротко – юристы и медэксперты сходятся во мнении, что это не жизнеспособная идея. С другой стороны, срок службы кардиостимулятора составляет пять лет, после чего он должен быть удален или заменен, так что если мы готовы проявить терпение… – помялся Ченни, потом напрямую рубанул: – У нас ничего нет, Риггс. На данный момент Харпер Стоукс чист как стеклышко.