Дуэлянты
Шрифт:
– Вы прибыли во Псков по делам имения Ремизово? – напрямик спросил Варфоломей.
– А вам-то что? Вы слишком любопытны.
– Согласен, но я уж очень заинтересован в этом имении.
– Не трудно догадаться, – заметила Антонина и принялась за ужин.
Варфоломей также сделал заказ.
– Как рыба? – поинтересовался он.
– Отменная. Вы что следите за мной? И потому решили остановиться в той же гостинице, что и я?
Управляющий рассмеялся.
– Это с какой стороны посмотреть. Во-первых, «Цезарь» – единственная приличная гостиница в городе, остальные просто ужасны. А во-вторых, я действительно искал встречи с вами.
– Вы опять будете предлагать мне за Ремизово пять тысяч рублей? – предположила Антонина, ловко расправляясь с рыбой.
– Да. Подумайте сами – обстоятельства против вас! Ваш муж болен, всем известно, что он не следит за своим здоровьем. А, если вы останетесь вдовой? Что вы станете делать? Ведь дела в Забродино оставляют желать лучшего!
Антонина молчала, понимая, что Варфоломей в общем-то прав… Но ей так не хотелось расставаться с Ремизово!
Неожиданно она предложила:
– Я не хочу продавать имение. А в случае, как вы изволили выразиться: если стану вдовой, то предлагаю вам совместное дело.
Варфоломей напрягся.
– Позвольте? – удивился он: как это женщина вообще может что-то предлагать?
– Вы не ослышались. Я знаю, для чего вы скупаете земли. Скоро дачные поселки станут весьма выгодными. Но это произойдет не завтра, а через несколько лет… В десяти верстах от города видела, как некая артель строит дачи. Вы ведь также хотите поступить?
Варфоломей чуть куском не подавился.
– Вы слишком умны, Антонина Петровна, чтобы вам лгать…
– Не стоит лгать, иначе мы не договоримся.
Управляющий удивленно вскинул брови: ну что за женщина? Он явно недооценил ее, принимая за особу недалекого ума.
– Я готов выслушать ваше предложение.
– Мы организуем с вами артель, наподобие той, что строит дачи… Доходы пополам, застройка на моих землях.
Управляющий снова удивился.
– Но требуется вложение капитала… А ваши дела оставляют желать лучшего…
– Возможно. Но я достану денег. Итак, вы согласны?
– Да. – Ответил Варфоломей, четко осознавая, что дал согласие лишь бы дождаться благоприятного момента и завладеть Ремизово.
Антонина прекрасно понимала, что твориться в душе у собеседника и также решила воспользоваться случаем… А там – как Бог даст…
Ночь Антонина провела беспокойно, уж больно плохо ей спалось на чужой постели. Она невольно вспомнила Ремизово, в то время когда были живы родители. Отец Антонины умер рано, ей едва исполнилось десять лет. Матушка три года назад ушла в мир иной, будучи уверенной, что дочь надежно пристроена. Но как она ошибалась…
Антонина пыталась вспомнить: была ли любовь между родителями? Перед ней проплыла череда событий из давнего детства…. Тогда ей казалось, что она самая счастливая девочка, окруженная заботой вниманием и любящими родителями.
В то время Антонина не замечала, а может быть, и не придавала значения тому, что отец часто уезжал… Куда? – она не знала. Матушка говорила, что в город по делам… Теперь же, спустя годы, Антонина могла только догадываться об истинных делах своего родителя.
Утром она поднялась с головной болью и не в духе, завтракать не хотелось. Она спустилась в ресторан и заказала крепкий чай с французскими пирожными. Немного подкрепившись, Антонина приказала Дашке собираться, затем оплатила счета за номер, заехала в аптеку Борменталя за лекарством для мужа …
Коляска, поскрипывая рессорой, двигалась по направлению к Забродино. Назар, молча, погонял лошадь; Дашка дремала в обнимку с саквояжем; Антонина же была раздираема сомнениями и противоречивыми чувствами.
Лекарство лежало в саквояже, но у Антонины возникало непреодолимое желание достать его и выбросить… Она устыдилась своих мыслей, понимая, что тем самым желает смерти мужу… Но так оно и было. С тех пор как Антонина повстречала красавца Станислава в лесу, она начала ощущать по отношению к мужу не просто равнодушие, безразличие, порой и презрение, как к никчемному человеку, а к своему стыду – ненависть.
Антонина пыталась разобраться в себе: естественно она не могла не привести лекарство, ибо тогда Сергей будет обречен. Сколько он еще проживет? – до следующего сердечного приступа? Но ей так хотелось от него освободиться…
«Может, действительно подать на развод… И сколько это подлиться: год, два? Такие дела быстро не делаются… А годы идут… А что, если наплевать на все нормы приличия? И попросту упасть в объятия Станислава? А муж? А пусть думает, что хочет…»
Антонина задремала. Ей приснился Станислав, он страстно целовал ее в губы…
Коляска подъехала к усадьбе, когда уже начали сгущаться сумерки. Назар помог хозяйке спуститься на землю. Из дома вышла Лизавета.
– Доброго здоровья, барыня… – Робко начала она.
Антонина напряглась.
– Что случилось?
– Не волнуйтесь. Сергею Васильевичу полегчало, я его бульоном покормила, почивает он…
– Хорошо. Иди в дом.
Лизавета поклонилась и спешно удалилась.
Антонина поднялась в комнату для гостей, в которой теперь расположилась. Она позвонила в колокольчик, вошла Лизавета.
– Помоги расшнуровать корсет… – Попросила барыня. – Но что же ты медлишь? – удивилась она.
– Вот, – Лизавета протянула Антонине конверт.
– Что это? – Удивилась та.
– Сегодня днем доставили из Матвеево-Орлово, от господина Матвеева.
Антонина удивилась.
– Странно… Ладно, положи на секретер. Лучше помоги раздеться.
Лизавета ловко разоблачила хозяйку и подала домашний халат.
– Наконец-то, можно свободно вздохнуть. Иди, Лизавета…
Но горничная не уходила. Антонина удивилась.