Дуглас
Шрифт:
Он может, все же он зашел.
А с ним людей бесстрашных дол,
Головорезов, как и он.
Одетых будто бы в урон,
Но все в кольчугах под плащом,
И каждый среди них с мечом.
Ему навстречу Дуглас встал.
Смолчали оба – каждый знал,
Что дело надо провести,
А счеты лишь потом свести.
Пришедший свечку засветил.
На стол затем же положил
Он карту, что принес с собой.
Его противник молодой
За этим молча наблюдал.
Пришедших с тем людей навал
Расположился по углам.
Стояли воины тут и там,
К столу бояся подступить.
Уставши гнев и злость таить,
Ночной сраженны темнотой,
Враги мирились меж собой.
«Я видел здесь людей, в лесу, —
Сказал пришедший, – на беду,
Я чувствую, пришельцы тут.
Но говорят (лишь коль не лгут) —
Шотландцы это. За рекой
Отряд их видел я большой,
Как возвращался сам сюда».
«То, дядя, нам почти родня,
Главарь их был сейчас со мной,
И королевский их конвой».
«Король?» – «Их сам Давид послал».
Пришедший рыцарь взгляд поднял:
«Давид Шотландский? Что ж, не лгут.
Так, значит, мир они везут».
«Мир в Эсплешене заключен».
Поднялся шум со всех сторон —
Вся хижина была полна,
И каждый слышал те слова,
А рыцарь слышал лучше всех.
Он выпрямился, и доспех
При свете пламенном блеснул.
К мечу он руку протянул,
Но тут опомнился как раз.
Напротив Дуглас в этот час
Стоял и взгляда не сводил,
И взгляд его столь страшен был,
Что если б кто-то посмотрел,
Меж ними б бой уже кипел,
Но вестью был охвачен зал.
И Дуглас, хоть дрожа стоял,
Забытый бешеной толпой,
Он овладел в тот миг собой
И отвернулся. Меч достал
И, выйдя всех вперед, сказал:
«Друзья – и братья и враги
(Делить вас не с моей руки),
Теперь же замолчите все.
Сказать два слова нужно мне,
А также вашему вождю.
Но прежде… прежде я скажу:
Во Франции объявлен мир».
«Надолго ль?» – кто-то вдруг спросил.
«Крестителя до Рождества».
«Всего на год? Одни слова!»
«Нет. Битв всех остановлен ряд.
Теперь, герольды говорят,
Уж и Шотландии черед».
«Что это значит?» – «Наш поход
И все в округе, что идут —
Для них уже лишь божий суд,
И воевать нам всем зарок».
Поднялся шум. Кто за порог
Уже и ногу протянул,
Кто вынул меч, кого толкнул
В толчее будто бы другой,
И возмущенье над толпой
Грозою начало темнеть.
Встал рыцарь близ дверей, и деть
Свой гнев теперь никто не мог.
«Да это просто же листок!»
«Нет, это грамота, старик.
Теперь Парламент наш велик
Издаст приказ – не воевать,
Все замки Англии отдать,
Сложить оружие стране —
Ведь мы в французской стороне».
«Молчи же, Том! – Дуглас сказал.
Румянец гнева запылал
В его обветренном лице. —
Парламент в Перте при гонце
Объявит мир и всем покой.
Конец! Да здравствует король!»
Мечи согласно поднялись.
И взгляды всех перевелись
На рыцаря, что не спеша,
Спокойно слушая врага,
Стоял и взор переводил,
И лиц он тайно не судил,
Открыто он на них смотрел.
Как будто знал средь ихних дел
Он их отчаяние и гнев.
И молвил после на распев:
«Здесь Марка в Джедбургском лесу.
И как Хранитель я несу
Свой долг – оберегать весь Твид.
Коль мир настал и бой забыт,
Проверить то немудрено.
Лорд прав: мы с ними заодно,
И ныне прекращаем бой».
«Что-что?» – «Молчать. Где мой конвой?
Дик, Джон и Ричард – вы со мной.
Гонца нагоним мы стрелой.
Они, ручаюсь, в Келсо путь
Надумают сейчас свернуть,
И мы уж утром будем там.
Потолковать по тем делам
Хочу теперь с герольдом я.
А вы оставьте все дела,
Людей добавьте на посты
И ждите праведной звезды.
С герольдом я поеду в Перт, —
Он обернулся: – Много лет, —
Помедлив, Дугласу сказал, —
Я рода Дугласова ждал.
Коль будет дело, то ему
Вы подсобите, как спрошу?
Тогда и счеты мы сведем».
«Посмотрим». – «Что ж. И я о том.
Пока свою храните честь,
А как мы свидимся – бог весть!»
Часть 2 «Далкитский замок»
Он ехал шагом. Шум лесов —
Знак первых местных холодов —
Кругом него тогда стоял
И осень на предгорья звал.
Стояли в золоте леса.
Была их дикая краса
Сродни Шотландии самой —
Туманной, хладной и простой.
Бескрайний Джедуордский лес,
Что милями там рос окрест,
Он был иных лесов древней.
Он кельтских видел королей,
Он видел Адриана Вал,
Когда на юге тот вставал.
Лес там стоял от тех времен,
Как римский меч и рога звон
На юге крепость возводил,